Открытие Индии
Шрифт:
Демократический метод был не только хорошо известен, но был обычным методом деятельности в общественной жизни, в местном самоуправлении, внутри ремесленных гильдий, религиозных общин и т. д, При всех своих пороках каста сохраняла в каждой группе демократические привычки. Существовали подробно разработанные правила процедуры, выборов и обсуждения. Маркиз Зетланд так описывает буддийские соборы раннего периода: «Для многих будет неожиданностью узнать, что на буддийских соборах в Индии две тысячи или более лет назад существовали зачатки нашей современной парламентской практики. Порядок ведения собрания обеспечивался назначением специального должностного лица (прообраз спикера в палате общин). На обязанности другого должностного лица лежало обеспечение в необходимых случаях кворума: это своего рода прототип нынешнего организатора парламентской фракции. Член собрания, желавший поставить какой-либо вопрос, вносил предложение, которое затем подвергалось обсуждению. В некоторых случаях вопрос обсуждался один раз, а в некоторых — трижды; это также предвосхищало парламентскую практику, требующую, чтобы законопроект был рассмотрен в трех чтениях, прежде чем он получит силу закона. Если обсуждение выявляло наличие разногласий, вопрос
Староиндийский общественный строй имел, таким образом, известные достоинства, и, конечно, без них он бы не просуществовал так долго. Этот строй был основан на философском идеале индийской культуры — совершенствовании человека и преимуществе добра, красоты и правды над стяжательством. Принимались меры к тому, чтобы воспрепятствовать соединению воедино и сосредоточению в одном месте почестей, власти и богатства. На первый план выдвигались не права, а обязанности личности и группы. «Смрити» (индусские священные книги) содержат перечни дхарм — функций и обязанностей различных каст, но ни одна из них не перечисляет их прав. Каждая группа, особенно сельская община и, в ином смысле, каста, стремились к самостоятельности. Это была закрытая система, допускавшая известное приспособление, изменения и свободу в ее общих рамках, но неизбежно становившаяся все более замкнутой и жесткой. Постепенно она теряла способность развиваться и вскрывать новые источники таланта. Влиятельные привилегированные силы не допускали никаких радикальных перемен и препятствовали распространению образования среди других классов. Старые религиозные предрассудки (хотя многие представители высших классов и понимали, что это всего лишь предрассудки) сохранялись, и к ним добавлялись новые. Не только национальная экономика, но и самая мысль становилась неподвижной, косной, мертвой, неспособной к развитию и прогрессу.
Идея и практика кастовой системы были олицетворением аристократического идеала и явно противоречили демократическим принципам. В этой системе было сильно развито чувство долга, создаваемого положением, но при условии, что люди будут придерживаться своего наследственного положения и не будут посягать на установленный порядок. В целом успехи и достижения Индии распространялись только на высшие классы;
те, кто находился на низших ступенях лестницы, имели очень мало перспектив, и их возможности были жестко ограничены. Высшие классы не были малочисленной группой; напротив, они были многочисленны, и между ними широко распределялись власть, могущество и влияние. Так продолжалось в течение очень длительного периода времени. Но коренная слабость и основной порок кастовой системы и общественного строя Индии заключались в том, что они низвели на низшую ступень огромную массу людей и лишили их возможности выйти из этого состояния в области образования, а также в культурном и в экономическом отношении. Эта деградация влекла за собой упадок для всех, в том числе и для высших классов. Она привела к застою, ставшему главной чертой экономики и всей жизни Индии. Контраст между этим общественным строем и тем, который существовал в прошлом в других странах, не был велик, но по мере того как во всем мире на протяжении жизни ряда поколений происходили изменения, он становился все более разительным. В условиях современного нам общества кастовая система и многое из того, что ей сопутствует, совершенно нетерпимы, реакционны, представляют собой балласт и препятствуют прогрессу. При этой системе невозможно равенство в положении и равные возможности, невозможна политическая демократия, а еще в меньшей мере — демократия экономическая. Касты и прогресс диаметрально противоположны друг другу и не могут существовать одновременно.
БАБУР И АКБАР, ПРОЦЕСС АССИМИЛЯЦИИ
Вернемся назад. Афганцы обосновались в Индии и ассимилировались здесь. Перед их правителями стояла задача — сначала ослабить враждебность к себе народа, а затем привлечь его на свою сторону. Для осуществления этой задачи они прекратили жестокости, распространенные в первое время, стали более терпимыми, старались наладить сотрудничество и держали себя не как иноземные завоеватели, а как индийцы, родившиеся и выросшие в стране. Вначале это была политика, но постепенно она превратилась в неизбежную тенденцию, по мере того, как пришедшие с северо-запада люди подпадали под влияние индийского окружения и ассимилировались. В то время как этот процесс продолжался в высших сферах, в народе стихийно возникали более мощные течения, приводившие к синтезу мысли и образа жизни. Начали появляться зачатки смешанной культуры, и был заложен фундамент, на котором Акбар основывал впоследствии свою деятельность.
Акбар был третьим правителем Могольской династии в Индии, но фактически именно он консолидировал империю. Его дед Бабур завоевал делийский престол в 1526 году, по он был чужд Индии и всегда чувствовал себя чужеземцем в стране. Он пришел с севера; там, на его родине, в Средней Азии, процветало Возрождение эпохи Тимуридов и было сильно влияние иранского искусства и культуры. Бабуру недоставало дружеского общества, к которому он привык, радости беседы, изысканного комфорта, занесенного из Ирана и Багдада. Он тосковал по снегам и ледникам северных гор, по мясной пище, по цветам и фруктам Ферганы. Однако при всем своем разочаровании в Индии он все же говорил, что Индостан — необыкновенно красивая страна. Бабур умер спустя четыре года после прихода в Индию. Большую часть времени он посвящал войнам и строительству великолепной столицы в Агре, для чего заручился услугами знаменитого архитектора из Константинополя Это было время царствования в Константинополе Сулеймана Великолепного, когда в этом городе возводились прекрасные здания.
Бабур мало видел Индию и, находясь во враждебном окружении, многого не замечал. Однако он рассказывает нам об упадке культуры Северной Индии. Частично упадок был вызван опустошением, произведенным Тимуром, частично—бегством на юг множества ученых и людей искусства, а также умелых мастеров. Но это свидетельствовало также и об упадке творческих сил индийского народа. Бабур отмечает, что в стране не было недостатка в умелых рабочих и ремесленниках, но не хватало изобретательности
и мастерства в области технических нововведений. Вместе с тем и в отношении роскоши и комфорта Индия, видимо, сильно отставала от Ирана. Я не знаю, былв ли это вызвано врожденным отсутствием интереса к этой стороне жизни или результатом последующих событий. Возможно, что в те времена индийцы придавали меньшее значение комфорту и предметам роскоши, чем иранцы. Если бы это их интересовало, они бы легко могли достать предметы роскоши в Иране, поскольку между обеими странами существовала постоянная связь. Но более вероятно, что это было результатом последующих событий, еще одним признаком культурного застоя и упадка Индии. Как видно из классической литературы и живописи, в более ранние периоды была достигнута достаточная степень утонченности, образ жизни был для того времени сложным, а уровень ее — высоким. Даже в то время, когда Бабур вступил в Северную Индию, многие путешественники-европейцы писали о чрезвычайно высоком развитии искусства и культуры и изысканной роскоши, которые они видели в Виджаянагаре, на юге страны.Но в Северной Индии упадок культуры был совершенно очевиден. Застывшие религиозные верования и окаменелый общественный уклад сковывали общественную жизнь и задерживали прогресс. Распространение ислама и приход большого числа иноземцев с другим образом жизни и мысли отрази лись на существовавших верованиях и общественном укладе. При всех бедствиях, которые приносит иноземное нашествие, оно имеет одно преимущество: расширяет умственный кругозор людей и вынуждает их выглянуть из своей раковины. Люди осознают, что мир значительно шире и разнообразнее, чем они думали. Так, афганское нашествие оказало воздействие на Индию и привело ко многим переменам. Моголы, которые были значительно культурнее афганцев и достигли более высокого уровня жизни, оказали еще большее воздействие на Индию. В частности, они принесли с собой изысканность, которой славился Иран, вплоть до введения крайне искусственного и строго регламентированного придворного этикета, который оказал влияние на образ жизни знати. Государство Бахманидов на юге имело непосредственную связь с Ираном через Каликут.
В Индии произошли большие сдвиги, и новые стимулы вдохнули свежесть и жизнь в искусство, архитектуру и другие области культуры. И все же это было результатом того, что две древние культуры пришли в соприкосновение, причем каждая из них уже лишилась своей первоначальной жизнеспособности и творческой силы и была ограничена жесткими рамками. Индийская культура была очень древней и уже истощила себя; арабо-персидская культура давно уже пережила свой зенит, и в ней не было больше той пытливости и влечения к умственным исканиям, которыми отличались прежде арабы.
Бабур был обаятельной личностью, типичным государем эпохи Возрождения, смелым и предприимчивым человеком, он любил искусство, литературу, любил наслаждаться жизнью. Его внук Акбар был еще более обаятельным и обладал еще большими достоинствами. Смелый и отважный, талантливый полководец и в то же время великодушный и милосердный, идеалист и мечтатель, он был одновременно человеком действия и вождем, снискавшим беззаветную преданность своих последователей. Как воин, он покорил обширные территории Индии, но мечтал он о другом, более прочном завоевании, о завоевании умов и сердец людей. По словам португальских иезуитов, бывших при дворе Акбара, его взгляд обладал притягательной силой и глаза «сверкали, как море, освещенное солнцем». Акбар возродил древнюю мечту о единой Индии, не только политически объединенной в одно государство, но и органически слившейся в один народ. На всем протяжении своего долгого, почти пятидесятилетнего правления, начавшегося в 1556 году, он стремился к этой цели. Акбар привлек на свою сторону многих гордых раджпутских вождей, которые не подчинились бы никому другому. Он женился на раджпутской княжне, и его сын и наследник Джахангир был, таким образом, наполовину Моголом, а наполовину индусом-раджпутом. Мать сына Джахангира, Шах Джахана, тоже была из раджпутов. Так тюрко-монгольская династия стала в расовом отношении скорее индийской, чем тюркской или монгольской. Акбар восхищался раджпутами и считал себя родственным им по духу; при помощи браков, а также другими средствами он создал союз с раджпутскими правящими классами, который значительно укрепил его империю. Это моголо-раджпутское сотрудничество, продолжавшееся и при последующих правителях, оказало воздействие не только на государственный строй, управление и армию, но также и на искусство, культуру и весь образ жизни Индии. Могольская знать постепенно ассимилировалась, а раджпуты и другие индийцы испытали влияние персидской культуры.
Акбар привлек на свою сторону многих людей, но ему не удалось сломить гордый и неукротимый дух Рана Пратапа из княжества Мевар в Раджпутаие, предпочитавшего скрываться в джунглях, чем признать, хотя бы формально, власть того, кого он считал иноземным захватчиком.
Акбар окружил себя блестящей плеядой людей, преданных ему и его идеалам. Среди них были знаменитые братья Файзи и Абу-л-Фазл, Бир Бал, раджа Ман Сингх и Абд-ур-Рахим, хан-ханаи. При его дворе встречались люди самых различных вероисповеданий, люди, высказывавшие новые идеи или сделавшие новые открытия. Его терпимость к взглядам и поощрение любых верований и мнений зашли так далеко, что вызывали негодование со стороны некоторых более ортодоксальных мусульман. Он даже пытался создать новую синтетическую религию, могущую удовлетворить всех. Именно в его правление значительно продвинулось вперед культурное слияние индусов и мусульман в Северной Индии. Сам Акбар был, безусловно, одинаково популярен как среди индусов, так и среди мусульман. Могольская династия твердо закрепилась как подлинно индийская династия.
РАЗЛИЧИЕ МЕЖДУ АЗИЕЙ И ЕВРОПОЙ В ОБЛАСТИ ТЕХНИЧЕСКОГО ПРОГРЕССА И ТВОРЧЕСКОЙ ЭНЕРГИИ
Акбар был крайне любознателен, он всегда стремился проникнуть в природу явлений, как религиозных, так и мирских. Он интересовался техническими изобретениями и военным делом. Особенно большое значение он придавал боевым слонам, и они составляли важную часть его армии. Состоявшие при его дворе португальские иезуиты сообщали, что «он интересовался многими вещами и стремился изучить их, обладая глубокими знаниями не только в военных и политических вопросах, но также и во многих областях техники». В своем «жадном стремлении к знанию» он «пытался изучать все сразу, подобно тому как изголодавшийся человек пытается проглотить разом всю пищу».