Шрифт:
ГЛАВА 1
Сто восемьдесят дней назад
Ллур, галактика Эреброс
Острые шпили антенн, венчавшие здание космопорта, мерцали в свете трех лун. Ян Хорган взглянул на них еще раз, машинально отмечая поднимавшийся в небо аэрогриф. Потом потянулся, напрягая уставшие мышцы, вздохнул и обернулся к коменданту, застывшему за спиной.
Эта ночь выдалась необычно теплой для ранней весны. По Цельсию - всего двадцать градусов ниже нуля. Вокруг, насколько хватало глаз, лежал девственно-белый
Здесь, на северном полушарии Ллура погода не баловала, спасало лишь то, что дерранги прошли адаптацию и могли выдержать суровый ллурский мороз. Но так было не всегда. Понадобились тридцать чудовищно долгих лет и сотни смертей, чтобы шахты в снегах начали приносить стабильный доход.
Хорган сознательно запрещал себе думать об этом. О прошлом. Но иногда оно не желало оставаться забытым и врывалось в настоящее, напоминая о себе острой болью.
– Отличная ночь, - пробормотал он, отбрасывая со лба серебристую прядь. Утоптанный наст сухо скрипнул под его меховыми унтами.
– Снег начнет таять раньше, значит, раньше опустятся купола.
– Да, командор, - комендант космопорта мгновенно вытянулся в струну.
В отличие от Хоргана, комендант Деренс был простым человеком. Таким, каким его создала мать-природа, а не эксперименты ученых-генетиков. От мороза его грубоватое лицо покраснело, глаза превратились в щелки, а на длинных усах серебрился иней. Он кутался в меховой тулуп с белым платком на рукаве - единственным отличительным знаком, говорившим о его должности.
– Ты что-то хотел?
– Хорган окинул его хмурым взглядом. Между широких белых бровей, выделявшихся на задубевшем лице командора, залегла усталая складка.
– Мы получили сообщение со Старой Земли. Центр согласен на обмен, но внес свои коррективы. Пятьдесят земных женщин в обмен на сто пятьдесят тысяч метрических тонн руды. И они хотят получить гарантии лично от вас.
Четко очерченные губы Хоргана дрогнули. Казалось, мужчина хотел улыбнуться, только забыл, как это делается.
– Гарантии?
– в его потемневших глазах сверкнули опасные искры.
– Они их получат. Но мы выполним свою часть сделки не раньше, чем на Ллуре появятся женщины.
– Они хотят залог. Тридцать тысяч вперед в знак чистоты наших намерений.
– И чем же объясняют такие запросы?
– Вопросом безопасности.
– Деренс развел руками.
– Вы же знаете, чем дальше от Центра, тем больше сплетен и слухов. Иногда они достигают невероятных размеров...
– Например?
Комендант смешался под пристальным взглядом Хоргана.
– В Земном Альянсе ширятся слухи, что мы съели своих женщин во время Долгой Зимы. И детей тоже...
Словно в ответ на его слова начался снегопад. С неба посыпался сухой, мелкий снег, похожий на шарики пенопласта.
Хорган молчал. Он запрокинул голову вверх и подставил лицо под крошечные снежинки.
Молчание затягивалось.
– Сэр?
– не выдержал Деренс.
– Что им передать?
Шумно выдохнув, Хорган потер лицо.
– Что ж, - в его глазах блеснул сумрак, - ни одна женщина в здравом уме не появится здесь добровольно. У нас нет выбора. Если мы хотим, чтобы колония выжила, нам придется принять эти условия.
– Значит, вы согласны?
– У тебя есть другие варианты?
– по лицу
– Они не предлагают прислать комиссию или провести расследование. Они просто хотят больше асквенциума. И за это готовы отдать своих женщин. Да. Передай им, что мы согласны.
***
Две недели назад
Где-то в космосе. Космический грузовой корабль "Пилигрим"
Если бы Кира могла отмотать свою жизнь назад на полгода и прожить это время заново, она бы десять раз подумала, прежде чем совершить то, что уже совершила. Но, к сожалению, машину времени никто так и не создал, хотя предпосылки к этому были. И раз в прошлое невозможно было вернуться, ей оставалось лишь надеяться на то, что будущее окажется к ней не слишком жестоким.
Как бы там ни было, Кира была уверена: эти четырнадцать суток, проведенных в грязном, душном, пропитанном п'oтом, хирреанской травкой и нечистотами транспортировщике, были непомерной платой за ее мелкий проступок. Особенно ржавые стены грузового отсека, в котором их везли, будто скот.
Это был ее первый полет за пределы Земли. Две недели сущего ада. Пятьдесят немытых женских тел, которые спят, едят и справляют нужду в одном месте. Натужный скрежет проржавевшего, давно списанного корабля, который того и гляди развалится. Звон кандалов. Хриплая ругань. Бессвязное бормотание.
Кира провела все это время, забившись в угол и прижавшись спиной к шершавой обшивке. Выползала оттуда только чтобы забрать свою порцию пайка, да посетить отхожее место, которое представляло собой дырку в полу. А когда единственная тусклая лампочка под потолком отключалась и наступала "условная ночь", она сворачивалась калачиком в своем углу, но не спала. Спать здесь было опасно.
Еще в первую ночь, часа через два после того, как отключили свет, она проснулась от странного ощущения. Вокруг царила кромешная темнота, наполненная хриплым дыханием и тяжкими вздохами. И в этой тьме чьи-то руки торопливо шарили по ее ногам, оставляя на коже грязные, липкие отпечатки.
Кем бы ни был непрошеный гость, от него исходил резкий запах дешевого алкоголя, и он явно пришел не для светской беседы.
Кира не двигалась. Почти не дышала.
Ей уже не раз приходилось защищать свою честь в тюремных застенках. Тщедушная фигурка девушки и невинное личико буквально притягивали к себе любителей легкой добычи. Но четыре месяца за решеткой в ожидании приговора ее многому научили. Особенно - выжидать удобный момент, чтобы ударить.
Когда глаза привыкли к темноте, она смогла рассмотреть грузное мужское тело, согнувшееся над ней. Медленно, стараясь не издать ни единого звука, девушка начала подтягивать к себе цепь, которой были скреплены ее наручники и ножные "браслеты".
Ей пришлось укусить себя за щеку, чтобы не закричать, когда мужчина, сопя и причмокивая губами, задрал подол ее робы. А потом он замешкался, пытаясь стянуть с нее широченные тюремные брюки, державшиеся на резинке...
Секундная заминка - и Кира рванула вперед. Подскочила, как выпущенная пружина, набрасывая на шею насильнику тяжелую цепь и, не мешкая, стянула ее со всей силы. Мышцы на ее худеньких, тонких руках натянулись, будто веревки.
В ответ раздался полузадушенный хрип.
Мужчина мгновенно отпрянул. И Кира, увлекаемая цепью, кубарем покатилась за ним, отбивая бока о металлический настил.