Чтение онлайн

Как быть, если большинство жемчужин завтра достанется наследной Рау? Ведь он обязан жениться на той, что выиграет. Так было всегда, и нарушать традиции в послевоенное время нельзя: люди хотят стабильности, а сильные изменения только отпугнут и покажут, что с мнением жителей не считаются. Он где-то в глубине души отдавал предпочтение именно Дариане, понимая, что она, не отравленная войной, умеет чувствовать, умеет любить. А Лина? Она молодец, но разве можно сравнивать бриллиант с пуховым платком? Но на что теперь надеяться, когда Дариана дала четко понять, что не готова занять место рядом с ним? А может, это просто волнение? Ведь тогда, в Керике, она явно проявила интерес.

– О

чем задумался? – нарушила тишину Кралина, внимательно вглядываясь в точеные черты лица.

– О завтрашней церемонии, – устало произнес Вэлл и потер переносицу, – вряд ли кто-то лучше тебя справится с ролью правящей триасы.

– То есть ты меня не рассматриваешь как женщину, только исключительно как правительницу! – Лина возмущенно вскинула руки, в глазах запылал гнев.

Веллингтон сдержанно улыбнулся.

– Я рассматриваю тебя во всех ракурсах и понимаю, что сладко не будет. Когда два айсберга ударяются друг о друга, идут трещины, некоторые из них приводят к полному разрушению.

– Я не айсберг! Ты совсем не знаешь меня! – Кралина вцепилась в спинку кресла так, что побелели костяшки на пальцах. – Я могу быть другой, – еле слышно прошептала она и с надеждой посмотрела на Вэлла.

– Уверена? – Он встал и подошел к побледневшей девушке, внимательно вглядываясь в непривычно смягчившиеся черты.

– Ты никогда не замечал меня, видел только младшую задиристую сестру Эрни, а позже отличного воина. – Голос неожиданно задрожал, а пальцы продолжали цепляться за спинку кресла, как за спасительную дощечку в бушующем океане. – Но я выросла! Я для тебя бросалась в самые сумасшедшие схватки, для тебя гнала Дре из Семигорья, не задумываясь о ранениях. Надеялась, что увидишь, запомнишь, оценишь. Никогда не говорила о своих чувствах, пыталась заглушить, потому что понимала: во время войны они лишние. А после войны они опять оказались лишними, потому что существует этот дурацкий отбор! – Она задрала голову, не давая выкатиться подступившим слезам.

– Лин, ты правда все это делала ради меня? – Вэлл с удивлением смотрел на новую Кралину, такой ранимой и беззащитной он не видел ее никогда. – Всегда считал, что ты бьешься насмерть исключительно из-за патриотизма.

– Дурак ты. – Она нырнула в раскрытые объятия и прижалась щекой к темно-серому кителю, вдыхая терпкий запах мускуса и сандала. – Я и сама столько глупостей делала, лишь бы не думать о тебе, и только совсем недавно поняла, что если не скажу о своих чувствах, то все пойдет прахом.

Вэлл уткнулся носом в черную макушку и от души улыбнулся. Ему и в голову не приходило, что дерзость Лины – это защитная реакция, всегда считал, что она просто колючка, пытающаяся всех подмять под себя.

– Я все ждала, когда же ты придешь и скажешь, что я лучшая и ты оценил мои старания на войне, на этапах отбора, а ты все не шел. Пыталась показать, что жду этого, но, видимо, неправильно. – Она подняла голову и встретилась с недоумевающим взглядом. – Я совсем не умею проявлять чувства, ведь столько времени пришлось их скрывать. Да я и не знаю толком, как это делается.

– Влюбиться в правящего неогена самая большая глупость, которую себе может позволить незамужняя триаса, и Кралина Кей себе это позволила. – Вэлл наклонился и слегка коснулся губами влажной щеки. Его удивлению не было предела, он и правда никогда не думал о том, что Лина умеет любить, всегда казалось, что ею движет только желание побеждать.

– Ты нужен мне. – Она сильнее обхватила его за пояс, изо всех сил прижимаясь к груди.

– Не будем делать друг другу больно, давай дождемся завтрашней церемонии, – проговорил он охрипшим голосом и

выпустил Кралину из объятий. Сердце заполнилось нежной теплотой – тем, чего он так боялся и так искал. А готов ли он принять это тепло от Кралины?

Триаса понимающе кивнула и поправила сбившуюся прическу, прикрывая поврежденное ухо. Завтрашний день все решит, лишь бы Дариана отказалась от будущего, увиденного у Фенарии. Если этого не произойдет, то все усилия напрасны, и Вэлл останется лишь призрачной мечтой.

***

Дариана с Галипом уложили зевающую Машу на кровать.

– У вас странная сестра, совсем не похожа на триасу. – Стелур снял с непослушной ноги девушки шелковую балетку. – Я внимательно наблюдал за ней во время испытаний и все время поражался ее поведению.

– Спасибо за помощь, думаю, вам лучше вернуться к гостям. – Дариана натянуто улыбнулась.

– Я бы с удовольствием пообщался с ней после завершения отбора. – Молодой человек притормозил у двери, поправляя и без того идеально лежащие волосы.

– И я, и я готова с тобой пообщаться хоть сейчас, – сквозь сон проговорила Маша, пытаясь расстегнуть на платье пуговицы, сдавливающие грудь.

– Вы из разных сословий, и, думаю, ни к чему хорошему это общение не приведет, – холодно заметила Даша, накрывая одеялом псевдосестру, оголившую свою самую выдающуюся часть. – Можете на меня обидеться за эти слова и не дать завтра жемчужину. – Она с вызовом посмотрела на растерявшегося стелура. – И передайте Наисветлейшему Трейвану, что к гостям я сегодня уже больше не выйду, останусь охранять покой сестры.

– Но ведь она не наследная триаса и может связать свою жизнь со стелуром. – Чуть замешкавшись в дверях, Галип с обидой посмотрел на Дариану. Но та пропустила замечание мимо ушей, и уязвленный молодой человек вышел из комнаты. На экранах старшая Рау ему казалась доброй и понимающей, а всего пять минут общения полностью заставили изменить мнение о фаворитке отбора. Галип все сомневался, кого выбрать из двух соперничающих триас, в то время как Криштен предпочитал Дариану, только теперь Галип обязательно расскажет напарнику об отношении Рау к стелурам.

После ухода монтажника Даша без сил опустилась на свою кровать и равнодушно смотрела, как Маша заторможенными движениями пытается выбраться из длинного платья. Несколько неудачных попыток – и зеленый шуршащий шелк бесформенной лужей растекся возле постели.

Интересно, Вэлл возмутится, что она ушла до окончания ужина, или теперь вообще перестанет ее замечать? А Трей? Но она не может вернуться. Вдруг Машка проснется, увидев, что одна в комнате, надумает выйти и все-таки встретится с Галипом? Кажется, началась паранойя. Все! На сегодня хватит! В конце концов, любым силам и нервам есть предел. Пусть монтажники осудят ее за некрасивое высказывание, гости – за уход по-английски, но она будет чувствовать себя как на иголках, если Машка останется без присмотра. Хватит оглядываться на чужое мнение во вред себе!

Даша аккуратно сняла платье, подняла Машино, разложила их на пуфиках возле туалетных столиков и залезла под одеяло. Завтра финальная стадия испытаний. Еще один напряженный день – последний бой, который она должна проиграть, чтобы выиграть.

***

Прием закончился далеко за полночь. Трейван помог стелурам с визерокоптерами, которые больше не летали за девушками, еще раз поблагодарил их за отличную работу и за то, что так живо развлекли сегодня претенденток воспоминаниями об испытаниях. Когда неоген уже вышел из монтажной, его в коридоре догнал Криштен.