Чтение онлайн

Кузнец погасил движение и, ухмыляясь, обернулся к нам:

– Ну, как?

Грай изобразил даже пару хлопков ладонями.

– И до того верил, но теперь еще раз убедился. Сила в Хозяевах и, правда, великая!

Я смущенно молчала, не очень понимая о чем разговор. Да и стыдно было немного, за недоверие.

Все так же широко улыбаясь, кузнец представил нам сыновей и пригласил пройти в дом.

На подходе Грай покосился на высокое крыльцо, и виновато развел руками. Я досадливо отмахнулась, мол, заходите уже и, по привычному, пристроилась с улицы у открытого окна, отгоняя хвостом назойливую мошкару. Мужчины шустро подтащили поближе стол. Трош, засуетившись не хуже исправной хозяйки, выставил на белую скатерть

пузатый кувшин кваса, несколько кружек и глубокую миску с еще теплыми, видно недавно из печи, хлебными ломтями.

Травник тут же бесцеремонно разгреб хлебные залежи, выловив оттуда хрустящую горбушку. Я алчно покосилась на спутника, но оспаривать право на лакомый кусочек не решилась.

К моему вящему удивлению Грай, прихлебывая квас, безо всякой опаски выложил низкорослому кузнецу все опасения по поводу ренегатов и возможной погони. Вкратце рассказал про наши злоключения, обрисовал возможные варианты событий, посетовал на неурядицы и попросил посильной помощи в поисках Зиновия.

Кузнец ненадолго замялся, почесывая усы.

– Ну что ж, сам понимаешь, за дочку я твой вечный должник. Если бы не ты, могла бы и не подняться. Но учти, вмешаемся только в самом крайнем случае, если уже другой возможности не будет.

Травник склонил голову, соглашаясь. Я в недоумении вертела головой, вообще перестав соображать, что тут Свий побери, происходит. В дверь постучали и кузнец, спохватившись, пропустил в комнату стройную сероволосую девушку, представив как жену плотника. Молодка, краснея и смущаясь, попросила у Грая помощи, баюкая на весу перевязанную белой тряпицей руку. Грай, почему-то пряча глаза, полез в торбу за склянками. На счастье сероволосой, переливающийся всеми оттенками фиолево-красного синяк скрывал под собой лишь сильный ушиб. Всё обошлось легкой мазью, да выданным пузырем с оной же и наказом натирать в течение седмицы и руку не утруждать, пока синева не сойдет.

– Ох, – я, не удержавшись, сочувственно подалась вперед, когда травник уже наматывал тряпицу обратно. – Где же это ты так?

Пришел черёд девицы прятать взгляд и, рассыпаясь в благодарностях, пятится к выходу. Я пожала плечами. Странные они тут все какие-то. Да и Грай…. Я с сомнением оглядела спутника, припоминая, что он сюда утром первый ходил. А теперь? Ничему не удивляется, все секреты с ходу выбалтывает, меня слушать не хочет….

Я покосилась на угол комнаты, где на приступке горела маленькая свечка и, лежал ветробожий камушек с кусочком хлеба, в дар. Как можно более спокойным голосом поинтересовалась:

– А молебня-то у вас тут есть? С ветромолом бы мне поговорить, ветрам покланяться, на дорожку…

– Нету. Да и не было отродясь – отмахнулся кузнец. – К чему они нам тут в глуши. Мы и сами помолимся, у ветров попросим.

Если бы мне это сказал кентавр, пропустила бы мимо ушей. Но тут… У людей всегда к религии особое отношение было, и с ветромолами не ладили только или крайние отщепенцы, Свию да темным углам поклоняющиеся, или уж совсем откровенная нежить, навроде мороков…

По хребту прокатилась волна холодной тревоги.

Заметив мое нервозное состояние, спутник ободряюще улыбнулся и, как ни в чем не бывало, продолжил беседу с Трошем. Я вымученно оскалилась в ответ, прикидывая, на всякий случай, пути отхода из деревни.

Мимо окна, чуть не цепляя мой хвост, с диким мявом пролетела рыжая стрела, за ней с гиканьем неслась ватага ребятни.

– Вот ведь бестолковые, – всплеснул руками кузнец, – замучают котейку.

Кот, правда, замученным не выглядел и со скоростью ветра взлетел на раскидистую яблоню неподалеку. Детишки обступили дерево, активно решая, как добычу оттуда снять. Рыжий пронзительно выл на одной ноте, не то испугавшись высоты, не то перспективы спуститься. Я, воспользовавшись случаем, увильнула к детям, объяснив спутнику, что хочу помочь. Не уточнила, правда, кому именно.

При

виде подмоги в моем лице, кот заорал в два раза громче, приготовившись видимо, подороже продать свою жизнь. Ребята тут же обступили меня галдящей разноголосой стайкой. Упросить их говорить по очереди не удалось, и только через несколько минут я выяснила, чем ватаге так не угодил кот.

Оказалось, рыжий разбойник придушил пару утят и притащил их в качестве добычи старосте под дверь. Да ладно бы еще кот был хозяйский, а то ничейный. Староста, поругавшись с хозяином, отдал-таки пять медяшек за птицу (на чьем пороге нашли, тот и крайний) и, еще столько же назначил местной ребятне, если сумеют изловить и притащить рыжего поганца.

Проникнувшись идеей обогащения, я попыталась поучаствовать.

– Кис-кис-кис! Иди сюда?

Кот посмотрел на меня как на умалишенную, прикидывая, я всерьез пытаюсь его сманить или придуриваюсь?

Я смущенно прокашлялась и повторила попытку.

– Кис-кис. Иди сюда, мой хороший. Я тебе сметанки дам.

Рыжий, кажется, окончательно убедился в ущербности моего душевного здоровья и, скорчив презрительную морду, развернулся к публике хвостом.

Ребятня снова загомонила. Вперед протолкнулась пухленькая белобрысая девчушка и кровожадно предложила:

– А давайте яблоньку спилим? Он тогда сам упадет!

Учитывая высоту и толщину яблоньки, которая наверняка еще китоврасов помнила, пилить нам предстояло пару седьмиц. Да и не факт, что дерево упадет на дорогу, а не на хозяйский дом, тем более что изгиб у ствола подходящий.

Малышку перебил парнишка постарше:

– Пилить долго очень, а может, просто потрясем? А? Ну-ка, разойдитесь-ка!

Малышня прыснула во все стороны, я замешкалась не соображая, что он имел ввиду под «потрясем». Наверх что ли полезет, с ветки стряхивать? Слова с делом у мальчишки не разошлись. Паренек приобнял ствол (как раз в обхват хватило) и тряханул. Яблоня вздрогнула, крона мотнулась как трава в ветреный день, и сверху градом посыпались спелые яблоки. Еле успела отскочить от основной массы фруктов. В ноге некстати стрельнуло болью, да и пару синяков я таки получу, очень уж свысока яблочки на круп сыпались. Как он ее вообще-то встряхнуть смог яблоня же с полдубка в обхват!? Кот, кстати, как ни странно удержался и даже замолк. Зато из ближайшего дома высунулась дородная тетка и басом заголосила:

– Да что же вы творите разбойники, эдакие? Весь урожай побили, порушили!! А ну отошли паршивцы, отошли от яблони сейчас же! Вот я сейчас выйду, по ушам-то навешаю!!!

Паренек воровато вжал голову в плечи и потряс еще раз. Тетка забранилась пуще, остатки яблок осыпались на землю, кот, слетев с ветки, зацепился одной лапой за соседнюю, соскользнул и с душераздирающим мявом, под радостный ор малышни свалился мне на круп. Я взвилась и заорала так, что замолкли все остальные. Гадкое животное с испугу вонзило в меня все два десятка когтей. По ощущениям, кстати, с иглу длиной, не меньше. На крики выскочили Грай с кузнецом. Через пару минут все было улажено. Кота от меня отодрали и отдали ребятам, спину смазали какой-то шипучей мазью, хозяйку яблони успокоили и задобрили настойкой от морщин (конечно, такой прекрасной женщине она не скоро понадобится, но пусть вашего прелестного личика никогда не коснется возраст)

Как и следовало ожидать, тетка зарделась, словно маков цвет и смущенным баском заверила, что претензий ни к кому не имеет.

Мне тоже между делом досталось, что бы в следующий раз не лезла, куда не просят

– Я что, специально под когти подставлялась, да? – я обиженно зашмыгала носом

– Не специа-а-ально, – блеющим голоском передразнил меня Грай, – пила бы квас, а не котов ловила, и шкура цела осталась бы. Сама влезла, теперь не ной!

Пришлось замолчать, про себя поминая крепким словцом кошачьих предков и их со Свием несомненное родство.