Чтение онлайн

Из-за вставшего в горле кома Алли едва выдавила следующие слова.

– А теперь?

Перед тем как заговорить, Хадсон долго изучал ее лицо.

– А теперь я чувствую себя так, будто потерял кусок своей гребаной души.

Слезы навернулись на ее глаза.

– Но ты сказал 'любил', в прошедшем времени...

– Я люблю тебя, Алли. Всегда любил, и помоги мне Боже, думаю, что всегда буду любить.

– Я тоже тебя люблю, Хадсон.

Он достиг ее за два шага, руками обхватывая лицо и запечатывая губы поцелуем. Пальцы его дрожали, но поцелуй был крепким и уверенным, его губы завладевали ее ртом с неоспоримой властностью.

Со

вздохом облегчения Алли обмякла в его крепких объятиях. Губы раскрылись, впуская жадные глубокие удары его языка, эхом отдававшиеся во всем теле. Этого ей не хватало последние несколько недель, это нужно было ей, чтобы ощутить себя вновь целой. Мысль о том, что она едва не потеряла его навеки, смешалась с обжигающим желанием, и это оказалось слишком. Эмоции захлестнули ее, и с губ сорвалось надрывное рыдание.

– Не плачь, - прохрипел он, губами сцеловывая каждую слезинку.
– Я знаю, сколько боли я причинил тебе, и вид твоих слез убивает меня.

Она покачала головой.

– Не в этом дело.

Хадсон отстранился, мягко и слегка рассеянно глядя на нее.

– Тогда в чем?

Слезы потекли с новой силой. Она накрыла ладонью его щеку, желая, чтобы он действительно понял смысл ее слез.

– Да, ты сделал мне больно, Хадсон, возможно, так больно, как никто другой никогда не сможет, потому что ты отличаешься от остальных. Ты видишь настоящую меня, всегда видел. Когда мы встретились, в моей жизни был полный бардак. Но когда Джулиан больше не стоял на пути, у меня наконец появилась возможность начать с чистого листа. И я должна была дать и тебе эту возможность. Я должна была позволить тебе рассказать все и начать сначала. Чтобы мы начали сначала, - она прерывисто выдохнула.
– У нас наконец-то появился шанс, которого судьба не дала нам десять лет назад, а я позволила своей гордости и злости разрушить все. Я оттолкнула тебя.

Он прижался губами к ее рту.

– Я здесь, Алли.

– Я хочу тебя, Хадсон. Всегда хотела.

– Я у тебя есть, - он дразняще лизнул ее губы, побуждая их открыться.
– Я никуда не ухожу.

Ее слова превратили ее желание в почти невыносимую жажду. С мягким стоном Алли углубила поцелуй, лаская его язык, одной рукой вцепившись в его рубашку, другой зарываясь в густые волнистые волосы и притягивая его ближе. Она так долго отталкивала Хадсона, на самом деле нуждаясь в нем и желая лишь покрепче прижать к себе. А теперь, опустив защитные барьеры, впустив его, она не могла насытиться близостью. Она хотела его еще ближе, ей нужно было коснуться кожи кожей. Ей нужно было ощутить его внутри. Сейчас же.

– Мне нужен ты, - прошептала она, когда он скользнул губами по ее горлу.
– Ты внутри меня.

В его груди зародилось рычание. Скользнув рукой вниз, Хадсон схватил ее за попку, резко прижимая к своей эрекции.

– Почувствуй, что ты делаешь со мной, Алли. Ты делаешь меня просто до боли твердым, - обвив рукой ее талию, он усадил Алли на край стола. Скинув бумаги одним движением, он навалился на нее, прижимая своим телом к столешнице красного дерева.

Скользнув ниже, Хадсон забрался рукой под юбку и, найдя пальцами подвязки, пристегнутые к шелковым чулкам, едва не задохнулся.

– Проклятье, Алли, - пробормотал он ей в губы. Оторвавшись от ее рта, он оставил ее возбужденно хватать ртом воздух, взглядом окидывая все ее тело. Его пальцы погладили обнаженную кожу бедра.

– С того самого дня, как ты вошла в мой офис, я хотел тебя здесь, распластавшуюся на моем столе,

хотел трахнуть тебя здесь, с видом на все Чикаго.

– О Боже, да, - она схватила его за галстук, притягивая ближе. Со стоном он вновь завладел ее ртом, сплавляя их губы в изголодавшемся поцелуе. Она выгнулась, желая облегчить боль, пронзившую ее с первой секунды их встречи. Движением бедер он упер толстый бугор эрекции меж ее ног. Извиваясь под ним, она обхватила ногами его талию. Кожа ее увлажнилась, груди набухли и отяжелели. Вот как он на нее влиял. За считанные минуты он довел ее до грани, до отчаянной нужды оргазма.

– Хадсон, пожалуйста... я хочу тебя, - она потянулась к ее ремню, но он отвел ее пальцы, как только они нащупали пряжку.

– Остановись, - хрипло проговорил он, едва удерживая остатки контроля.

– Что?
– Алли подняла голову со стола, с неверием наблюдая, как Хадсон встает.

– Нет, - он вновь заправил полы рубашки в брюки.
– Не так.

Алли попыталась сформировать связную мысль, но слова покинули ее. Она знал, что он хочет ее - доказательство было прямо перед ней, распирающее ширинку костюма от Тома Форда. Почему, черт подери, он остановился?

Хадсон протянул ей руку, стаскивая со стола и привлекая в свои объятья.

– Я хочу тебя, Алли. Но не здесь и не так.

– Ты же не пытаешься отомстить мне за тот прошлый раз в твоем офисе?
– поддразнила она.

Он улыбнулся.

– Едва ли. Поверь, мой член прямо сейчас называет меня последним сукиным сыном.
– Но я не хочу торопиться с тобой. Я не хочу трахать тебя на столе. Я хочу заняться с тобой любовью в постели, - его улыбка была почти смущенной.
– Ну, во всяком случае, для начала.

Приподнявшись на цыпочках, она прижалась губами к его подбородку, прокладывая дорожку мягких поцелуев к уху.

– Почему бы тебе не трахнуть меня на столе, для начала, - прошептала она едва слышно, - а потом мы продолжим в постели... в конце концов.

Он зашипел сквозь стиснутые зубы, когда она лизнула его ухо, но остался непоколебим.

– Алли, пожалуйста, дай мне сделать это правильно.

Она отстранилась, чтобы посмотреть на него. Его глаза горели искренностью и желанием.

– Ты серьезно?

Он кивнул.

– У меня никогда не было возможности пригласить тебя на свидание. Всегда что-то стояло на пути. Твои родители, когда мы были моложе, - мускул на его челюсти дрогнул.
– А потом твоя помолвка.

Алли опустила взгляд. Она была такой идиоткой, скрывая от него свои чувства, что в 17, что в 27. Она вечно будет сожалеть об упущенном времени, но больше всего она ненавидела мысль, что никогда не давала ему почувствовать себя любимым.

– Я не виню тебя, - сказал Хадсон, точно прочитав ее мысли. Коснувшись подбородка, он приподнял ее голову, заставляя посмотреть в глаза.
– Но впервые нам нечего скрывать. Я могу выйти с тобой свет, и весь мир будет знать, что ты моя.

Трепетная дрожь прошлась по телу. Она принадлежала ему. Всегда принадлежала. Не осталось смысла или причин спорить с этим. И услышав эти властные слова, она лишь сильнее захотела затащить его обратно на стол.

– Позволь мне сделать это. Пожалуйста.

Просьба была столь искренней и милой, что невозможно было отказать. Она широко улыбнулась.

– Так вы хотите пригласить меня на свидание, мистер Чейз?

От его ответной улыбки перехватило дух.

– Именно так, мисс Синклер. Окажете честь присоединиться ко мне за ужином?