Остров - 2
Шрифт:
— Или так. А заодно посмотрим, какую боги сигнализацию присобачили…
Второй
При входе в гавань Прибрежного у меня возникло чувство какой-то неправильности. Что-то было не так. Отличалось от привычной картины. Я попытался сообразить, что именно, но тут Герсик вдруг спросил:
— А где лодки-то?
Лодки! Вот оно! Время к вечеру, а у рыбацких причалов пусто. Никогда такого не было. Разбежались? Кто-то разогнал? Смотритель? Кого и куда он мог отправить на лодках? В столицу и Тар'мид тут проще по суше, особенно если с грузом, хотя и дольше. Это у меня партнёр на голову прибитый, причём на всю. Ну, у местных таких один-два найдётся, а остальные?.. Хм, похоже, нас встречают…
— Светлого дня, уважаемые. А что это у вас так тихо?
— Светлого дня, уважаемые. Здорово, Людоед. Извини, но по приказу коменданта ваши лодки конфискованы.
Ага! Щаз-з-з! А усыплялкой по фейсам?.. Блин, двоих не задело, ещё одну!.. Вот так-то лучше. Заодно и проверили. Хм, а они точно спят?
— Канок, проверь, они живы?
— Живы, командир. Похоже, спят.
Эт-то хо-ро-шо-о. Глянем-ка ауры на всякий случай… Ага, целые. Значит, точно спят. Тогда…
— Канок, этих связать, разоружить, и приставь бойца. Почтенный Кастониус, было бы неплохо, чтобы и один из ваших стражей тут остался.
Так. Это сделали. Теперь… А теперь только в форт, пока они там совсем не охренели. Усыпить всех у нас просто Силы не хватит.
Казус, сопровождаемый своей группой и храмовниками, остановился в пяти шагах от ворот форта, задрал голову и крикнул часовым, осторожно выглядывающим из-за зубцов на стене:
— Эй, военные! Капитана позовите! Скажите, Людоед поговорить хочет!
Одна из поблёскивающих шлемами голов исчезла на несколько секунд и появилась снова, а с той стороны стены долетел неразборчивый, но явно командный рык. Прислушавшись к нему, Людоед усмехнулся: спутать голос Гулона с чьим-либо другим было трудно.
Спустя несколько минут в промежутке между зубцами появилась знакомая зелёная физиономия:
— Светлого дня, Людоед! Заходи, капитан тебя примет!
— И тебе того же, сержант! Нас четверо будет!
Дрогх ар-Багур по прозвищу Обломок ненадолго задумался, а потом отрицательно покачал головой:
— Извини, Кас. Капитан говорил только про тебя.
— Так в чём проблема?! — наигранно удивился Казус. — Просто сообщи ему, что будут ещё почтенный Кастониус с храмовым стражем и мой помощник. Мы подождём.
Н-да. Сдал капитан. Сильно сдал. Щёки запали, под глазами круги, кожа… сероватая какая-то, нездоровая. И смотрит хмуро. Правда, пока ещё без ненависти, что хорошо. Но сесть не предложил. И не поздоровался.
— Что с моими людьми?
— Спят.
— Вот как. И зачем?
— Чтобы сэкономить время и избежать каких-либо недоразумений. Ещё претензии? — угу, настроение у нас плохое. — Или вы всё же объясните, какого гоблина у вас тут происходит? — и склочное. У меня. Партнёру коменданта… жаль, похоже? А, ну да! Он же рассказывал! Было у них что-то такое, когда не знаешь, кому верность соблюдать. Н-да… Слушай, Сергей, может, ты тогда сам с ним поговоришь?
— Знаете, Бенус, империя, которой я когда-то присягал, — Казус сделал несколько шагов, развернулся и присел на широкий каменный подоконник, — давно развалилась. И у нас было то же самое: с одной стороны — присяга, с другой — а кому присяга-то? Две стороны, обе считают себя правыми. Обстановка в стране — хуже не придумаешь. Да ещё заклятые друзья по ту сторону границы… И что делать? — он тяжело вздохнул. — Последний законный правитель откровенно гробит страну…
— Вы не боитесь говорить это при… — капитан, всё это время рассматривавший Людоеда с каким-то болезненным любопытством, перевёл взгляд на
по-прежнему стоявшего посреди кабинета жреца. Тот же, откинув капюшон рясы, только грустно улыбнулся:— Брат Казус действует по велению богов, уважаемый капитан. Поэтому Храму безразлично, кто он, как сюда попал и откуда. Храм благословляет сделанное им.
— Вы, почтенный, если не ошибаюсь, служите гарнизонным жрецом в Северном? Или правильнее будет сказать — служили? — последнее слово комендант едва ли не выплюнул.
— Знаете, капитан, — Казус задумчиво рассматривал ногти на левой руке, — некоторое время назад я встречался с одним младшим легатом. Некий Зург ар-Харез. Слышали о таком? — он поднял глаза на собеседника и, дождавшись подтверждающего кивка, продолжил: — Прекрасно. Значит, о его возможностях тоже имеете представление. Так вот, этот самый младший легат, не желая рисковать собственной задницей, как раз и организовал ритуал, из-за которого я здесь появился. Хотя с таким же успехом мог попытаться убрать верхушку Храма. И, насколько я понимаю, таких офицеров разведслужб в вашей Империи было достаточно. Но почему-то ни один из них не решился заняться спасением страны, которой служит. Ни один. Почему-то. Да и вы, догадываясь о происходящем, почему-то спокойно сидели на своей заднице. А теперь пытаетесь выказать презрение тому, кто пытается спасти хоть что-то.
Венитора передёрнуло. Ему вдруг остро захотелось вытащить меч и снести этому неизвестно откуда взявшемуся чужаку голову, а потом поднять гарнизон по тревоге и… «И что? — с горечью спросил он себя. — Что потом? Прорываться в Амену? — комендант мысленно хмыкнул: судя по последним приказам из столицы острова, командование легиона перешло на сторону бунтовщиков. — Так что ты будешь делать потом? — опять спросил он сам себя. — Что, капитан Бенус Вернитор? Бывший капитан?» Он сглотнул застрявший в горле сухой комок и попытался разжать пальцы, стиснувшие рукоять меча.
А жаль. Что бы я ни сказал, он не останется. И своих постарается оставить как можно меньше. Н-да. И убивать его… Не за что его убивать. Не сделал он ничего такого. Даже не бросился сейчас. Хотя и хотел. Вон, как в меч вцепился. А может, просто подождать? Всё равно в ближайшие дни их отправить не получится. Остынет, подумает. А я ему ещё морковку покажу. Хм-м-м?
— Честно говоря, капитан, я хотел предложить вам должность командира одного… м-м-м… необычного, скажем так, подразделения. Но сейчас понимаю, что это несбыточная мечта. Увы. Поэтому сделаем так: при первой же возможности вас и тех ваших подчинённых, кто захочет, мы переправим на материк. Вот только меня смущает ваш маг-лейтенант.
— Чем, позвольте узнать? — судя по голосу, в горле у него явно пересохло. Хрипит, а не говорит.
— Возрастом, капитан. Сколько ему лет?
— Двадцать три. Но при чём тут… — не договорил, однако. Кажется, понял. Но мы на всякий случай додавим:
— Уважаемый Ирнаен, с какого возраста тёмный считается совершеннолетним?
— С сорока, командир.
Может, партнёр и прав: передумает. Но я сомневаюсь. Сильно сомневаюсь. Не видит капитан себе места на острове. Да и, похоже, сломался. Раньше сломался, ещё до нашего прихода. И держит его сейчас только долг перед подчинёнными. Или привычка к этому долгу. Потому и глупости делает вроде конфискации лодок. Как он, интересно, на них через море собрался?.. Шутишь?.. Н-да-а-а. Знаешь, партнёр, у вас не только мир странный. У вас там все странные… Это я, между прочим, вежливо сказал… Как-как. На голову прибитые. Вот как… Угу. Давай лучше пока на пристань сходим. С сержантами. Заодно поговорим по дороге.