Чтение онлайн

Твари спокойно себе заходили в пролом в заборе. Или — впрыгивали на территорию особняка на четвереньках. Таких было заметно больше, чем прямоходящих — из-за слизней, они людей оскотинивают.

— Планета обезьян, тля.

— Чего? — не понял Фаза.

— Фильм был такой, задолго до Псидемии. О том, как обезьяны умными стали, а люди — наоборот.

— И чего это значит, командир?

— А того, дружище Фаза, что очень уж похоже получилось: люди стали как обезьяны. Потому и планета наша — обезьянья…

Научники, с которыми Гурбан однажды

потолковал на эту тему, считали, что слизень отключает в мозгу человека определенные центры, тем самым подчиняя тело, также паразит контролирует выработку норадреналина, провоцируя в носителе вспышки агрессии.

Звери «умнели» за счёт слизней, у которых, как считалось, были зачатки интеллекта. А вот люди-носители превращались в своего рода неандертальцев или даже питекантропов — это уж как посмотреть. Причём не простых питекантропов, а особо свирепых…

Двух зомбаков, что обитали в летней кухне, Ксю отправила на тот свет лично. Теперь их трупы мозолили глаза Гурбану, мешали сосредоточиться на проблемах и их решениях — и пока что первых хватало, а вторых не было вовсе. У чистильщиков патронов меньше в разы, чем зомбаков снаружи. Даже если считать, что каждая пуля достигнет своей цели, что из области ненаучной фантастики, то всё равно патронов слишком мало. Обидно мало!

А всё по вине Дрона. Это он завёл отряд в ловушку. Да, хороший был план: найти тачки и поехать с комфортом вслед за «Хаммером». А в итоге вместо «как лучше» получилось «как всегда». И где эти крутые авто от импортного производителя, а? Скажите, где?

— Командир, из летней кухни вход был в подвал, я точно помню. Командир… — Дрон и сам понимал, что виноват, и потому метался из стороны в сторону. — Тут! Я точно помню!

За ним внимательно наблюдали особо нетерпеливые зомбаки, которые словно макаки, повисли на оконных решётках и, щеря гнилые пасти, пялились на людей внутри. Это, мягко говоря, нервировало. Хотелось избавиться от их навязчивого внимания. И особенно — от бывшего хозяина этого дома, Евгения Борисовича — уж больно злобно тот зыркал.

Но смысл тратить патроны? Освободившееся место тотчас займут другие твари.

Дрон плюхнулся на пол и обхватил голову руками. Рядом с собой он положил любимый нож, «Катран».

И надо что-то предпринять, вот только что?! У Гурбана не было ни единого варианта. Дом ведь окружён, а зомбаки могут держать осаду хоть до второго пришествия… И Дрон совсем закис, то есть потерял боеспособность, а это уже никуда не годится. Надо его как-то расшевелить.

— Где, говоришь, был вход в подвал?

— Где-то тут…

— М-да, координаты очень точные. Бек, ты лом свой не потерял?

— Обижаешь, командир.

— Ну так бери Дрона, и вместе простучите пол. Сумеете? Внизу пустота должна обнаружиться. Задача ясна?

— Так точно, командир! — оживился Дрон, Колян просто кивнул и засучил рукава. В прямом смысле, засучил. Если что, он готов был по камешку разобрать строение, пусть только Гурбан прикажет.

И четверти часа не

прошло, как они закончили расправу над ламинатом — безнадёжно испортили его острым наконечником лома.

— Пусто, командир.

— Где?!

Бек мотнул головой:

— В смысле, пустоты под полом не обнаружены.

Маевский, до сих пор молча сидевший на диване рядом с Доктором, сказал то, о чём многие думали:

— Ну и гнида ты, Дрон. Всех под монастырь подвёл.

Сисадмин выхватил нож, Маевский навёл на него винтовку:

— Ну, давай! А я в целях самообороны с удовольствием!..

В воздухе запахло сивухой. Опять Сашко умудрился незаметно причаститься. И когда только успевает? И, главное, откуда пойло берёт?

— Отставить! — Гурбану пришлось повысить голос. — Ещё не хватало, чтоб мы друг друга перебили тут на радость зомбакам!

Ксю подошла к столу между печками:

— Командир, есть тут одна странность.

— Ну?

— Тут на газу готовили, вон баллоны. Так на хрена тогда ещё кирпичная печка эта допотопная?

У Гурбана были соображения не это счёт, но высказать их он не успел.

Блондинка шагнула к кладке и наклонилась. Маевский с нескрываемым восхищением прикипел взглядом к её упругому задку. И Гурбан его понимал: посмотреть, действительно, было на что.

Ксю выпрямилась:

— Глаза сломаешь, стрелок. Лучше помоги, сама не справлюсь.

И Сашко таки помог — вместе они откатили кирпичную печь в сторону. Оказалось, что вся конструкция — чистая бутафория на роликах, под которой был спрятан металлический люк. Надо было только приложить усилие, чтобы сдвинуть «печь».

— Ну ни хрена себе… Как догадалась, светловолосая ты наша? — Дрон воспрянул, даже подшучивать начал.

— Просто у меня мозги есть. В отличие от некоторых.

Вот тебе и подножное топливо, подумал Гурбан.

Он подошёл к люку, попутно отметив, что зомбак Евгений Борисович принялся раскачиваться на решетке за окном, щеря гнилые зубы. Со стоматологами у зомбаков проблемы — нет таких спецов в их сплочённых рядах. Впрочем, у чистильщиков проблемы точно такие же, бойцы в случае острой боли спасались, кто чем мог.

— Замок на люке. Встроенный, кодовый. Что скажешь? — Гурбан посмотрел на Дрона, который встал рядом. — Сумеешь открыть?

Тот пожал плечами:

— Это как в анекдоте про динозавра.

— Что ещё за хрень?…

— Типа, какова вероятность, выйдя на улицу, встретить динозавра. Ответ: пятьдесят процентов. Или встретишь, или нет. Так и у нас: или открою, или нет. Но попробую.

Пока Дрон пробовал, Бек подошёл к окну.

Бывший хозяин, нынешний зомбак заухал и затрясся сильнее. Ну, ни дать, ни взять настоящий орангутанг. Только выглядели эти ужимки, мягко говоря, не смешно, но жутко.

Бек медленно попятился к лому. Гурбан сразу сообразил, что тот задумал. Размахнётся Колян хорошенько да, вышибив стекло, проткнёт насквозь уродца Евгения Борисовича, местного альфа-самца.