Чтение онлайн

«Как уже сообщала наша газета, в штате Техас, недалеко от границы с Мексикой, завершено строительство крупнейшего в мире ускорителя элементарных частиц. Строительство гигантского кольца, длина окружности которого составляет почти шестьдесят километров, обошлось международному сообществу в семнадцать миллиардов долларов. Но многие крупнейшие специалисты считают, что деньги потрачены не зря. Эксперименты, запланированные учеными на этом чуде человеческой мысли, получившем имя „Биг-Джек“, позволят им заглянуть так глубоко в тайны мироздания, как не удавалось еще никому и никогда. Кроме чисто теоретических, „Большой Джек“ поможет решить и множество практических, прикладных проблем.

Но

есть и другие мнения. Такие авторитеты, как профессор О’Хара и академик Майский, считают, что столкновение пучков частиц, разогнанных до скорости света и обладающих колоссальными энергиями, может породить, пусть и в миниатюре, нечто вроде „Большого взрыва“, положившего начало нашей Вселенной. Неизвестно, как подействует такой мини-„Большой взрыв“ на пространство и время, но, по их мнению, есть основания предполагать, что безответственный эксперимент может привести к трагическим последствиям.

Несмотря ни на что, организаторы не собираются отказываться от своих планов. Впрочем, такое поведение нередко свойственно ученым. Так, перед первым испытанием ядерной бомбы, когда никто не мог сказать с уверенностью, чем оно завершится, высказывались предположения, что взрыв может привести к цепной ядерной реакции земной атмосферы и тем самым погубить планету. Тем не менее бомба все равно была взорвана. Вот и теперь мы сможем узнать, кто из ученых прав, только после первого испытания ускорителя, которое запланировано на четырнадцатое июня текущего года…»

— Вспомнил! — Иван Петрович в сердцах хлопнул себя по лбу. — Ну, конечно! А я все думаю, что же мне покоя не дает, как начинаю вспоминать! Точно! Я тогда поздно домой пришел, а тут как раз в ночных новостях про этого «Большого Джека» рассказывают. Страхов еще напустили, прямо жуть. А назавтра замотался, все начисто из головы вылетело, но все равно занозой осталось сидеть. Так ты думаешь, это оно и есть?

— А что же еще? — уверенно ответил Мюллер. — Слишком много совпадений, чтобы оказаться случайностью. Тут у меня есть еще один журнальчик, правда, он специальный, на немецком языке, вы не поймете. И в нем на достаточно серьезном уровне, не так, как в этой газетенке, а со всеми математическими выкладками дан подробный анализ нескольких возможных вариантов последствий эксперимента. Я пытался приложить их к нашему случаю, но все время что-то не сходилось. А теперь, после того, что открыл Седых, все стало на свои места. Один из описанных вариантов полностью соответствует нашей ситуации. Похоже, что при эксперименте образовались не одна, а несколько черных дыр, определенным образом повлиявших на наше трехмерное пространство, выдернув из него и переместив в некое другое измерение территорию, которой, к несчастью, оказался наш район. Одновременно произошли нарушения в ходе времени, а оно является одним из измерений пространства…

— Ты постарайся излагать проще, — перебил его Незванов. — Я в эти теоретические построения вникать не буду, не до того. Рассказывай коротко, но понятно.

— Попробую, — смутился Мюллер. — Я, честно говоря, сам еще не во всем разобрался. Судя по всему, наш район превратился в нечто вроде замкнутого пузыря, входящего в цепочку таких же пузырей, представляющих собой опять-таки нашу территорию, только на разных временных отрезках, отделенных друг от друга, судя по мамонтам и первобытным людям, пришедшим из соседнего пузыря, тысячами и тысячами лет. Вот, смотрите…

Он взял лист бумаги и нарисовал на нем цепочку овалов, похожую на связку сарделек.

— Примерно так это выглядит, — сказал он и ткнул карандашом в один из пузырей. — Предположим, что это наш район, точнее, один из них, принадлежащий времени, в котором

мы живем. А это, — он переместил карандаш влево, — он же, но только много тысяч лет назад, сколько точно, сказать не могу. А этот — наш район в будущем. Не знаю, где находимся в этой цепочке мы — в середине или ближе к концу. Может быть, цепочка и вовсе замкнута в кольцо…

— Если это так, — спросил Незванов, — если есть проход из прошлого, то где-то может быть и проход в будущее?

— Должен быть, но только в одну сторону, — вздохнул Мюллер и пронзил цепочку прямой линией, завершив ее стрелкой. — Время не движется вспять. Поэтому Седых не смог пробиться через временную мембрану, а мамонты и другие пришельцы из прошлого не могут вернуться в свое время.

— Так бы и говорил, — кивнул Незванов. — А то какие-то сосиски рисуешь. Значит, по-твоему, где-то должен быть проход в будущее, и мы можем туда попасть?

— Выходит, что так, — кивнул Мюллер. — Только вот обратно вернуться не получится. Но тут возникает еще одна вероятность. Если цепочку можно пройти насквозь, то не исключено, что через какое-то время у нас могут появиться и динозавры…

— Да брось ты пугать! — отмахнулся Иван Петрович. — И без того чудес хватает.

— Вероятность, конечно, маленькая, но полностью исключать ее нельзя, — стоял на своем Мюллер.

— Ладно, динозавры динозаврами, но меня больше интересует будущее. Если, как ты говоришь, попав туда, мы не сможем вернуться обратно, то стоит ли искать этот проход?

— Кто знает… — пожал плечами Мюллер. — Встреча с людьми из будущего — об этом можно только мечтать! А может быть, они смогут разорвать круг и чем-то помочь нам.

— Помечтай! — горько усмехнулся Незванов.

— Нет, правда! — загорелся Мюллер. — Пусть это все голая теория, но чем черт не шутит! Давайте организуем несколько поисковых отрядов, обшарим каждый распадок… А вдруг найдется еще выход в наше, нормальное время, на материк, так сказать?

— Ох, Генрихович, знаешь ты, чем можно меня купить, и пользуешься этим… Ладно, подумаем.

— Чего тут думать! — Мюллера было уже не остановить. — Добровольцы, думаю, найдутся, да я и сам пойду…

Тут раздался звонок и замигала лампочка на селекторе. Незванов нажал кнопку и услышал голос Людочки:

— Иван Петрович, вас добивается Леонтьев. Говорит, что-то очень срочное.

— Соединяй.

— Петрович, вы не могли бы подойти ко мне в мастерскую? — Володя явно был чем-то взволнован. — Лучше будет, если вы сами это увидите.

— Хорошо, буду через несколько минут, — ответил директор, выключил селектор и сказал Мюллеру: — Пойдем, кажется, нас ждет еще какой-то сюрприз.

В мастерской у Леонтьева стоял запах озона, а сам он пребывал в крайней степени возбуждения.

— Что у тебя здесь, гроза прошла? — принюхался Незванов. — Рассказывай, что случилось?

— Эта штука, что вы принесли, Петрович, — Володя показал нож, — что-то невероятное! Вот эта хреновина — явная батарейка, вот контакты…

— Я так и предполагал, — сказал Иван Петрович.

— Да, но таких батареек не бывает! Я примерно определил ее емкость, и знаете что? Одна эта штучка может заменить сотню больших аккумуляторов. На ней электродвигатель в тридцать киловатт будет неделю крутиться, а если ее в фонарик поставить, то он лет пятьсот будет светить без подзарядки! Она, правда, севшая была, но я попробовал зарядить. Так она за две минуты сожрала энергии больше, чем моя мастерская за неделю съедает. У меня все автоматы вырубило, пришлось напрямую подключать. И ей все равно, постоянное напряжение или переменное, два вольта или триста восемьдесят, все хавает. Но это еще не главное. Смотрите!