Осколки
Шрифт:
Она не могла больше поддерживать их беседу. Тему требовалось сменить во что бы то ни стало! Притвориться, что всё хорошо, отмотать на два месяца. Иначе она просто развалится. На части. У всех на глазах.
— Да, конечно. Бублик, Макарон, фу… — мама отвлеклась на своих псов. Агата улыбнулась отцу. А тот, видно, и сам не прочь был притвориться, потому что стал рассказывать ходящие по посёлку сплетни и всячески демонстрировать, будто всё нормально. И было это хо-ро-шо. Как в прежние времена. Шипел чайник, гудели проснувшиеся пчёлы, и ветерок раздувал кружевные занавески на окнах.ГЛАВА 15
Ко
Ксюша так орала, что он не сразу услышал, что в дверь звонят. Затушил окурок, закрыл за собой дверь и вернул тюль на место.
Дзынь-дзынь-дзынь.
— Ксюх, это, наверное, бабушка. Пойдёшь со мной бабулю встречать? Нет?
— А-а-а-а-а-а!
— Ясно, — пробормотал Илья, игнорируя тик в глазу, и поплёлся в коридор, чтобы открыть дверь незваным гостям. Как он и думал, на пороге застыла Зоя Константиновна, за спиной которой маячил муж.
— Добрый день.
— Добрый? Ну, может быть, для кого-то… — шмыгнула носом женщина. — Для меня — нет. Я все дни не могу успокоиться, реву. Правда, Серёжа?
— Мы же не на Марс улетаем, — в который раз повторил Илья.
— Я вообще не понимаю, зачем вам уезжать!
— Затем, что здесь в ближайшие годы ничего толкового не будет. Не хочу ставить крест на своём будущем и будущем дочки.
— Да с чего ты это взял?! Меньше читай эту свою независимую прессу! Ты разве не знаешь, что в мире творится? Кризис. Без нас там пропадут. А нам-то что? Мы, наоборот, наконец, заживём по-человечески.
Илья пожалел, что вообще влез в этот разговор. Потому как следующий вопрос, который сам собой напрашивался, был до банального очевиден и затёрт до дыр — что им мешало зажить по-человечески в последние двадцать с хвостиком лет. Точней, прости господи, кто. Но у этих людей был какой-то сбой в причинно-следственных связях. С телевизором они дружили гораздо больше, чем с логикой. Они ели то, чем их кормили, не желая задумываться о меню, и всерьёз полагали, что это норма.
Ну и чёрт с ними! Пусть и дальше живут в своём придуманном мире. Рано или поздно он рухнет, как карточный домик. Но это будут уже не его проблемы. Кстати, о проблемах…
— Пойду к Ксюше, она сегодня что-то совсем расходилась…
— Ещё бы! Чувствует, видно, что ты собрался её увезти. От родных-то бабушки и дедушки. Как будто мало, что она мать потеряла.
— Пожалуйста, не начинайте. Лучше попытайтесь её успокоить. У меня не выходит.
— Тогда как же ты с этим будешь справляться один?!
— Я не один. Агата будет под присмотром нянечки, которая специализируется на работе с такими детьми.
На поиски няни у Ильи ушло едва ли не больше времени, чем на поиски квартиры и открытие дела. Выбор был не слишком богат. Он выбирал всего-то из двух кандидаток. Решил, что если что-то там не задастся, с проблемой будет разбираться уже на
месте. И вроде бы чуточку выдохнул.Прощание выходило ужасным. Зоя Константиновна причитала, словно кто-то умер. Сергей Степанович неловко топтался с ноги на ногу. Истерика Ксюши давалась ему с трудом. Он понятия не имел, что с этим делать. Во всём был один только плюс — если они и подумывали о том, чтобы оставить Ксюшу себе, то после её истерики отказались от этой мысли.
— Чёрт! Время! Мы опаздываем в аэропорт.
Илья схватил телефон, вызвал через приложение такси.
— Побудьте с ней, пока я перетаскаю чемоданы…
Чемоданов у них было много. Аж четыре. Плюс сумка с ноутбуком и документами. Илья спустился вниз, оставил багаж возле скамейки у входа в парадную и вернулся, чтобы закрыть дверь.
Ксюша так умаялась от своего крика, что безвольно повисла на руках у Зои Константиновны. У Ильи что-то дрогнуло внутри, когда он увидел её слипшиеся от слёз реснички, когда услышал, как горестно, надсадно всхлипывая, дочь дышит, не в силах успокоиться. О том, что такую же истерику Ксюша может устроить где угодно — в аэропорту, в самолёте, в такси — Стужин старался не думать.
— Пишет, что машина подъехала, только я что-то ее не вижу.
Между часто припаркованными авто пробиралась лишь убитая в хлам десятка. Стужин заказал себе машину с повышенным уровнем комфортности, поэтому далеко не сразу догадался свериться с номерами. Оказалось, что ехать им предстояло именно на этом корыте.
— Твою мать, — выругался он. Ждать, что водитель поможет ему с чемоданами, не приходилось. — Зоя Константиновна, усадите, пожалуйста, Ксюшу в автокресло. Я пока погружу багаж.
Он успел сунуть в багажник два чемодана и отошёл за остальными, когда услышал визг шин за спиной. Оглянулся.
— Какого… Где Ксюша?
— В машине.
В той самой, что, мигнув напоследок фарами, скрылась за поворотом?!
— Может, водила думал, что ты уже сел? — изумился Сергей Степанович. Илья не знал, о чем думал этот урод! Он знал только, что его дочь увозит неизвестно кто и неизвестно куда.
Стужин достал из кармана телефон, снова открыл приложение, в котором была предусмотрена функция связи с водителем. Сердце грохотало в ушах, и оттого он не слышал гудков. А вот голос водителя расслышал отчётливо.
— Илюша, значит так, слушай сюда! Твоя дочь у меня.
Значит, никакая это не ошибка. Значит, тот, кто был за рулём, знал, что делает. И это «твоя дочь у меня» — как в дешёвых боевиках, господи! Но что это означает? И у кого это — у него? Голос показался Илье знакомым, но в панике он не смог сходу определить, кому тот принадлежит. Его мысли метались и путались.
— И? Чего ты хочешь? — спросил он, нервно приглаживая волосы.
— Денег! Тех денег, что я благодаря тебе, урод, потерял!
В трубке снова послышался визг шин и череда сигналов клаксонов, которые, кажется, Стужин слышал не только в трубке. Значит, водитель, кем бы он ни был, не успел отъехать далеко. Значит, ещё не всё потеряно! Думай, Илюша, думай. Звонить ментам? Или попытаться решить проблему самостоятельно?
— Илья, с кем ты говоришь?! Где Ксюша?! Куда её повезли?! — острые когти Зои Константиновны впились в его запястье. Илья дёрнул рукой, освобождаясь от захвата.
— Каких денег? Сколько? Как тебе их передать? Моя дочь больна. Её незамедлительно нужно вернуть…