Чтение онлайн

– Но…

– Я откажусь быть твоим наставником и покину Эсмар, если ты ещё хоть раз заговоришь об этом, - сухо пригрозил Эдриан.

Его печалило настойчивое желание мальчика исцелиться с помощью чужой духовной силы. За прошедшие три с половиной тысячелетия число духовных созданий в заповедных землях значительно возросло из-за частых войн в королевствах смертных. Шестикрылые фениксы ушли из Огненных Пустошей после того, как последним из них в пламени разрушения переродился глава клана Аан Хуо. Могущественным огненным птицам стало тесно рядом с демонами, поэтому они облюбовали Шаэн. Аан Хуо убил короля Шаэна и занял трон, после чего уничтожил половину смертного населения в своих владениях, чтобы утолить жажду мести за давнюю смерть дочери. Среди убитых фениксами людей было много полукровок с чистой духовной силой, не испорченной человеческим колдовством. Все эти души отправились не в царство мёртвых, а в заповедные земли, где спустя разное время обрели новую форму и жизнь. Второе такое пополнение произошло после того, как граничащее с Шаэном королевство Наим заявило права на спорные земли. Пока фениксы бесчинствовали к западу от Срединного хребта, демоны сталкивали лбами

шесть восточных королевств, наращивая своё влияние в мире смертных. Человечество за сотни лет почти постоянных сражений основательно поредело, что пошло на пользу духовным созданиям. Небожители усилили барьер вокруг заповедных земель, чтобы войны не затронули это убежище магических существ. А потом снова всё переменилось. Фениксы угомонились, люди устали воевать, в царстве смертных наконец-то воцарился шаткий мир, но Облачное Царство решило пополнить свою армию новобранцами и открыло врата на острове Яй. Многие смертные воины захотели стать бессмертными, а пропуском на небеса служит только наличие духовной силы. Охота на магических зверей возобновилась. Колдуны за хорошую плату временно ослабляют барьер, чтобы охотники могли войти в заповедные земли и выйти оттуда. Владыка Тан Роэн делает вид, что ничего не замечает, лишь потому, что убийства духовных зверей происходят в интересах Облачного Царства. Небожители не щепетильны в вопросе происхождения духовной силы воина - для них важны способности. За очень короткий промежуток времени заповедные земли вновь почти опустели. В граничащих с ними королевствах людей охота на духовных зверей запрещена, но границу никто не охраняет. Когда тигрица Кора выросла и окрепла, Эдриан подумывал отпустить её на волю в заповедные леса, но не рискнул так поступить. Позволить ей разгуливать на виду у безжалостных охотников он тоже не решился и связал дух зверя с небольшим медальоном, который постоянно держал при себе. Кора - фамильяр Мирим. Тигрица сама признала эту девушку своей хозяйкой. Она будет лучшей охраной, когда Мирим переродится, поэтому потерять столь ценного духовного зверя из-за людской жадности и глупости лорд Дайлу не мог. За саму Мирим он тоже опасался, ведь она действительно могла появиться где-нибудь в заповедных землях духом-оборотнем. Ясар ещё слишком юн, чтобы осознать, насколько жестоки его мечты об исцелении. Он всего лишь ребёнок, который хочет ходить. Его можно вылечить, да, но какой ценой? Чью жизнь придётся отнять, чтобы вернуть смертному мальчишке ноги? И сколько потребуется таких невинных жертв? У мальчика совсем нет собственной духовной силы. Любой магический эффект для него будет временным. Убив одного зверя, он будет убивать их снова и снова. Поглотить ядро, чтобы изменить свою духовную суть, Ясар тоже не сможет. Но если он уже задумывается об этом, то со временем робкая надежда может превратиться в навязчивую идею - как раз это Эдриана и печалило.

Занятия давно закончились. Небо начало темнеть, и отец забрал мальчика в комнаты для прислуги. Время ужина прошло, но у лорда Дайлу не было аппетита. Подобно каменному изваянию он продолжал неподвижно стоять у распахнутого настежь окна в ожидании появления первых вечерних звёзд.

– Ясар снова огорчил вас?
– спросил Юнай, войдя в покои господина.

– Я думаю о бессмертии, - негромко ответил Эдриан, не отрывая взгляд от неба.
– Когда было создано Облачное Царство, а полубоги от нечего делать вздумали обучать смертных магии, они соединили крупицы своих духовных сил в источнике росы бессмертия. Ты прошёл через испытания на острове Яй и получил в награду каплю такой росы. Скажи, сколько раз ты сожалел об этом?

– Я сожалел лишь о том, что пришлось отказаться от своих целей относительно мира смертных, - ответил воин.
– Теперь понимаю, насколько наивными были мои мечты, и не жалею ни о чём. Если даже имперская власть не смогла положить конец войнам и жестокости на землях людей, то что смог бы сделать я? Только зря потратил бы время на тщетные попытки что-либо изменить. Людей не переделать. Желание мальчика снова встать на ноги вы отнять тоже не сможете. Он весьма целеустремлённый парень. Подрастёт ещё немного и начнёт слушать не ваши наставления, а своё сердце.

– Поэтому я и задумался о росе бессмертия, - кивнул звёздный дракон.
– Она сделает Ясара подданным Облачного Царства, но вернёт ему возможность ходить.

– Для начала она его убьёт, - напомнил Юнай.
– Вы же знаете, как устроено это бессмертие.

– Знаю. Это всего лишь череда смертей и воскрешений, длящаяся до тех пор, пока собственная духовная сила воина не будет утрачена безвозвратно. Сколько раз ты умирал?

– Я не подсчитывал, - болезненно поморщился бессмертный воин.
– Если вам интересно моё мнение по этому поводу, то я бы на вашем месте сначала посоветовался с владыкой Роэном. Ясар слишком юн и не имеет своей духовной силы. Роса может убить его безвозвратно, но даже если он переживёт посвящение в бессмертные, то навсегда останется ребёнком. В Облачном Царстве есть большой клан целителей. Помнится, его глава с семьёй даже наносили визит во дворец Айлань после вашей свадьбы. Можно попросить совета или помощи и у них тоже.

Эдриан вновь устремил взгляд на вечерное небо, помолчал немного и тяжело вздохнул.

– Не знаю, Юнай. Я хочу помочь этому ребёнку, но в то же время сомневаюсь. Иногда добрые намерения оборачиваются большей бедой, чем бездействие. Обещать что-то ему или его родителям точно не буду, но нужно хотя бы разузнать, есть ли для него шанс исцелиться полностью.

– Поручите это Муну, - предложил бессмертный воин.
– Он уже три с половиной тысячи лет бездельничает. От радости, что вы о нём вспомнили, точно лопнет.

– Хорошая идея, - согласился лорд Дайлу и вдруг нахмурился.
– Не пойму, куда подевалась звезда Мирим. Она обычно загорается в числе первых вечерних звёзд.

Юнай тоже подошёл к окну, окинул взором тёмный небосвод и неопределённо хмыкнул. Путеводной звезды, давным-давно зажжённой его господином, действительно не было.

– Сейчас сезон звездопадов. Может, её случайно зацепил бог небесных светил?
–

предположил бессмертный воин.

Эдриан внимательно осмотрел свои запястья, обвитые такими же узорными шрамами, какие после свадьбы в заповедном лесу остались на руках его жены, но колец по-прежнему было три. Если бы Мирим обрела новую жизнь, одно кольцо исчезло бы, а путеводная звезда ярко засияла, указывая место перерождения. Увы, ничего подобного пока не произошло, а маленькая тусклая звёздочка почему-то исчезла с небосвода вовсе.

– Не нравится мне это, - хмуро проворчал лорд Дайлу и отошёл от окна.
– Юнай, я отлучусь ненадолго на гору Девяти Ветров, а ты пока останься здесь за хозяина. Ясару поблажек не делай. Чем больше он будет читать, тем меньше времени у него останется на несбыточные мечты.

– Да, господин, - кивнул бессмертный воин в знак того, что понял приказ.

Умение не задавать лишних вопросов Эдриан ценил в своём страже едва ли не выше всех остальных достоинств. Если бы Юнай спросил о сроках отсутствия, он не смог бы ответить, поскольку пока сам не понимал причин своей тревоги. Драконье чутьё подсказывало, что нужно срочно вернуться домой - это единственный ответ, который лорд Дайлу дал бы своему верному стражу. Что-то случилось на горе Девяти Ветров. Зажигая путеводную звезду, Эдриан вложил в неё крошечную частичку духовной силы Мирим. Сделано это было во дворце Айлань, поэтому сердце теперь звало звёздного дракона именно туда. Если звезда погасла, значит, духовная сила в ней иссякла, а это могло означать только одно - боги не сдержали своё обещание, и дух Мирим спустя три с половиной тысячелетия развеялся полностью.

Муну не баловал своего хозяина ежедневными отчётами и присылал магические сообщения лишь при необходимости. Последнее Эдриан получил несколько дней назад. В нём говорилось, что владыка демонов Лерой Нитаэн в очередной раз справлялся о том, скоро ли господин намерен вернуться домой. В ответном послании лорд Дайлу, как обычно, сообщил, что пока не намерен возвращаться. Он и предположить не мог, что вскоре после этой короткой переписки обнаружит дворец Айлань сожжённым до основания. Вход в подземные залы тоже пострадал, но хотя бы остался запечатанным магией. Ни слуг, ни кого-либо из стражи найти не удалось, как и их останков. На магический призыв никто не откликнулся. Спустившись в подземелья, Эдриан первым делом тщательно проверил состояние святилища, печать богов в котором на протяжений многих тысячелетий удерживала пламя разрушения в границах Огненных Пустошей, не позволяя губительной силе распространяться по миру. Печать значительно истощилась, но пока ещё работала в полную силу, а вот в другой закрытой пещере Эдриана ждал неприятный сюрприз - кто-то проник туда в обход защитной магии и украл артефакт, наполненный духовной силой последнего первородного огненного дракона. Поскольку разрушить барьер, созданный полубогом, мог только тот, кто обладает равноценной силой, подозрения сразу же пали на владыку демонов.

– Впустите его!
– приказал Лерой Нитаэн своим воинам после того, как лорд Дайлу без приглашения и предупреждения заявился на порог его дворца в Огненных Пустошах и в ярости покалечил половину стражников.

Разговор получился коротким, но содержательным. Выяснилось, что владыка демонов неоднократно интересовался возвращением хозяина дворца Айлань лишь потому, что был обеспокоен настойчивым интересом шестикрылых фениксов к горе Девяти Ветров. После того, как все огненные птицы переродились в пламени разрушения, их сила увеличилась стократ, но стала зависимой от Пустошей. Теперь члены этого клана слабеют по мере отдаления от места перерождения. Пока фениксы оставались в Пустошах, глава клана Аан Хуо не единожды пытался пробиться в недра горы Девяти Ветров через тот вход, где находится портал, ведущий в Облачное Царство. Мощи его маленькой пернатой армии не хватило бы для того, чтобы разрушить печать богини Айлань, а портал боги закрыли навсегда в тот день, когда за недобрые намерения был свергнут с престола и наказан бывший небесный владыка Даэ Нитаэн. Не понимая целей фениксов, повелитель демонов счёл необходимым сообщить богам об их странных попытках вломиться в пещеры горы Девяти Ветров. Боги не стали тратить время на выяснение причин и просто отняли у клана огненных птиц право жить в Пустошах. Фениксы ушли не сами - их выгнали. Шаэн расположен к Огненным Пустошам ближе других королевств, поэтому ему и не посчастливилось стать новым пристанищем для могущественных духовных созданий.

– Они иногда с моего согласия приходят сюда, потому что зависимы от силы пламени разрушения. В последний свой визит несколько дней назад лорд Хуо ненавязчиво намекнул на то, что ты отсутствуешь уже очень долго, поэтому я и потревожил вопросом твоих слуг, - объяснял владыка демонов своему рассерженному гостю.
– Мне не нужна ни твоя гора, ни твой дворец. Своих владений хватает. Из-за стычек с фениксами я половину войска растерял. Их собственная духовная сила после перерождения стала ничем не хуже той, которую мы вкладываем в магическое оружие. Любая из этих птиц одним щелчком пальцев способна навсегда разрушить дух бессмертного или демона. Представляешь, что может сотворить целый клан? Ты был в Шаэне после того, как они туда переселились? От большинства городов только пепелища остались. Если ищешь виновных в том, что твой дом сгорел, смотри в ту сторону, а не сюда. Демоны Огненных Пустошей никогда не враждовали с тобой, Дайлу. У меня нет ни причин, ни интереса соваться на твою территорию. Если бы я хотел добраться до Облачного Царства, то уже давно сделал бы это другим способом, потому что понимаю важность печати твоей матери.

Лерой Нитаэн и раньше ничего не знал о спящем духе отца Эдриана, давным-давно поверженного в бою Ааном Хуо. После разговора с ним лорд Дайлу уверился в том, что для Лероя Нитаэна эта тайна по сей день остаётся сокрытой. А вот главе клана шестикрылых фениксов была известна истина - Эдриан сам рассказал ему об этом, когда просил осмотреть Мирим. Перерождённые в пламени Пустошей фениксы действительно могли сжечь дворец Айлань вместе со всеми его обитателями, но им не удалось бы сломать магический барьер в пещерах. Это сделал либо полубог, либо бог - других вариантов нет.