Чтение онлайн

Но одно послание все же привлекло внимание. — «Открыт новый магазин рыболовных товаров. Обязательно стоит заехать — не помешает прикупить пару-тройку новых удилищ. Грядет зима — пора подледной рыбалки. А вдруг капитан Конев приедет, а я не готов к радушному приему. Нехорошо, ведь я обещал показать здешние озера. А потом — запарить баньку, а после — дружески побеседовать у камина за чашкой глинтвейна или виски с кофе по-ирландски. Само собой, капитан не откажется от горячительного. Но главное — рыбалка». — Мысли о приезде Конева, который теперь занимал должность убитого за измену Васнецова,

Полчаса пронеслись для него незаметно. Умная программируемая духовка издала пронзительный писк, слышимый, наверное, во всем доме, как бы говоря: «Ваш заказ, сударь».

«Вот и отлично!» — Улыбнулся Роб. — «Пора обедать. Или ужинать — время близится к вечеру, скоро стемнеет. Ах, как хорошо летом — белые ночи, хоть книгу читай». — Единственное, что Робу не нравилось в холодную пору — ранний закат. В остальном — тихая и малонаселенная Карелия приходилась Старому Вояке по душе. Наверное, только Саймон ворчал, ведь ему приходится ездить на учебу на школьном автобусе и жить в деревне.

Первую порцию чудо-запеканки вместе с горячим малиновым чаем глава семейства решил отнести Венди. — «Постельный режим никто не отменял». — Подумал Роб, поднимаясь по лестнице с деревянным подносом, подобно неуклюжему официанту.

— Венди, я вхожу. — Громко произнес он.

Стучаться в дверь с подносом в одной руке было, пусть и разумнее, но несколько труднее. Можно было, что называется, «покормить» пол и стены и обеспечить себя долгой уборкой.

— Да, дядя Робби, хорошо. — Хрипло отозвалась Венди.

Деревянная дверь тихонько скрипнула и Роб оказался внутри.

В комнате царил аромат цветов, подаренных накануне Брэдли — что не сделаешь для скорейшего выздоровления. — «И как он успел заскочить в город и вернуться затемно»? — Роб так и не нашел ответа, а сам Брэд предпочитал оставить все в секрете.

Сама комната более походила на замок сказочной принцессы, украшенная десятком кукол и мягких игрушек. Кровать прикрывал балдахин из полупрозрачной розовой ткани, что весьма отличалось от мальчишечьих комнат.

— Как самочувствие? — Дядя поставил поднос на небольшой круглый столик рядом с кроватью, уставленный микстурами, порошками и пилюлями. — Принимаешь таблетки, прописанные Михаилом Андреевичем? Не пропускай, а то доктор будет ругаться!

— Да, намного лучше. Только голоса нет. — Прохрипела она еле слышно. — Не волнуйся, дядя, принимаю. Не хочу болеть вечно. Скоро буду кататься верхом на единороге! — Девушка приложила ладонь к виску, подражая дяде, и мило улыбнулась.

— Вот и славно — доктор тебя вмиг на ноги поставит. — Роб с нежностью погладил Венди по голове.

— Да, хорошо бы. — Ответила она.

Венди лежала на кровати, укутавшись в теплое ватное одеяло и, по всей видимости — листала электронный журнал, наверное, с рецептами очередной вкуснятины, или женскими секретиками, как рассудил Роб. Готовить, к слову, она научилась прекрасно — куда лучше всех остальных в этом большом доме.

— Тридцать семь и пять. Высокая все еще. — Роб проверил градусник. — Эх, Венди, вот будет уроком на будущее — нельзя выходить в дождь на улицу без зонта.

— Кто же знал, что так

— И этого хватило. Что ж, будешь знать, как пренебрегать здоровьем, тем более, когда простуд липнет, как пыльца к рукам.

Венди улыбнулась, приятно удивленная вниманием дяди. Она взяла чашку с чаем и задула на него, чувствуя, как теплое пахучее облако взмывает в воздух.

— Спасибо, дядя Роб. — Ответила она. — Ты всегда так заботлив ко мне.

Венди не отличалась крепким здоровьем ни в старом теле, ни в новом. Доктор Кофман заверил, что это вполне нормально, поскольку должно пройти еще несколько лет, прежде чем гены нового тела возьмут верх над старыми, полученными вместе с душой, однако слова могли оказаться лишь утешением, о чем Роб давно подозревал.

«Надеюсь, так и будет». — Роб доверял словам доктора, пусть и с большой опаской.

— Выздоравливай, я еще загляну. — Поцеловав девушку в горячий лоб, дядя направился к выходу. — Приятного аппетита. Зайду позже, уберу и помою посуду. Не переживай за порядок. — Дядя знал о трепетном отношении Венди к чистоте в доме.

— Хорошо. Спасибо большое.

«Теперь Саймон. Сорванец наверняка снова примется капризничать и выпрашивать разрешение поесть в библиотеке». — Тяжело вздохнув, Роб принялся придумывать контраргументы изощренным доводам мальца.

— Саймон, ужин на столе. — Едва положив еду в тарелку, прокричал Роб так, что бы его услышали из «избы-читальни».

Мальчишка молчал, но прежде чем дядя успел что-либо предпринять, появился на кухне.

— Приятного аппетита. — Ласково произнес Роб.

— Приятного, дядя. — Более сдержанно ответил Саймон, принимаясь за угощение.

Ужин удался. Роб счел собственную стряпню весьма приятной на вкус, Саймон уплетал за обе щеки. Возможно, сказывался голод, а может Робу просто повезло. Но, так или иначе, было вкусно. Он чувствовал, как горячий сыр растекается во рту, а хрустящие корочки добавляют некий шарм этому блюду.

— Дядя, а как вы познакомились с Кайлером? — Неожиданно выдал малец.

Сказать, что Роб смутился — ни сказать ничего. От услышанного, он едва не поперхнулся чаем и некоторое время задумчиво, если не сказать — растерянно, вглядывался в недопитую чашку и молчал.

— С Кайлером лично я повстречался, когда предатель Васнецов едва не погубил весь мир. Помнишь ту историю с пробуждением? — Роб решил зайти издалека, стараясь обойти острые углы, ведь они с кардиналом познакомились куда раньше.

— Кто же не помнит, паника стояла, будто конец света, даже школу закрыли, к великому счастью. — Мальчишка развел руками. — Кайлер ведь приехал помочь? Значит — он герой!

— Как бы сказать. Он и его друзья спасали себя, им бы тоже не поздоровилось. Мир рушился на части, а другой планеты, как известно, у нас нет.

Роб решил умолчать про спасение Элизабет, поскольку та приходилась сестрой Вилмера, брата Кайлера, дабы Саймон не посчитал кардинала героем, хотя, малец уже сложил о кардинале свое мнение. — «Один добрый поступок не перекроет все зло, которое совершили эти люди». — Дядя рассудил по-своему.