Чтение онлайн

— По сути, это ведь его идея, мужики, — проникновенно втолковывал Илья. — Если мы просто так возьмем и заберем эту идею, то получится, что мы его элементарно кинули. Он же нас с кашей съест!

— Давай не будем забирать эту идею просто так. Просто предложим ему пересмотреть условия договора.

— Что? — Илью аж перекосило. — Да он и разговаривать с нами не станет! Просто найдет других парней…

— Пусть ищет, — пожал плечом Сергей. — Значит, мы с ним просто не договорились. Но он ведь сам на нас вышел? Значит нужны мы ему… Кстати! — его вдруг осенило, — а как он на нас вышел? Через кого?

Пока Илья бубнил что-то невразумительное о старых связях, в разговор вклинился Кирилл.

— Нет, в натуре, давайте

сами сделаем такую базу! Какая там идея? Собрать воедино данные? Так это не идея! Никто на это патента не даст. Это как «хорошо бы изобрести вечный двигатель!». Хорошо бы, изобретайте. Нам ведь придется с ноля начинать: материал собирать, цифровать, интерфейс придумывать, структуру. А раскрутиться? Да не так это сложно! Надо по сети баннеры раскидать, пару статей тиснуть в прессе, — он хлопнул Илью по локтю. — Помнишь, у тебя знакомый журналист был? Терся тут еще весной? Как его?..

— А! — отмахнулся Илья. — Это несерьезно. Он не журналист, а фигня полная и козел.

— Пусть козел. Нам с него не молоко доить, нам статья нужна! У меня, кстати, даже визитка его валяется дома… Бояршинов, кажется, его кличут…

— Да он не волочет по нашей теме совсем.

— Пусть! Мы ему все объясним и разжуем в лучшем виде.

Спор разгорался. Даже Машка загнала в спину Илье пару тамагавков, предложив связаться со своей теткой, работающей в каком-то обществе защиты памятников архитектуры. На три фронта Ильи не хватило. Через девять с половиной минут он поднял руки в знак капитуляции.

— Ладно. Допустим, что мы такие супер-пупер и сами справимся с этим проектом. Допустим. Но нельзя же просто послать человека с такими деньгами!

— Не надо его посылать, — одобрила Машка. — Надо встретиться с ним и изложить наши соображения. Мне кажется, он согласится с нашими доводами.

— Ну да, — хохотнул Кирилл. — Согласится, как Киса Воробьянинов, когда Бендер ему обещал справиться с его делом!

— Нет, серьезно! — продолжала Машка. — Надо только изложить нашу позицию. Мы профессионалы и давайте держать марку, если и впрямь хотим, чтобы на нас смотрели как на профессионалов!

Нерон улыбнулся про себя, слушая о высокой Машкиной самооценке, но на лице улыбка не проступила, и его хмурое молчание воспринималось как согласие с мнением большинства.

Илья посмотрел на это лицо и вздохнул безрадостно.

— Ладно. Завтра я встречаюсь с этим тортом и…

— А чего ты один? — Машка дожимала его. — Сходите с Серегой. Тем более он будет выглядеть помощнее… Извини, Илюш, но ты ведь не будешь спорить, что «по нашей теме» он наиболее продвинут?

— Нет. Нет, конечно, — Илья тотчас с готовностью придвинулся вплотную к Сергею, только что голову ему на плечо не положил. — Серега у нас — главный чип. Главный камень и основной винт нашего славного коллектива.

— Так сходите вместе! Будет и полезнее, и солиднее.

Сергей одержал явную победу. Не вполне ясно над кем, но все-таки победу. Но не это занимало его сейчас. Бояршинов! Корреспондент Бояршинов, оказывается был связан с ним не чем-то абстракным и отдаленным. Журналист Бояршинов крутился вокруг их компании и даже успел познакомиться с Ильей и оставить свою визитку Кириллу.

Черт, может, и с Сергеем он общался? Вокруг них постоянно крутится какой-то народ, мнящий себя дизайнерами, программистами, хакерами, фрикерами и просто умными людьми. Илья не возражает, полагая, что количество и впрямь должно перерастать в качество. Время от времени он пытается вербовать кого-нибудь из этих недотеп, поручать им какие-нибудь задания, подсовывать в помощь Нерону или Машке. Кирилл появился в их команде именно из этой серой массы. Не Бог весть что, но работает не хуже поденщиков с физтеха. Кстати, и Галина «намылась» из этого песка.

Как же в точку, похоже, подала она свою версию о связи всех убитых! Не исключено, что все эти покойнички были даже ближе, чем можно

себе представить. Может, удастся раскопать что-нибудь и о предыдущих трупах? Поспрашивать, повспоминать…

— Фиг тебе! — гаркнул под темечком внутренний голос. — И не думай что-нибудь выяснять! Если хочешь остаться в живых, сиди тихо. Хватит с тебя приключений. Не то следующий сбывшийся сон будет о том, как тебя живьем закатывают в асфальт где-нибудь на Ленинградке. И меня вместе с тобой прикончат. И еще спасибо скажем, что лежим под президентской трассой, а не где-нибудь на второстепенной объездной. Понял?

— Все понял. Молчу, — смиренно отвечал Нерон своему внутреннему голосу. — Я ведь только хотел…

— Опять?!

— Нет. Все. Молчу.

— То-то же.

Сначала, когда Илья объяснил, где они встречаются, и продиктовал адрес — конец Ленинского проспекта, Сергей решил, что они едут в какой-нибудь задрипанный офисок на втором этаже бывшей школы, где нечесаный дядя в стоптанных ботинках станет корчить из себя миллионщика. Он уже настолько настроился увидеть перед собой стандартную пятиэтажку с барельефами классиков над дверями, в таких подробностях и красках представил себе щербатого «мецената», что изрядно офигел, увидев перед собой современное здание бизнес-центра. Еще офигенней оказался бизнес-центр внутри, а уж роскошные апартаменты, куда их пригласили проследовать по широкой ковровой лестнице, довели степень Сережиной офигелости до предела.

Илья, разряженный в дорогой костюм, важно вышагивал рядом, весьма довольный тем, какой оглушающий эффект на взбунтовавшегося подчиненного произвел этот ультрасовременный ампир.

Положа руку на сердце, Сергей растерялся и потерялся. Оказалось, что ораторствовать и выдвигать лозунги в знакомом до боли зале «Путины», в компании приятелей — одно, а сохранить боевой настрой в кабинете двенадцать на двенадцать — совсем другое. В таких кабинетах, с дорогой мебелью и подчеркнуто аскетичным гербарием на стильных полках, даже удобные кожаные кресла на рессорных ножках играют против тебя, услужливо проваливаясь и опрокидывая твое растерявшееся тело самым неподходящим образом; теряешь несколько секунд, чтобы принять задуманное положение, а с этими секундами неуверенности — и изрядную долю своего запала.

Эти проклятые кресла, хороший кофе в изящных фарфоровых чашках, гостеприимные улыбки секретарши и хозяина кабинета — все здесь пропитано нарочитой услужливостью и ядовитой предупредительностью, какую может позволить себе лишь тот, кто абсолютно уверен в себе и в ничтожности своего посетителя. Паук вполне может пропустить мимо ушей любые оскорбления от бьющейся в паутине мухи, слон, как известно, не обращает внимания на собачье тявканье, а от большого человека не убудет, если он слегка унизится перед маленьким. Некоторые очень большие люди даже находят особое, утонченное удовольствие в том, чтобы проявить себя в новом качестве. Известные своими закидонами по части дворянской чести японские самураи и те не отстают: у них принято кланяться друг другу чуть ли не ниже пола. И среди их техногенных потомков не считается зазорным опустить стриженую башку ниже щиколоток, напротив, кто компактнее сложился в поклоне — тот оказался на высоте, проявил себя с лучшей стороны и вообще «прогнулся».

Загадочный меценат, принимавший компьютерщиков в своем подлом кабинете «прогнулся» по полной программе: кофе с тарталетками, сигары, музычка на выбор, «будьте любезны, присаживайтесь». Обстановка давила на психику, но и расслабляла одновременно. Илья вполне свойски общался с хозяином кабинета, а Сергей чувствовал себя не в своей тарелке, что-то мямлил, бубнил, то и дело сбиваясь, повторяясь и начиная с начала. Необъяснимая метаморфоза сродни той, которая происходит со многими людьми, если под нос им суют микрофон или разворачивают на них телекамеру.