Ошейник для Лисицы
Шрифт:
— Нобль, ты остаёшься здесь, если что — оказываешь сопротивление. Мы вернёмся через десять минут, просто стой на стороже, чтобы никто не шёл к нам. Понятно?
Лис кивнул и вытащил меч. Выбрал себе угол и остался там ждать в засаде. Меня лисица потянула за жилетку и кивнула в сторону лестницы. Не мешкая, я отправился за ней.
— Ренар, — сказала она, как только мы спустились.
— Что?
— Ты знаешь, куда мы сейчас попадём. Там мне понадобится твоя помощь. Но она может понадобиться и тебе.
— Ты хочешь сказать…
— Да. Раз Тардиф знает, что мы с ним связаны, он обязательно засунет его в мою камеру.
— Хорошо…
— Имей
— Это всё твоё сознание, Флёр.
— Неважно, — она остановилась. — Важно то, что, если я буду угрожать твоей жизни, ты должен постоять за себя. А возможно — даже убить меня.
— Флёр, ты прекрасно знаешь, что я тебе не ровня, — я грустно вздохнул. — Но я постараюсь.
— Не бойся, это будет недолго, — она погладила лапой каменную кладку стены коридора, по которому мы шли, и продолжила свой путь. Но тут она подёрнулась, и её шаг начал слабеть. Будто что-то прижимало её сверху, она слегка согнулась и продолжала идти дальше. Её шаг из размашистого стал мелким и суетливым, она стала хвататься за стены. Наконец она опёрлась лапой об очередную дверную раму и ухватилась за ошейник.
— Надо же… Всё ещё помню. Ублюдки…
— Флёр? — я был немного обеспокоен её состоянием, хотя предчувствовал его.
— Ничего не изменилось… Я всё помню, — она оттолкнулась и снова продолжила идти. До конца темницы оставалась два поворота, я это чувствовал. Зайдя за предпоследний, она вдруг упёрлась спиной в стенку и стала дёргать на себе ошейник. Я быстро успокоил её, но это не вернуло её в прежнее состояние, и, зайдя за последний поворот, она уселась у угла и тихонько, а потом и навзрыд расплакалась.
По крайней мере, она не хотела меня убить. А время, отведённое нам Ноблем, уже подходило к концу. Я быстро вызволил из запястья заколку и вскрыл замок. Я приоткрыл дверь только слегка, чтобы лисица не увидела той черноты, что увидел я. Внутри царил непроглядный мрак, настолько плотный, что даже дышать становилось тяжело. Взяв факел, я оставил Флёр, чтобы найти предателя.
Камера была сырой и неуютной; я прошёл совсем немного, освещая перед собой небольшой пятачок земли. Через пару шагов я наткнулся на противоположную стенку, и тут кто-то сзади меня, брякая цепью, попытался ударить, но промахнулся. Арен даже меня не задел, хотя я был уверен, что это было довольно сложно. Лис попытался сделать ещё один удар, но я умело схватил его за цепь наручников.
— Вот мы и встретились. Не ожидал?
— Ренар? — тут я увидел, что он закрывает глаза, а потом различил стёжки проволоки на его веках.
— Ослепили тебя? Молодцы. Идём, подонок, — я дёрнул его в направлении выхода, и тот быстро подчинился. Так я стал конвоиром и потащил его к выходу. По дороге я потрепал Флёр, но та не отвечала. Тогда я насильно взял её за лапу и потащил. Она шла, но сама не знала куда, поэтому мне приходилось вести её так же, как и слепого Арена. Влюблённые тащились за мной с трудом, а я рвался вперёд. Но тут мне навстречу выскочил Нобль с окровавленным мечом в лапе.
— У нас проблемы, — только и сказал он, как я уже всё понял.
— Бери его! — я подтолкнул к нему слепого Арена, а сам поднатужился и взял на лапы Флёр.
— Что с ней?
— Расстроилась, скоро придёт в себя. Бежим?
— Да!
Мы бросились к выходу из тюрьмы, волоча на себе лисов. Я
примерно представлял себе, что у нас могут быть за проблемы, и, как только Нобль распахнул дверь ударом лапы, мы остановились. Нас уже ждали трое вооружённых гиен, которые, нехорошо оскаливаясь, глядели на нас.Тут же сверкнула сталь — Нобль бросился в скоротечный бой. Сразу же брызнула красная кровь, и лис остался стоять один, победно озираясь. Но триумф его длился недолго: к нам приближалось куда большее количество воинов.
— Бежим, бежим, бежим! — запаниковал Нобль и схватил Арена. Я схватил лисицу поудобнее, а потом вовсе взвалил её на плечи. Флёр даже не шевелилась: она была без сознания. Не думал, что её бывшая тюрьма окажет на неё такое влияние.
Мы выбежали за территорию, но сразу стало ясно — предстоит погоня. Гиены будут преследовать нас до конца. Мы сбавили темп: сказывалась усталость от долгого перехода и бессонной ночи. К тому же нам приходилось тащить на себе друзей. Арен хоть и шёл сам, но постоянно спотыкался — его приходилось поднимать. Флёр висела у меня на плечах и жутко давила на меня. Она явно была тяжелее меня, я стал быстрее уставать. Погоня замедлилась, гиены сильно отстали, и я прислонился к дубу, чтобы перевести дух…
— Я что, по-твоему, шуба? — мне в висок уткнулся арбалет.
— Флёр, наконец-то…
— Земля вон там, — она показала пальцем, — и я хочу оказаться на ней.
Я присел, позволяя ей слезть с меня. Флёр встала на землю, слегка покачнулась и снова стала прежней.
— Где мы и что случилось? — она заметила Арена. — Отлично! Почему бежим?
— Погоня. Два десятка воинов, не меньше.
— Устроим засаду? — сразу же предложила она.
— Нет, Флёр, это слишком опасно. Нам надо уйти от них без боя.
Арен, услышав голос Флёр, сразу навострил уши и повернулся в её сторону.
— Флёр… — только сказал он, но лисица не обратила на него внимания.
— Сколько вы ещё продержитесь? — спросила она у нас.
— Я смогу идти ещё ночь, — уверенно заявил Нобль.
— А меня уже скоро придётся нести!
— Тогда нам придётся замаскироваться, пропустить их и идти окружным путём, — лисица оглядела наши следы. — Хотя нам вряд ли это удастся.
— В любом случае нельзя стоять на месте, — Нобль, подавая пример, дёрнул Арена за наручники и повёл за собой в направлении клана. Не мешкая, за ним отправилась и Флёр. Я ещё немножечко постоял у дубка, потёр затёкшие шею и плечи и побежал вслед за ними.
— Так что будем делать, Флёр?
— Пока есть силы — бежать, — вдруг сзади послышался шум и крики погони. — Догоняют!
Лисица припустила ещё, но силы всего отряда были на исходе, поэтому быстрый темп мы долго удерживать не смогли, в отличие от гиен.
— Сколько их там? — крикнула мне Флёр.
Обернувшись на ходу, я увидел, как двое готовят арбалеты, а за ними бегут ещё примерно десяток.
— Пятнадцать!
Флёр ещё поднажала и чуть изменила маршрут: теперь она бежала в какой-то бурелом, но нас она не предупредила. Как только она достигла первых поваленных деревьев, то сразу раскрыла арбалеты и запрыгнула на самое большое бревно. То, что она сделала потом, превосходило все мои ожидания. Оттолкнувшись от бревна, она перевернулась в воздухе и полетела спиной вперёд, на лету стреляя из арбалетов. Как только ей предстояло приземлиться, она сделала сальто с разворотом и снова оказалась на своих лапах. Как только она поравнялась с нами, то сразу заявила мне: