Оружейник Кейд
Шрифт:
Девушка кивнула. Кейд испытующе глянул на нее, однако следов страха не нашел. Молодец, подумал он, она настоящий боец и не привыкла сдаваться. Впервые, быть может, он позволил себе приписать женщине мужские качества. Это тоже было новым для него. Они застегнули гермошлемы.
— Проверка связи. Ты меня слышишь?
— Слышу, — раздался тоненький голосок в его наушниках — А ты не мог бы немного убавить громкость?
Он слегка убавил:
— Так лучше?
— Спасибо.
Это несколько разозлило Кейда. Она говорит ему “спасибо” за то, что он убавил громкость и ни слова благодарности за его решение сражаться с правительственными
Джослин отправилась в рубку управления, а Кейд тщательно загерметизировал двери, затем снял со стены оружие и внимательно осмотрел его. На удивление, оно оказалось без номера. Что такое оружие без номера? Оружие без приписанного ему Оружейника или Воина — неслыханно! Но их здесь было целых десять. И с этим фактом ему придется смириться.
Кейд настроил каждое на максимальную апертуду, выкачал ручным клапаном воздух из грузового отсека и открыл лацпорт.
Теперь ему пока делать было нечего. Он болтался в пространстве, ловко цепляясь руками за многочисленные поручни, и старался не думать обо всем, что с ним произошло. Однако отогнать назойливые мысли оказалось довольно трудно.
Все, что он знал когда-то, все эти сведения, откуда они? Кто первым сказал, что вещи должны быть такими, а не другими? Кто определил законы существования общества? И почему?
Он знал, что Новички приходят в Орден и служат там под началом старших Братьев, что потом они становятся Воинами, умелыми и сильными А если повезет, если они проявят особые таланты, им даруется ранг Оружейника, который должен показать себя не только отличным бойцом, но и знатоком оружия. Это были основные знания.
Он был уверен, что они служат Императору, но этот постулат Клейн–дао рассыпался в прах после безжалостных откровений Верховного Правителя. Раньше он был убежден, что Верховный Понтифекс — символ Ордена, его телесное воплощение, и это оказалось ложным. Ему внушали, что стрелять из скутера не позволяется ни при каких обстоятельствах, и вот он сам, преданный и честный Оружейник, собирается совершить непозволительное. То самое, из-за чего еще недавно он отправил на смерть своего собрата по Ордену, Оружейника–марсианина.
Раньше он знал, что для Брата Ордена существует лишь одна женщина, и это не женщина во плоти, а та, которая витает над полем Битвы, подходит к умирающим и вознаграждает их за жизнь в воздержании. Но теперь он знал, что для него существует и другая женщина, многоликая и таинственная: то предательница из секты Кайро, то проститутка, то слабоумная придворная дама, крапающая стишки, то вещательница сумасшедшей “истории”. Так откуда же его знания?
То, что случилось с ним за последние несколько недель многому научили его. Теперь он знал, что вопреки повелениям Ордена, он такой же человек, как и другие. И он хотел эту женщину, которая не раз спасла его. Хотел ее в реальности, а не в эфемерных мечтах. Он не знал ее секрета, но она была дорога ему.
— Сигнал приближения, — услышал он ее голос в шлемофоне.
— Сообщение получено, — автоматически ответил Кейд, и с горечью улыбнулся самому себе. Тринадцать лет выучки нельзя отбросить в один момент Он навсегда так и останется Оружейником.
Кейд пробрался к ряду орудий. Два из них прикрепил к бедру, третье взял
в руки, приготовившись к атаке. Ситуация, в его понимании, получалась нелепая: один человек — одно ружье. Вот как должно быть. Но почему? Спросил он мысленно самого себя. Почему не один человек — два ружья или даже три… или десять…Он оттолкнулся и плавно поплыл по направлению к открытому лацпорту, перебирая руками скобы. Он перелетал от одного иллюминатора к другому, внимательно вглядываясь в черноту космического пространства с бриллиантовыми россыпями звезд. Солнце находилось почти прямо у них по курсу, поэтому истребители в его лучах особенно будут хорошо заметны. Хотят они того или нет, а загнать скутер в собственную тень им не удастся.
Мигнули три огонька, и яркий сноп света пронесся мимо лацпорта, ослепительной вспышкой резанув по глазам. Истребители промахнулись в своей первой попытке подстроиться под скорость скутера. Но они наверняка еще вернутся…
Кейд подумал, сможет ли он в рядах сект найти то, что так интересовало его. И даже содрогнулся от дерзости собственной мысли. Да, его мучили сомнения и противоречия, но секты вряд ли сумеют ответить на эти вопросы. Как он понял из разговора с мошенником, сидя за столом в пивной, эти организации существовали только для простаков. Обычные ловушки, с помощью которых можно легко выкачать деньги из доверчивых мещан. Источник дохода для предприимчивых жуликов. А может попытаться найти успокоение?
Ну что ж, за этим дело не стало. Разве такое успокоение нельзя найти в том же заведении мадам Кэннон? Сколько угодно. Ты можешь залечь на дно, так что тебя не коснется ни один луч света. Ты будешь жить, колоться и спать с женщинами, пока у тебя не кончатся зелененькие, а потом ты пойдешь на улицу и столкнешься с каким-нибудь запоздалым мещанином в темном переулке. И тогда у тебя снова появятся деньги, и ты сможешь вернуться в заведение, пить, колоться и спать с женщинами, не видя ни одного луча света. Если стрелять со скутера — грех, то как называется образ жизни, принятый в заведении мадам Кэннон?
Опять впереди показались истребители. Они пролетели мимо. на минимальной скорости. Но радоваться не стоило. Кейд знал: их окружали.
Откуда взялись все его знания? Он знал, что Орден, философия Клейн и Империя были созданы десять тысяч лет назад. Он знал это потому что так говорили все. Но им-то откуда было это известно? Потому что им говорили об этом другие. Сознание Кейда болталось в пустоте, бе: малейшей опоры, как и его тело сейчас в безвоз душном пространстве космоса. Нет, он не верил в “бомбардировщики” и всякие там “реактивные самолеты” Эти сказки для маленьких детей. Но он верил, что нельзя стрелять с воздуха. Эту истину Оружейникам внушали многолетними тренировками.
“Я отведу тебя в Пещеры:
И придет Биту–девять, и отрежет раскаленными ножами тебе пальцы на руках и ногах;
И придет Биту–пять, и насыплет тебе в горло шарики из раскаленного металла;
И придет Бифай–во, и разотрет твои руки и ноги на раскаленной терке.
И наконец, если ты все-таки будешь вести себя плохо, то придет Битри–шесть, и настигнет тебя, даже если ты будешь убегать от него из одной пешеры в другую, крича и плача в темноте. И сколько бы ты не молил его о пощаде, Битри–щесть с рычанием и воем догонит тебя и дохнет своим зловонным, ядовитым дыханием. И это будет для тебя самым страшным наказанием, потому что кости твои расплавятся, и ты будешь гореть вечно”.