Орел/Решка
Шрифт:
– Парни ведь обсуждают девушек, так ведь? – спросила Джена.
– Думаю, так же, как девушки парней, – отозвался Эфраим. – Но сейчас Натан редко со мной разговаривает. А о Шелли тем более. Может, тебе стоит спросить одного из его футбольных верзил.
От одной мысли, что Натан теперь тусуется с Майклом Гупалом, Эфраиму стало не по себе. Он еще раз подумал о том, как же сильно все испортил.
– Ты знаешь его лучше, чем кто-либо. Как долго вы были друзьями?
– Десять лет. Но я все равно что дружил с другим человеком.
– И все же. Походи с ним, ну и заговори о Шелли. В конце
Эфраим кивнул:
– Думаю, да.
Вот только он боялся вновь завязывать дружбу с Натаном. Тот настолько изменился, что один его вид заставлял Эфраима еще больше сожалеть о потерянном и усиливал чувство вины. Поэтому он не торопился.
– Что мы сделаем, если выясним, что он бьет ее? – спросил Эфраим.
Джена сердито взглянула на него:
– Я придумаю для начала, как их развести.
– А если он ее не обижает?
– Ты не понимаешь? Если они расстанутся, Мэри вернет сестру, ты вернешь старого друга, – она сморщила нос, – а я получу назад своих двух лучших друзей. И если ты поможешь, это убедит Мэри, что, в конце концов, ты не такой уж козел. Все в выигрыше.
– Такое впечатление, что тебе не нравятся их отношения по какой-то другой причине. Даже если мы сможем их развести, я не знаю, должны ли мы. Особенно если Шелли с ним хорошо.
Натану точно было хорошо с Шелли, в этом Эфраим мало сомневался, не хотел отнимать ее у друга, а потому надеялся, что Натан невиновен.
– Значит, ты не поможешь? – спросила Джена.
Эфраим ослабил галстук.
– Я проявляю осторожность, вот и все. Я пытаюсь не менять людей насильно – как тебе известно, это приносит одну беду. Но я попытаюсь. Поговорю с Натаном, а там посмотрим. Если у меня, конечно, будет возможность.
Джена снова повернулась к нему и улыбнулась:
– Спасибо, Эфраим. Я очень это ценю. Эй, после шоу зайди ко мне на марафон «Сумеречной зоны». Его каждый год устраивают по «Сай фаю» [4] .
4
Кабельный канал в США, специализирующийся на показе фантастических, мистических, хоррор, фэнтезийных фильмов, сериалов и реалити-шоу. Работает с 1992 года.
– А ты разве ее полностью не видела? – спросил Эфраим. Он еще с прошлого раза заметил целую полку дисков с сериалом в ее гостиной.
– Видела, но тут дело в другом. Я еще не видела их с тобой.
Больше Джена не напоминала Эфраиму об обещании, и он подумал, что это знак, и она, по крайней мере, доверяет ему. Конечно, сам он о деле не забыл – просто откладывал. Скоро прошла неделя, но с Натаном он так и не поговорил. А затем тот сам облегчил ему задачу и нашел Эфраима первым.
В то утро Эфраим вышел из автобуса перед парком Грейстоун и увидел, что Натан сидит на остановке под крышей. Натан не ездил на общественном транспорте с тех пор, как получил права, и сейчас явно ждал Эфраима, расставив ноги и скрестив руки
на груди.Сегодня Натан казался менее внушительным – больше походил на старого друга, а не на спортсмена. Может, действие монеты со временем проходило? От этой мысли в душе Эфраима забрезжила надежда. Длинные светлые волосы Натана казались тусклыми, отдельные пряди прилипли к потному лбу и шее. Он носил знакомые очки в проволочной оправе, спустившиеся на кончик носа. Единственная разница заключалась в двухдневной щетине, из-за которой друг казался чуть старше своих шестнадцати.
– Привет, Натан. Нат. Как дела? – спросил Эфраим.
Тот воззрился на него в ответ:
– Эфраим. Рад снова тебя видеть.
– Я надеялся тебя встретить.
– Угу. Я был поблизости.
– Ну так… мм… как у вас дела с Шелли?.
Натан моргнул и нерешительно ответил:
– Мэри-Шелли… в порядке.
– Знаю, ты мечтал о них обеих, но я имел в виду твою девушку.
Похоже, Натан сегодня был действительно не в себе. Обычно, когда дело доходило до Шелли, он не затыкался.
Натан рассмеялся.
– Ах да. Конечно. Знаешь, как это бывает, я думаю о них иногда как об одном человеке. Но Шелли. Да, она в порядке.
Эфраим помедлил, собираясь с духом:
– Просто Джена сказала, что видела большой синяк у нее на руке. Не знаешь, что случилось?
Натан склонил голову набок и воззрился на Эфраима, а потом снова захохотал.
– Думаешь, я ударил ее?
– А ты ударил? – спросил Эфраим.
– Зачем мне это? Я люблю ее.
– Я не знаю.
Глаза Натана расширились.
– А что, если бы ударил? Что бы ты сделал? Наказал меня? Воспользовался своей магической монеткой?
– Не будь таким… – Эфраим уставился на Натана. – А я думал, ты ничего не помнишь.
Натан вновь рассмеялся. Но теперь звук получился какой-то пустой. Злой.
– Ты ей в последнее время не пользовался.
Откуда он об этом узнал?
– Нам не нужна монета, – сказал Эфраим. – Ты получил то, что хотел. У меня есть то, что хотел я.
Или, по крайней мере, шанс это получить, если он опять все не испортит.
– Но я хочу большего, – сказал Натан.
Он встал и пошел на Эфраима. Тот отпрянул.
– Друзья должны делиться, – парень принялся ходить взад-вперед. – Друзья должны помогать друг другу. Разве ты мне не друг, Эф?
– Был когда-то. Но больше я в этом не уверен. Не после последнего желания.
Глаза Натана казались почти безумными.
– Теперь у тебя есть Джена и нет времени на меня.
– У меня ее нет. Она едва меня терпит. Это ты всегда занят, все время проводишь с Шелли.
Натан понятия не имел о прежней дружбе с Эфраимом, но теперь вспомнил. Если только до этого по какой-то причине не притворялся…
Натан метался в трех стенах остановки, словно запертое в клетке животное, не останавливаясь ни на секунду. Если он пытался запугать Эфраима, это сработало.
– Ты первым предал меня. Ты намеренно исключил меня из желания, когда рассказал Джене о монете, – сказал Натан.
Как он мог узнать, что случилось? Он же не должен был понять, что мир изменился. Эфраим уставился на Натана. Что-то было не так.