Опознавательный знак
Шрифт:
— Становитесь сзади, наблюдайте.
Ребята стали за спинкой кресла.
Заработал мотор — и по кабине прошла мелкая дрожь. Корней Рябинин легко стал переводить короткие рычаги, установленные в ровный ряд на панели. Тотчас стеклянная кабина дрогнула и стала поворачиваться влево. Легкий толчок. Кабина остановилась. Ковш, подвешенный на тросах, упал на землю, и челюсти его стали смыкаться. Кабина сразу начала движение вправо, а ковш, плавно поднимаясь вверх, последовал за кабиной.
Несколько минут ребята, как зачарованные, следили за длинной решетчатой стрелой, за туго натянутыми
Лишь спустя некоторое время они опять обратили внимание на работу рычажков. Вот Рябинин двинул вперед один рычаг — и ковш стал опускаться. Вот он передвинул второй — и челюсти ковша сдвинулись. От движения третьего рычажка ковш стал подниматься, а нажим четвертого вызвал поворот стрелы.
Управление рычажками показалось ребятам таким чудом, от которого невозможно оторвать взгляда.
— А можно один рычажок потрогать? — спросил Сергей.
— Э, нет! Смотреть можно, а трогать никак нельзя, — ответил Рябинин.
— А трудно их передвигать?
— Кого? Рычажки? Нет, вовсе не трудно. Когда я передвигаю рычажок, то тем самым через гидравлическую систему даю машине команду: делай это, делай то. Вот, смотрите…
В это время один из рычажков сорвался и резко ударил Рябинина по правой руке. Удар пришелся по тыльной стороне ладони.
Рябинин отдернул руку, но тотчас же ухватился ею за головку рычажка.
Сергей, стоявший с правой стороны кресла, смотрел на руку экскаваторщика. На ней почему-то в месте удара проступил четкий белый ромб.
Сергей толкнул Рустема локтем в бок и глазами показал на руку Рябинина. Рустем тоже увидал на руке белый ромб.
Ребята переглянулись.
Рустем уж открыл было рот, чтобы спросить Рябинина. что это за ромб, но Сергей поднес палец к губам: это знак молчать.
— Ну, пока хватит вам виденного.
Рябинин приостановил движение экскаватора, ребята поблагодарили, спрыгнули на землю.
Экскаватор снова включился в работу.
— Видел? — спросил Сергей друга, когда они отошли от машины Рябинина достаточно далеко.
— Видел. А что это?
— Татуировка.
— А почему ты не спросил, что это у него на руке? И мне не дал спросить.
— Ты думаешь, он нам ответил бы? Сам подумай: какая-то странная у него татуировка!..
Путешествие в кузове
— Ну, как, паренек, обжился на новом месте?
Голос доносился откуда-то сверху. Сережа поднял голову. На насыпи возле кабины грузовика стоял Николай Астапов — шофер, с которым полмесяца назад семья Казанцевых ехала от привокзальной чайханы до белых палаток Гидростроя.
— А, дядя Николай! Здравствуйте.
— Здоров, парень… Не помню, как тебя зовут.
— Сергей.
— Верно, Сергей. Сережа, значит. А что ты тут добываешь?
— Червей копаю. Завтра — на рыбалку.
— Славное дело. А с кем ходишь?
— Вон дружок мой — Рустем. А вы все ездите, дядя Николай?
— Мотаюсь. Вот сегодня приказано всю стройку объехать,
книги развезти. Все возил: камень, лес, цемент, шифер. А вот книги повезу в первый раз.Сергей поднялся.
— А что за книги? Можно посмотреть?
— Взгляни. В кузове лежат.
Сергей окликнул Рустема, копавшего червей поодаль, и вместе они выбрались из-под откоса на насыпь, где стоял грузовик Николая Астапова.
Сергей легко и проворно вскочил в кузов.
— Куда мы поедем? — спросил Рустем.
— Никуда. А впрочем…
Сергей посмотрел на шофера.
— Дядя Николай, можно с вами покататься? Мы бы помогли книги сгружать.
— Жарко ведь, напечет вас…
— Да ну!.. Жары мы не боимся.
— Что ж, покатайтесь, коли так.
Рустем снова спросил друга:
— Так куда же мы поедем?
— По всей стройке, Рустем, по всем участкам. Вот эти книги развозить.
В кузове аккуратными стопками лежали книги. Они были в пачках: обвернуты в бумагу и стянуты шпагатом. На каждой пачке приклеена этикетка. Чернилами на этикетках выведено: «Участок № 3», «Участок № 5», «Участок № 6», ниже — фамилии профоргов, которым шофер должен вручить ту или иную связку книг.
Пока ребята рассматривали книги, читая на корешках названия повестей, романов, технических учебников, к грузовику подошла смуглолицая девушка с косами, уложенными венком на голове.
— Здравствуй, Марьям. Получай книги. Ну-ка, молодцы, найдите книги для пятого участка, где профорг Хайдарова.
— Вот, пожалуйста, — Рустем поставил на борт тяжелую связку.
Марьям Хайдарова взвалила пачку на плечо и уже собиралась уходить, но Николай Астапов вдруг окликнул ее:
— Эй, красавица, а расписываться кто будет?
Он распахнул дверцу кабины, взял с сиденья толстую тетрадь в черном клеенчатом переплете и подошел к Марьям. Та поставила книги на землю, взяла из рук Николая тетрадь, автоматическую ручку и, найдя в тетради свою фамилию, расписалась против нее.
— Вот теперь порядок, — сказал Николай, направляясь к кабине. — Ну, дружки, поехали?
— Поехали! — откликнулся Сергей.
Наклонившись к кабине, Сергей спросил:
— Мы сейчас куда?
Не отрывая взгляда от дороги и проворно работая рулем, Николай ответил:
— Отсюда, с ремзавода, поедем на шестой участок.
— На головное сооружение?
— Точно. Оттуда — через соцгород проедем на котлован, потом к тоннелю.
— А на ГЭС?
— И на ГЭС, и к водохранилищу проедем.
— В обход гор?
— В обход. Через подсобное хозяйство.
— Значит, по всей стройке?
— По всей как есть! Не устанете ездить?
— Что вы, дядя Николай!
Грузовой автомобиль прыгал по ухабам, гремели замки бортов, книги подскакивали в кузове.
Когда грузовик поднялся на отлогий холм, ребята увидели справа ряды белых палаток, а слева вдали — длинные стрелы экскаваторов. Там прокладывалась трасса главного канала. Где-то впереди, в середине степи, от этого канала должно было отходить большое ответвление. Сейчас строители шестого участка возводили арматуру и укладывали бетон в будущее головное сооружение мощной ветки канала. Туда и вел свой грузовик Николай Астапов.