Чтение онлайн

Дань лепрекон подносил хоть и нерегулярно, но качественно — ко всеобщему удовлетворению. И если по молодости Вольфгер мог бы и возмутиться такому сотрудничеству, то к тому моменту, как сам стал капитаном, уже четко уяснил — всех не переловишь, а принцип меньшего зла не так уж и плохо работает.

Три медяка — цена договора! — один за другим скрылись в одном из карманов посыльного и тот, выдержав эффектную паузу, произнес:

— Через час в забегаловке «У Ронни» на перекрестке Солнечной и Извозчиков некий господин Алеман передаст некоему господину Карнавару туфту, которую вы ищете. На входе спросите у вышибалы Алемана, он покажет.

Сообщив это, посетитель нахлобучил

шляпу и вышел.

— Буди молодцев, — бросил Вольфгер с довольной ухмылкой.

Ночью в отделении работали пять человек — двое патрулировали прикрепленные к отделению кварталы, трое сидели на посту на случай происшествий. Ну как — сидели. Один сидел, двое лежали, готовые к экстремальной побудке в случае чего. На подобное вольное обращение с дежурством Вольфгер закрывал глаза — он был не сторонник бессмысленных уставных действий.

— Капитан? — изумился один из вывалившихся из подсобки подчиненных. — А ты что здесь?..

— Не спалось, — вместо Вольфгера машинально хвастнул осведомленностью Смиттс и тут же слегка смутился.

Лейт только хмыкнул. Настроение стремительно лучшело и препятствовать этому ворчанием он совершенно не планировал. Жуликов, весьма успешно подделывающих и распространяющих драгоценные камни, они ловили уже пару лет и никак не могли поймать. Была мысль даже, что камни доставляют из-за моря, контрабандой, но несколько месяцев усиленных проверок ничего не дали (вернее, дали, конечно — вагон и тележку другой контрабанды, но не камней). Камни мало того, что подделывали, еще и зачаровывали таким хитрым образом, что даже опытнейшие ювелиры без помощи артефакторов не могли отличить их от настоящих. Более того, такие камни находили даже ювелиры, покупающие у проверенных поставщиков, проверенные поставщики рвали на себе волосы и клялись-божились, что покупают камни напрямую у производителей, производители могли отвечать за каждый проданный камушек… В общем, в какой момент в этой цепочке происходила подмена, выяснить было совершенно невозможно. Те, кто мог себе позволить, стали нанимать доверенных артефакторов на любые сделки, но в городе Мастеров оборот драгоценностей таков, что на все сделки артефакторов просто не хватит. Да и не горели они желанием отрываться от собственной работы, чтобы служить детекторами.

И вот, наконец, удача!

— Будем брать, — озвучил капитан очевидное, введя подчиненных в курс дела.

Забегаловка «У Ронни» была именно забегаловкой, которая, впрочем, ранее особого внимания стражи не привлекала, поскольку напротив нее находился литейный завод. А следовательно, львиную долю посетителей составляли честные трудяги, зарабатывающие себе на пропитание и пропивание честным и тяжелым трудом. Но Вольфгер все же выстроил путь к ней так, чтобы прихватить по дороге одного из патрульных — мало ли, дело серьезное все же, вчетвером оно понадежнее будет…

Вольфгер, как единственный, не облагороженный формой (мастерам сыска разрешалось без особой на то необходимости ее не носить, чем вервольф с наслаждением пользовался), зашел первым. Нырнул в спертый, пропитанный пивными парами, запахом пота и сигарет воздух, настолько далекий от аромата парфюма госпожи Алмии, что Лейт с таким же успехом мог из одного мира в другой шагнуть. И, признаться, этот был волку куда ближе.

— От Шляпника, — негромко бросил он вышибале у входа, окидывая «рассеянным» взглядом зал. — Алеман.

Бритоголовый тролль, невероятно неповоротливый на вид, едва заметно шевельнул губами.

— Стол в правом дальнем углу.

Вольфгер глянул туда, куда было указано, и недовольно дернул углом рта. За столом сидел только один человек. А значит — они либо опоздали, и сделка уже

состоялась (что, конечно же, не помешает взять и одного Алемана, но без доказательств давить на типа будет сложнее), либо его клиент еще не подошел. Опять же, можно было бы вязать мошенника и сейчас, раз товар при нем, но Лейту очень уж хотелось убить двух зайцев одним укусом.

— С ним был кто?

Тролль отрицательно качнул головой, и тогда капитан бросил в переговорник, делая вид, что утирает нос рукавом.

— Ждем клиента. Не спугните. Дам сигнал.

— Так точно.

И стража, расслабленно беседовавшая в паре шагов от трактира, исчезла с улицы, будто ее и не было. Вольфгер не видел, но знал.

Вервольф неторопливо пробрался к стойке, следя за тем, чтобы никого ненароком не задеть. Судя по концентрации пивных паров в воздухе, публика уже достигла стадии «Ты чо? Меня не уважаешь?!», а бить морды до операции в его, Вольфгера, планы не входило. Вот во время…

Клиент — долгих каторжных лет ему (по прикидкам — пять-десять!) — не заставил себя ждать. Лейт едва успел расплатиться за кружку пива с высокой пенной шапкой, вполне даже приличную на вид и запах, как за стол к названному Алеманом подсел мужчина, на вид ничем не отличающийся от окружающих — славных работников славного завода. Вольфгер насторожился, не торопясь с выводами, но, когда Алеман сунул руку за пазуху, явно намереваясь что-то оттуда извлечь, вервольф пружинисто поднялся на ноги и, бросив в переговорник «Берем», направился в сторону мошенников.

На этом капитанская удача закончилась.

Вольфгер даже успел уловить движение поднимающегося со стула здоровяка, бросившего товарищам, что принесет всем еще выпивки, но не успел на него среагировать в полной мере. Разминуться двум массивным мужчинам в узком проходе между столами было трудновато, а здоровяк еще и не потрудился глянуть, куда идет. Вервольф сделал шаг назад, но мужчина так рвался утолить всеобщую жажду, что столкновение все же состоялось.

И мгновенно развилось по известнейшему и банальнейшему сценарию.

В голове Лейта даже успела промелькнуть мысль, что он сам, если бы все же двинулся сбрасывать напряжение в питейное заведение, именно так бы и поступил. Меньше! Меньше надо было мечтать, боги — они все слышат…

Мужик взревел, размахнулся, Вольфгер мягким движением ушел от удара, и с замешенным на легких угрызениях совести удовлетворением ударил в ответ. Здоровяк грохнулся на пол, сбивая и ломая весом стул, с которого встал, тут же с шумом отодвинулись другие стулья — его приятели повскакивали, пылая жаждой мести…

А над головами у всех пронеслось строгое протокольное: «Стража, никому не двигаться!», которое, несмотря на протокольность, как правило, имеет прямо противоположный эффект…

Не видя другого выхода, вервольф просто одним звериным прыжком перелетел через распростертого противника, чтобы скорее оказаться возле нужного стола. И еще в воздухе был сбит воздушной волной. Рухнул на пол, группируясь, врезаясь в очередной стул, стол, людей.

— Охренел!

По ребрам ударил сапог. Капитан извернулся, снова избегая удара, и вскочил, на этот раз игнорируя обидчика. Вместо этого глаза мазнули по трактиру в попытке снова обнаружить цель. Краем глаза он заметил уверенно преодолевающих препятствия на пути к цели подчиненных, выцепил бледное, но собранное лицо господина Алемана — поставщика, в руках которого разгоралось потрескивающее молниями плетение. Тоже бледное, но совершенно испуганное лицо Карнавара, покупателя, пытающегося по стенке скрыться с места. А потом по трактиру прокатился вопль «Наших бьют!», и все окончательно смешалось в гигантскую свалку.