Чтение онлайн

Таня подходит ближе и кладет ладони на мои плечи. Раскрывает губы и часто дышит, боясь моего отказа. Чужая жена… Всю жизнь чужая, непонятая, недолюбленная мной… Чего она хотела тогда? Выскочила замуж, стоило мне заикнуться об отношениях.

– Я позвоню врачу, Таня, – спускаю ее руки со своих плеч. – Подключу отца, он найдет лучших специалистов для нашего мальчика. Надеюсь, ничего серьезного не обнаружат.

– Я очень на это надеюсь, – вздыхает Таня в ответ.

Она уходит, оставляя меня одного. На ее лице не дрогнул ни один мускул при упоминании дочери от другой женщины… «О разводе не может быть

Выходит, Таню устраивает такая жизнь? Без любви и верности? Не понимаю, ничего нет понимаю… В голове не укладывается ее поведение. Она держится за меня, как за спасительную соломинку, но причиной я вижу не любовь. Что-то другое… В ее глазах теснились другие чувства – страх, беспомощность, стыд… Не любовь… Есть причина, по какой она хочет оставаться моей женой. Сытая жизнь, благосостояние, красивая одежда… Но у Тани все это было и без меня. Ее отец влиятельный человек.

Отпускаю дурацкие мысли и возвращаю другие – о моей Ками…

Резван.

Отец поджимает губы и молчит, делая вид, что не слышит моих вопросов. Почему он не хочет признаться? Не понимаю… Как и того, за что похититель так жестоко поквитался с нами? Это точно связано с ним… За время после исчезновения Камилы я, кажется, перебрал всю свою жизнь. Разложил ее по полочкам и разобрал на молекулы, ища причину меня ненавидеть. У меня нет врагов… Во всяком случае я так думал до недавнего времени.

– Я пошла на кавказские танцы с Тамарой, – произносит мама. Целует меня в щеку, а отцу отправляет воздушный поцелуй. – Не скучайте тут без меня. До свидания, Сергей Яковлевич.

Детектив отрывается от чашки с чаем и кивает маме на прощание. Вот мы и одни… Скорее всего, никаких танцев нет – просто мама посчитала наш разговор слишком серьезным. Не касающимся ее ушей…

– Говори, папа, – настаиваю я. – Речь уже не о твоем бизнесе, а о безопасности моей дочери. Моей… И твоей внучки…

– Ты так поздно обо всем рассказал, сынок, – вымученно вздыхает отец. – Прости, Рези, но ты… Ты трус. Столько времени скрывал дочь и… Все могло ведь сложиться по-другому… Я не говорю о разводе с Таней, нет… Но мы могли бы принимать участие в воспитании Моники, а ты добровольно лишил нас этого права.

– Я трус, да… Признаю, что затянул со всем этим… С правдой и борьбой с Агаровым. Признаю, что боялся его власти и могущества. И не знал, как безболезненно для всех освободить Камилу, – сжимая пальцы в кулаки, произношу я. Расхаживаю по кабинету, не в силах сдержать досады и возмущения. Так я и знал, что отец ничего не скажет. Будет молчать или искать виноватых.

– Ты бы мог прийти к отцу Камилы, но ты предпочел таскать ее по дешевым отелям и… Ух, Резван, если бы ты хотел, давно увез бы ее. Так, что Агаров и следов не нашел!

– Погодите, зачем ругаться? – встревает Сергей Яковлевич. – Если вы что-то знаете, скажите. К чему обвинять друг друга?

– А я скажу, отец! Скажу, почему не увез ее! – распаляюсь я. – Я не хотел бегать от Агарова всю жизнь. Мечтал утереть ему нос, вот и весь ответ. Я не желал трусливо прятаться, а предпочел бегству открытую борьбу.

– А потерял дочь, Рези… Вот, чего ты добился. Это же он следил

– Ничего подобного, Отар Гелаевич, – выпаливает Сергей. – Мы возобновили расследование давнего дела. Если у следствия хватит доказательств, Агарову можно будет предъявить обвинение. Резван Отарович хотел прилюдно его опозорить. Лишить влияния и власти. А потом завоевать доверие родителей Камилы.

– Спасибо, Сергей, я и сам могу ответить, только… Мне не требовалось их благословение. Они и к дочери не относятся должным образом, а уж уважать меня… Увольте…

– Ладно, я расскажу все, – вздыхает отец. Шумно распахивает тумбочку и вынимает бумажный платок. Утирает пот со лба и опускает взгляд. – У меня есть сын.

– Что?! И ты молчал? Так это все он? Папа, да ты…

– Успокойся, Рези. Или я передумаю исповедоваться, – отрезает папа. – У меня был роман с женщиной. Давно, тебе тогда было пять лет. Я расстался с ней. Дал хорошие деньги в качестве отступных и попросил избавиться от беременности. Но она ослушалась… Господи, я всю жизнь жалею об этом поступке. Она промолчала о рождении мальчика. Я и забыл… Сделал вид, что меня это не касается. Я видел его всего пару раз. Однажды мы гуляли в парке, а Бэлла… Ее звали Изабелла. Она вела мальчика за руку. Он ел мороженое и выглядел счастливым. Он был так похож на тебя, Рези… – чуть не плачет отец. Вытирает лицо и остервенело сминает бумажную салфетку. – Это была самая большая моя трусость.

– Погодите, Отар Гелаевич. С чего вы решили, что к запискам, слежке и похищению Камилы имеет отношение ваш тайный сын? И для чего ему ее похищать?

– Чтобы сделать больно Резвану. Очевидно, Эмиль всю жизнь ему завидовал. Наблюдал за ним, видел, как мы балуем своего мальчика, а он… Бэлла жила скромно и ничего не зарабатывала. Не могла купить ему дорогую игрушку или оплатить отдых в дорогостоящем детском лагере. Образование, одежда, машины… У нашего Рези было все. В то время как мой второй сын прозябал в нищете и забвении. Он знал, что я существую, но не попытался познакомиться и спросить, за что я так с ним?

– А за что ты так с ним? – почти рычу я. – Почему отказался? Он ведь мог быть моим другом? Братом, которого мама не смогла родить! Почему ты им не помогал?

– Я пытался! – кричит отец в ответ. – Бэлла выбрасывала мои деньги и проклинала меня. Она запретила приближаться мне к ним на пушечный выстрел. Она хотела устроить личную жизнь, но ничего не выходило… Я не знаю, почему так случилось? Она даже о болезни не сообщила… Умерла. Я случайно знал о ее смерти. От случайного знакомого, что работал в моей фирме когда-то давно, во времена Бэллы.

– Если хотел бы помочь – нашел способ. Теперь я все понимаю. Он просто возненавидел меня… Заочно. Забрал у меня самое дорогое. То, что я любил всем сердцем. Забрал, как ты забрал себя у него… Отказался, отверг, сделал вид, что тебя это не касается.

Мне становится плохо… Сердце щемит от осознания потери. Она ведь ее не вернет, мою Ками… Сломает в плену или заберет себе. Принудит быть с ним силой. Вдруг он урод или извращенец?

– Как найти этого Эмиля? – металлическим голосом произношу я. – Выходит, не такой он и бедный парень, если провернул все это?