Он меня не ненавидит
Шрифт:
– Дамы и господа, добро пожаловать в мой дом. – Голос Паоло доносится с верхней ступеньки лестницы. Он одет в смокинг и поднимает бокал с шампанским.
Ваш последний, старина.
– Я счастлив, что вы решили присоединиться к нам, чтобы представить мою давно потерянную дочь как законную наследницу Коста. Пожалуйста, поднимите бокалы за Джорджину Коста.
Я ухмыляюсь, представляя его разочарование, когда она не появится.
Да ну его на фиг.
Анджело, должно быть, выведет ее на улицу и...
Маленькая женщина кладет свою светлую руку на руку
В долю секунды мое настроение портится.
Какого черта она здесь делает? Она должна была уехать. Я сказал Анджело накачать ее наркотиками, потому что она ни за что на свете не пошла бы с ним добровольно.
Зал взрывается тостами, когда мой телефон вибрирует от сообщения.
Извини, босс, она уже была с отцом, когда я приехал.
Блядь.
Ебаный в рот!
Эта женщина всегда рушит мои планы. Всегда, блядь.
Я украдкой выглядываю наружу, но уже слишком поздно.
Пока люди внутри поднимают тост за новую наследницу Паоло, а она улыбается, как принцесса на троне своего отца, мой другой план приходит в движение так же плавно, как лодка в спокойном море.
Энцо укрывается, чтобы посмотреть, как разворачивается хаос.
Я бегу наверх. К ней - к моему гребаному проклятию.
Лицо Паоло искажается при виде меня, а черты лица Лепестка меняются от облегчения и удивления.
Прежде чем кто-либо из них успевает что-либо предпринять, люди Лучио врываются через большие двойные двери.
Крики и выстрелы эхом отдаются в воздухе, громкие голоса приказывают всем выйти на улицу.
Лучио не станет трогать своих инвесторов и тех, кто приносит ему деньги. Единственные, в ком он заинтересован, - это два человека, стоящие передо мной.
Я хватаю Лепестка за руку и тяну ее за собой.
– Джас... что ты делаешь?
– Спасаю твою гребаную жизнь, что случилось бы без всей этой драмы, если бы ты последовала за Анджело.
– Папа… – Она борется со мной, несмотря на мою стальную хватку. – Я должна забрать папу.
– Нет.
– Джаспер!
– Заткнись и иди за мной, Лепесток. Лучио без колебаний убьет тебя.
– Он причинит боль папе. – Ее голос эмоционален, зол, но и печален.
– Отпусти мою дочь сейчас же, Виталлио. – Позади меня раздается щелчок пистолета, и я останавливаюсь.
Медленно обернувшись, я вижу Паоло, не обращающего внимания на весь этот беспорядок вокруг него, на то, что его охранников убили, на то, что Лучио вошел с самодовольной ухмылкой, как король в чужой стране.
Лепесток качает головой на своего отца.
– Не надо, папа. Не стреляй в него.
В этот момент что-то внутри меня открывается.
В этот момент я знаю, что не стану убивать Паоло и заставлять ее смотреть на меня с разочарованием, ненавистью и, в конце концов, местью. Я не буду возобновлять порочный круг с ней.
На данный момент ее безопасность - самое главное. Я тяну ее за руку, но Паоло щелкает пистолетом.
– Я убью тебя, не сомневайся.
–
Папа...Все мы делаем паузу, когда Лучио достигает вершины лестницы и направляет пистолет в грудь Джорджины.
Я толкаю ее за собой, но уже слишком поздно.
Лучио нажимает на курок, и в коридоре раздается громкий взрыв.
22
Джорджина
Звуки выстрелов эхом отдаются в воздухе, но значение имеет только один.
Тот, что направлен на меня.
В одну секунду Лучио направляет на меня пистолет, в следующую - отец оказывается передо мной, а затем звук выстрела заполняет пространство.
Я вскрикиваю, когда он падает на пол.
Красное пятно сочится из его пиджака и окрашивает его рубашку в красный цвет.
Лицо Лучио искажается, осознавая, что он сделал.
Я падаю на колени рядом с отцом, прижимая дрожащие руки к его кровоточащей груди.
– Вызовите скорую помощь, - кричу я во всю мощь своих легких. – Кто-нибудь, вызовите скорую!
Я лечила много огнестрельных ранений и знаю, что пациенты не выживают после потери такого количества крови, особенно если у них слабые легкие, как у отца, но я отказываюсь в это верить. Я отказываюсь смотреть на логическую сторону вещей.
Его лицо становится липко-белым, он кладет свою руку поверх моей, его губы становятся синими.
– Нет, нет, папа, останься со мной.
– Я так счастлив, что успел встретить тебя перед смертью, Джорджи...
– Нет, папа. Ты обещал быть со мной на каждом шагу. Останься, пожалуйста. Мы не провели вместе ни одного часа.
Слезы падают по моим щекам, когда я нажимаю сильнее.
Он вздрагивает, но кровь не останавливается. Даже немного.
Мой папа умирает. Я чувствую это, и мое сердце медленно, но верно разрывается из-за этого.
– П-папа...
– Я люблю тебя, Джорджи… – шепчет он, когда его рука тяжелеет в моей, а его глаза смотрят в никуда.
– Нет, папа!
– Паоло… – Голос Лучио прорезает мое горе, как нож. – Это все из-за тебя. – Он направляет на меня пистолет. – Из-за тебя он мертв.
Джаспер появляется рядом с ним, и я знаю, просто знаю, что он получит пулю за меня, как это сделал отец. Он умрет за меня.
Я не могу позволить ему сделать это. Я не могу позволить Лучио забрать у меня больше ни одного человека.
Ярость бурлит во мне, как ток. Я позволяю ей полностью овладеть собой, выхватываю папин пистолет, который упал на бок, целюсь в грудь Лучио и стреляю.
Без колебаний. Ни дрожи в пальцах.
Когда он падает на землю, его лицо искажается от шока и ужаса, все вокруг, кажется, замирают на секунду.
Этот человек забрал мою мать, а теперь и моего отца.
Он разрушил мою и Джаспера жизни, и теперь он расплачивается за это.
Он платит кровью.
23
Джаспер
К
тому времени, когда все заканчивается, Лепесток избита.
Она все еще в том же платье с обреченной вечеринки, ее волосы взъерошены, а тушь растеклась по бокам глаз.