Чтение онлайн

Теперь вернемся к вопросу как правильно воспользоваться правом первого выстрела. Простая логика подсказывает, что первым выстрелом нужно вывести из строя самого опасного противника. Любой артиллерист вам скажет, что из перечисленного мной, самой приоритетной целью является полк реактивных минометов. Положительной новостью является то, что нам известны нарезанные ему цели, это укрепления Брестской крепости, укрепления южного пригорода Бреста и восстановленного вами ближайшего к границе южного форта.

Учитывая невысокую максимальную дальность огня 150-мм реактивных снарядов (около шести километров), и расположение будущих целей, можно сразу определить возможный район размещения полка реактивных минометов. Не дальше 1,5–2 км на юг от западного вала крепости

и не дальше 1,5–2 км на запад от берега реки Южный Буг, по которой проходит граница. Иначе они просто не дотянуться до перечисленных мной целей. Разведка должна точно определить координаты. Это будет не трудно. По нашим данным, для полка заказано три вагона реактивных мин, сто восемьдесят тонн. Это не меньше ста телег, которые будут разгружаться в месте будущего расположения минометов. Столь близкое размещение полка от границы, дает возможность накрыть его залпом 122-мм гаубиц без предварительной пристрелки, путем расчета установок стрельбы переносом от предварительно пристрелянного ориентира на нашей стороне реки. С другой стороны, это дает гарантию, что снаряды взорвутся раньше, чем до противника долетит звук пушечных выстрелов. Из всего сказанного вырисовывается следующая последовательность действий. Минимум, два дивизиона гаубиц вы нацеливаете на позиции полка реактивных минометов. Наши эксперты рекомендовали, чтоб они вели огонь — «на рикошетах». И снаряды летят быстрее, и поражение открытых целей в два-три раза эффективней обычной стрельбы. Исходя из этого требования, пусть выбирают позиции, и готовят данные для стрельбы. Возможных позиций и пристрелянных ориентиров у артиллеристов достаточно, специально для этого в прошлом году здесь стрельбы устраивали. Сигнал на открытие огня вы передаете на позиции гаубицам, все остальные вступают в концерт, как только услышат звук их залпа. Расчеты показывают, несмотря на кажущееся преимущество противника в стволах, за счет мощного первого залпа, усиленного реактивными снарядами, за счет скорострельности 120-мм минометов, скученности противника, отсутствия у него подготовленных укрытий, вы полностью расстроите, как артподготовку, так и первую атаку его пехотных подразделений. При этом нанесете ему тяжелые потери в живой силе и огневых средствах.

— Ваши слова да Богу в уши… за подарки передайте Революции отдельное спасибо, чувствую, без нее здесь не обошлось. На мои многочисленные требования усилить артиллерию, мне из штаба округа рекомендовали не разводить панику… скажите, а что бы было, если бы я отрицательно ответил на ваш вопрос?

— Во многом знании, многие печали, товарищ генерал. Революция Ивановна сказала, что вы не подведете, а она у нас еще не ошибалась. Поэтому вариант отказа рассматривался нами чисто теоретически, но соответствующие полномочия я получила.

— Понятно… спасибо за откровенность… не буду больше задерживать…

«Такая же гадюка, как ее начальница», — неприязненно подумал он.

— У меня для вас еще кое-что. Здесь десять тысяч рейхсмарок. Для оплаты информаторов. Распишитесь в получении и поставьте печать. Информацию о порядке прибытия орудий, боеприпасов и личного состава вам передадут еще сегодня до полудня из штаба округа. Еще Революция Ивановна просила меня передать ее личную просьбу. Она просила изготовить транспарант с вот этим текстом, и выставить его на западном валу крепости после начала войны.

— Хорошо… сделаем… а кто такая Ольга?

— Революция Ивановна сказала, что это ее близкая подруга, которая недавно погибла в Германии. Взорвала себя гранатой, чтоб не попасть живой в руки врага. Революция Ивановна отдельно просила проследить, чтоб написано было без ошибок.

— Пусть не переживает… лично прослежу.

За последние трое суток он проспал от силы шесть часов. Минирование позиций, развозка боеприпасов, согласование планов с легкой пехотой, пограничниками, летчиками, анализ разведданных…

Генерал смотрел на тихий город, в котором прекратилось всякое движение. Даже прибывшие накануне командиры и бойцы специального батальона реактивных минометов, до

полуночи выгружавшие из вагонов снаряды и деревянные направляющие на заранее выбранные позиции за насыпью, уже давно установили углы наклона, направления и снаряды, а теперь затихли в ожидании сигнала.

В 5.00 генерал связался со своим штабом, продиктовал радисту позывной, пароль и отзыв, велел через две минуты выйти в эфир, принять сообщение от «Летучей мыши-12», а затем сообщить ему. Закурив папиросу, он слушал, как кукарекают петухи с того берега речки, начинают петь птицы с южного берега Муховца, где в небольшой роще на восточной окраине южного предместья, сразу за железной дорогой, разместились два дивизиона гаубиц. К ним была протянута отдельная телефонная линия.

Еще одна телефонная линия тянулась к северному краю позиций дивизионов 120-мм минометов, зарывшихся в землю прямо за железнодорожной насыпью колеи протянувшейся с севера на юг. Эта ветка железной дороги проходила как раз между городом и Кобринским валом крепости. Близость к границе, удобство доставки минометов и боеприпасов, естественная защита и маскировка высокой насыпью, преимущества этой позиции были несомненны. Здесь разместились, как 120-мм минометы, так и РС-ы с направляющими.

После долгих споров, измерения расстояний и оценки вариантов действия противника, было принято решения начинать артподготовку из двух точек, как южной артиллерией нацеленной на полк реактивных минометов, так и 120-мм минометами расположенными севернее железнодорожного моста через Южный Буг.

Как образно выразился один из артиллеристов, — «протяженный взрывной заряд всегда подрывают с разных сторон, вызывая встречную волну детонации», от этого, дескать, мощность взрыва только возрастает.

Все остальные вступали в оркестр по мере прохождения звуковой волны, лишь подрывникам ж/д моста и РС-никам было приказано выждать десять секунд, чтоб не провоцировать противника раньше времени зрелищем факелов взлетающих ракет и летящими обломками моста.

— Товарищ генерал, из штаба сообщили, принято сообщение «Летучей мыши-12». Она передала, — «Поросята перешли просеку».

Докурив папиросу, затушив окурок и выбросив его, генерал обратился к своему связисту:

— Чудес на свете не бывает, сержант… связывайся с артиллерией и минометами, пусть командиры будут на линии.

— Товарищ генерал, подполковник Гордиенко и майор Самоха на проводе.

— Пусть ждут.

Он взглянул на часы, которые показывали 5.04

— Не будем тянуть кота за яйца. Говорит генерал Тодорский. Огонь приказываю открыть в 5 часов 5 минут. Как поняли меня?

— Приказ на открытие огня в 5.05 принял. Разрешите выполнять, товарищ генерал? — услышал он в трубке два голоса.

— Выполняйте.

Последняя минута тянулась долго. Наконец секундная стрелка закончила свой круг. Часы на его руке показывали 5.05.

«Последние шесть секунд тишины…», — от генерала до позиций, как артдивизионов, так и начавших стрельбу минометов было около двух километров по прямой.

Сперва он увидел вспышки выстрелов, цепочкой потянувшиеся вдоль колеи с севера на юг. С его точки наблюдения не было естественных препятствий и позиции зарытых в землю за насыпью минометов, после того, как они в 4.45 скинули маскировочные сети, хорошо просматривались.

Затем пришли звуки многочисленных минометных выстрелов, отраженных насыпью и наложенных друг на друга, к ним грозовым раскатом вплелись звуки артиллерийской канонады, прилетевшие с юга.

Взлетел в воздух железнодорожный мост. Темными карандашами с расцветшей сзади огненной метлой, вонзались в светлое небо десятки РС-ов.

«Вот и пролетели наши десять секунд беззаботной стрельбы… снаряды уже должны рваться на позициях полка реактивных минометов, жаль, мне отсюда валы заступают… да и звук до минометчиков противника уже добрался», — генерал направил окуляры бинокля на полтора километра вглубь вражеской территории, севернее железнодорожного моста. По данным разведки там противником подготавливались позиции для одной из батарей 81-мм минометов.