Околдованные
Шрифт:
— Шоколадные чипсы. — Наконец ей самой удалось улыбнуться. — Разве может быть что-то лучше? — Она занялась открыванием контейнера. — Оно очень вкусное. Я сама съела уже не меньше дюжины.
— Тогда садись. Теперь можешь спокойно запить их чаем. Ты, должно быть, замерзла, блуждая по лесу. Сегодня сильный ветер.
— Да, наверное. — Она села за маленький кухонный столик, которого едва хватало на двоих человек. — Я даже не знаю, сколько ходила по лесу, — начала она. — Меня отвлекла… — Она прервалась, когда Лиам дотронулся пальцами до ее щеки.
— Ты поцарапала
— Ох, я… Это все шипы. — Она потерялась в его глазах, могла даже в них утонуть. Хотела этого. — Лиам.
Он снова дотронулся до ее лица, убрав из раны шип, который она даже не замечала.
— Тебя что-то отвлекло, — напомнил он, усевшись напротив нее, — когда ты была в лесу.
— Ах… да. Это была белая лань.
Он удивленно поднял бровь, разливая чай.
— Белая лань? Ты отправилась в поход, Роуэн?
Она застенчиво улыбнулась в ответ.
— Белая лань, или птица, или лошадь. Традиционный символ похода в литературе. Думаю, поиски твоего дома вполне можно назвать маленьким походом. Я ее действительно видела.
— Не сомневаюсь, — не спеша ответил он. Его матери всегда нравились традиционные символы.
— А ты?
— Да. — Он поставил чашку. — Видел однажды.
— Она красавица, правда?
— Да, красавица. Тебе нужно согреться, Роуэн, иначе подхватишь простуду.
— Я выросла в Сан-Франциско и привыкла к холоду. Так вот, я увидела ее и, не удержавшись, пошла следом. В итоге оказалась на том поле с каменным кругом.
Его глаза насторожились, заблестели.
— Она привела тебя туда?
— Да, можно сказать и так. Ты знаешь это место? Совсем не ожидала найти здесь нечто похожее. Думая о каменных танцах, скорее вспоминаешь об Ирландии или Британии, Уэльсе или Корнуолле, но никак не об Орегоне.
— Ты нашла их там, где они хотели. Ты заходила внутрь?
— Нет. Это кажется странным, но я была немного ошарашена, поэтому обошла вокруг. И абсолютно потерялась.
Он знал, что должен почувствовать облегчение, но вместо этого появилось смутное разочарование. Конечно, если бы она вошла внутрь, он бы почувствовал это. В тот же миг.
— Ты не кажешься потерянной, раз сидишь здесь.
— А мне казалось, что я потерялась. Тропинка кончилась, и я никак не могла сориентироваться. Видимо, у меня это вообще плохо получается. Чай великолепный, — добавила она между делом. Он был теплым и крепким, с приятным сладким ароматом.
— Семейный рецепт, — ответил он с легкой улыбкой, затем попробовал одно печенье. — Вкусно. Значит, ты умеешь готовить?
— Да, с переменным успехом. — Ее утреннее настроение снова вернулось, и это чувствовалось по голосу. — Этим утром мне повезло. Мне нравится твой дом. Он как будто из книжки — стоит здесь среди моря и скал, а его камни блестят на солнце
— Мне он подходит. Пока что.
— А какой здесь вид… — Она поднялась и подошла к окну, затаив дыхание при виде скал. — Потрясающе. Во время шторма, похожего на вчерашний, он должен просто завораживать.
Завораживать,
мысленно повторил Лиам, отлично зная привычку отца манипулировать погодой по своему желанию. Гроза была именно его рук делом.— Ты хорошо спала?
Ее резко бросило в жар. Она вряд ли сможет сказать, что видела сон, как они занимаются любовью.
— Уже не помню, когда спала лучше.
— Это приятно. — Он засмеялся и поднялся из-за стола, заметив, как напряглись ее плечи, — Приятно знать, что мой приход подействовал на тебя расслабляющее.
— Хмм. — Роуэн повернулась, стараясь стряхнуть с себя ощущение, будто он точно знает, о чем она думала, и тут заметила открытую дверь, за которой находилась маленькая комната. Там на столе горела лампа, и был включен черный блестящий компьютер.
— Это твой кабинет?
— В каком-то роде.
— Значит, я оторвала тебя от работы.
— Ничего срочного. — Он покачал головой. — Если тебе так хочется посмотреть, почему не спросишь?
— Действительно очень любопытно, — призналась она. — Если ты не против.
В ответ он лишь сделал приглашающий жест и зашел в комнату вслед за ней.
Помещение было маленьким, окно же наоборот достаточно большим, чтобы видеть скалы. Роуэн тут же стало интересно, как кто-то может сконцентрироваться на работе, когда здесь такой вид. Посмотрев на компьютерный монитор, она засмеялась.
— Значит, ты играешь в игры? Я ее знаю. Мои ученики сходят с ума по этой игрушке. «Загадки Мэо»
— А ты не играешь?
— У меня плохо получается. Особенно игры такого рода, потому что я обычно застреваю в них, к тому же там каждый шаг имеет жизненно-важное значение. Не выношу напряжения. — Снова рассмеявшись, она подошла ближе, изучая на экране картинку с большим замком, освещенным молниями, и волшебными феями. — Я дохожу только до третьего уровня, где королева ведьм Бринда обещает открыть Заколдованные врата, если найдешь три камня. Обычно я нахожу только один, а потом падаю в Бездну вечности.
— Всегда есть ловушки по пути к цели. Иначе не будет никакого удовольствия, когда ты ее достигаешь. Хочешь снова попытаться?
— Нет. Мои ладони становятся влажными, а пальцы деревенеют. Это унизительно.
— Некоторые игры воспринимаются серьезнее, чем другие.
— Для меня они все серьезные. — Она взглянула на обложку диска, любуясь иллюстрациями, затем замигала, прочитав мелкую надпись «Собственность Наследия Донованов». — Это твоя игра? — Обрадовавшись, она выпрямилась и повернулась к нему. — Ты создаешь компьютерные игры? Это так здорово.
— Это забава.
— Для того, кто едва справляется с интернетом, это гениально. История Мэо такая чудесная. Графика великолепна, но история сама по себе мне особенно нравится. Она просто волшебная. Захватывающая сказка с хорошим концом и важными выводами.
Он заметил, что когда она радуется, в ее глазах появляются маленькие серебряные искры. И запах теплеет вместе с ее настроением. Он знал, как разогреть его еще больше, как заставить серебряные искры утонуть в этой глубокой синеве.