Охотник из тени 4
Шрифт:
В университет, Т'мор вернулся довольный и умиротворенный. Впервые за последние два дня, он чувствовал себя так спокойно. Никаких перепадов настроения, немотивированных вспышек ярости и безудержного, ничем не обоснованного веселья, не поддающихся никаким эмоциональным блокам. Никакого желания достать ближнего своего… только покой и легкость. Арн тряхнул головой, пытаясь прийти в себя, и нахмурился. Сейчас, его собственное поведение в последние дни, показалось Т'мору несколько странным…
Т'мор вошел в свой флигель, быстрым шагом миновал гостиную, на ходу кивнув Раде, что-то выговаривающей Донову и, захлопнув за собой дверь кабинета, открыл лежащий на столе пенал компа.
В том, что никто из здешних магов не мог каким-то образом повлиять на его эмоции, арн был уверен на все сто. Огненная сеть Ириссы? Не смешно. Кроме основной функции защиты
Пальцы пробежали по перламутровым пластинам, перед арном развернулся полупрозрачный сияющий экран, и он напрочь отключился от внешнего мира, погрузившись в поиск нужной информации.
В себя, арн пришел лишь когда низкое зимнее солнце окончательно скрылось за горизонтом, и на университетский город опустились холодные сумерки. От души потянувшись, Т'мор откинулся на спинку кресла и, глянув на мерцающий экран компа, тихо вздохнул. Ответ на вопрос о его самочувствии, оказался прост и непритязателен. Смена шкуры. Раз в три-четыре года любой дракон, будь он даже дважды сумеречным, сбрасывает старую чешую, и этот процесс непременно сопровождается определенной эмоциональной нестабильностью. У предков даже был предусмотрен отпуск на такие случаи. Как было сказано в одной должностной инструкции, непонятно как оказавшейся в памяти компа: «во избежание конфликтов, при работе в коллективе». И самое паршивое, что у Т'мора этот период только начался и длиться он будет еще две декады. То есть, ровно столько, сколько осталось времени до начала зимних каникул… Бедные ваганты.
Т'мор не удержался, и губы его разъехались в весьма многообещающей улыбке. Хорошо еще хихикать не стал, а то караулящий под дверью ученик мог бы подумать, что его наставник окончательно съехал с катушек.
Арн не зря посочувствовал вагантам. В следующие две декады, занятия у преподавателя основ Тьмы, стали для них сущим наказанием. Т'мор побил все собственные рекорды по въедливости, сарказму и черному юмору, в результате чего, несколько учениц даже оказались в лазарете с диагнозом: «нервный срыв». Ректор, попытавшийся пару раз призвать своего подчиненного к порядку, нарвался на две лекции о необходимости тренировки будущих магов, для выработки у них железного психического здоровья, и отстал. Ирисса, каким-то женским чутьем понявшая, что ничего хорошего, ей, от пребывающего в раздрае Т'мора, не светит, постаралась исчезнуть, и не попадаться арну на глаза, А барона, несколько раз попадавшегося арну на пути, Т'мор своими замечаниями и вовсе довел до белого каления. Развязка наступила утром последнего учебного дня перед каникулами, когда зашуганные преподавателями, ваганты отсыпались после вчерашнего экзамена, а владельцы многочисленных погребков уже начали готовиться к наплыву счастливых от окончания семестра, учеников.
– Господин ректор, я настаиваю на необходимости допроса! – Ворвался в уши арна рев бранианца, едва он открыл дверь в кабинет Ламова.
– Вы забываетесь, барон! Одного вашего требования недостаточно, чтобы я позволил провести медикаментозное дознание своего преподавателя. – Очевидно, упорный бранианец сумел допечь Ламова ничуть не меньше, чем самого барона достал Т'мор, поскольку шипящие нотки в тоне главы Драгобужского университета, здорово напомнили арну голос змеи – хранительницы лесного озера, расположенного далеко на полдне, в землях Хорогена.
– Ректор, барон. Доброе утро. – Прервал их диалог, Т'мор, и только тут заметил еще одного человека, присутствующего в кабинете. – Прошу прощения, мастер Римин, я вас сразу и не учуял. Великолепная выдержка, право слово.
– Благодарю, господин Т'мор. – Невозмутимо кивнул маг. Чем вызвал еще один заинтересованный взгляд арна. За последние две декады, Римин, в отличии от своего шефа, ни разу не позволил себе втянуться в пререкания с Т'мором, ограничивая общение при случайных встречах лишь приветствием… и странным выжидающим взглядом. Хм. Т'мор, на мгновение замер, но тут же справился с собой и, криво ухмыльнувшись, уселся в кресло напротив Римина.
– Судя по всему, уже скоро, а? – Как ни в чем не бывало, протянул арн, глядя в глаза мага и не обращая никакого внимания на вернувшихся к своему спору ректора и барона.
– О, вы заметили… – Чуть приподнял бровь Римин.
– Я, все-таки, маг школы Разума,
мастер. – Пожал плечами Т'мор.– Не знал, что любой маг вашей школы способен увидеть и оценить… это.
– Ну, не стоит преувеличивать. Не всякий, далеко не всякий. – Улыбнулся арн. – Но я, да, могу. И признаюсь честно, меня не может не радовать тот факт, что люди не забыли к чему нужно стремиться… Знаете, мастер Римин, если желаете, я мог бы помочь вам с решением некоторых скользких вопросов связанных с вашим экспериментом… и с сохранением душевного спокойствия, как важной его составляющей.
– Благодарю, но я лучше еще подожду… хотя бы пару дней, прежде чем обращаться к вам за помощью. – Усмехнулся в ответ Римин, и напряженное ожидание в его глазах сменилось ясно видимым облегчением, таким, что Т'мору показалось, он слышит, как трещат мыслеблоки мастера, не выдерживая напора обуревающих его эмоций. И все же Римин справился с собой, и договорил, – надеюсь, этого времени хватит, чтобы вы вновь обрели прежнее… равновесие? А то мне не хотелось бы стать объектом какой-нибудь заковыристой каверзы, как это было описано в некоторых… хм-м… легендах.
– О да. С лихвой. – Весело рассмеялся Т'мор. Беседа с мастером доставила ему огромное удовольствие. А еще большее удовольствие доставил тот факт, что он правильно угадал ожидания этого человека… Естественно, какому отцу не хочется знать, что с его сыном все в порядке? А это единственное, что волновало сейчаса мастера трех стихий, уже вошедшего в придел своего воплощения [5] . Мало того, судя по намеку этого ушлого мастера, он еще и прекрасно осведомлен о сроках временной неуравновешенности Т'мора… не собеседник, а клад! Хотелось бы заглянуть в его библиотеку… Интересное, должно быть, местечко.
5
Придел воплощения стихии – Термин, введенный мастером-артефактором Гартом ах Боргом, обозначал тело мага на том этапе развития, когда его сознание вплотную подошло к прямому контролю своей стихии, но еще не перешагнуло этот барьер. «Войти в придел воплощения» – это выражение означает, что маг уже начал комплекс жреческих ритуалов для финальной подготовки своего сознания и Узора к обретению возможности прямого контроля присущей ему стихии. В этой ситуации, тело мага, в какой-то мере, действительно, становится приделом храма Света или Тьмы (что зависит от определяющего источника мага). Достопочтенный Гарт также ввел и термин: прЕдел воплощения стихии, означающий перерождение, а подчас, и уничтожение личности мага воплотившего в себе стихию, в результате применения им слишком мощного воздействия на окружающий мир. Подобное происходит, когда маг совершает действие, в которое вкладывает не только весь свой запас сил, но и всю силу своих Источников, шагая за грань возможностей подвластной ему стихии. Эффект от подобного чародейства невообразим, часто необратим, но в результате, сам маг перестает быть человеком… или вообще перестает быть.).
Арн хмыкнул, поймав себя на мысли, что разговор с Римином, сильно напоминает ему общение с белогривыми. Ни дня без интриги, ни слова без второго и третьего смысла… Эх. Надо бы проведать дом на побережье. Глядишь и Арролд с Ллайдой заглянут на огонек… а с ними и Асси увяжется.
Поняв, что его губы разъезжаются в мечтательной улыбке, Т'мор встрепенулся, и только тут сообразил, что перед ним уже несколько секунд сопит багровеющий барон Таро.
– Вы что-то хотели, уважаемый барон? – Сменив улыбку на очень дружелюбный оскал, поинтересовался арн, одновременно адресуя ректору вопросительный взгляд.
– О да. Мне бы хотелось, чтобы вместо того, чтобы сбивать с пути истинного моего мага, вы ответили на несколько моих вопросов, под воздействием пары-тройки зелий. – Прорычал барон.
– Ректор? – На этот раз, Т'мор не ограничился одним взглядом.
– Только с вашего позволения, господин Т'мор. – Усмехнулся тот. Кажется, бранианец действительно сильно достал Ламова, судя по тому, с каким предвкушением он поглядывает на разворачивающееся в кабинете, действо.
– Барон, вам не кажется, что вы не в меру обнаглели? – Спокойным тоном, которому позавидовал бы и эр Ллонер, осведомился арн. – Мало того, что вы, вот уже две декады не даете мне спокойно работать, осмеливаетесь меня в чем-то подозревать, так теперь вы дошли до того, что принялись требовать моего допроса, да еще и с помощью опасных для здоровья зелий… Вы идиот или самоубийца, барон?