Чтение онлайн

— Всем машинам стоп! — сказал он в микрофон рации.

Машины начали останавливаться, включив мерцающий режим стоп-сигналов, сигнализируя о поломке. По-другому было нельзя, обочины здесь не было, только бетонный отбойник. Остальные машины с недовольным ревом клаксонов проносились мимо.

Аскер переключил рацию на нужный канал.

— Зенит, я Факел, прошу срочной связи. Код Воздух.

— Факел, я Зенит, Воздух — принял. Что там у вас?

— Господин полковник, мы примерно в пяти километрах от адреса. Наблюдаем огневой бой, по виду серьезный. Прошу дальнейших инструкций.

— Факел,

новая цель. Блокировать дорогу, установить засаду на противника. Выделить группу для проверки точки… записывайте, четыре два Степан пять один шесть восемь семь семь на три восемь два один девять один девять, как понял?

— Четыре два Степан пять один шесть восемь семь семь на три восемь два один девять один девять, вас понял, отбой.

Аскер снова посмотрел в ту сторону, где идет бой. Хорошего мало…

— Факел — всем машинам! Слушать мою команду!

На них набросились, когда они только вышли с другого конца подземного хода. Это была кошара… овечья кошара, каких немало по нынешним горам, сложенное из камня убогое, без стекол, строение — никто и не подумает, что здесь, среди овечьего навоза, есть люк, который ведет в подземный ход, который ведет к дворцу, находящемуся в трех километрах отсюда. В это просто невозможно было поверить.

Кто-то бросился на нее, как только она выглянула из ворот кошары, настороженно держа автомат перед собой. Автомат вырвало из рук, словно порывом урагана, кто-то выдернул ее из прикрытого стенами уюта кошары наружу, на воздух, в жестокий и полный зла мир, прижал к стене. Рука зажала рот, блокировала руки… она не успела ни трепыхнуться, ни пискнуть…

— Тихо. Понимаешь по-русски? Понимаешь? Если понимаешь — кивни!

Анахита, которая пыталась открыть рот посильнее, чтобы укусить держащую ее руку, от удивления попыталась кивнуть.

— Мы русские. Адмирал Воронцов прислал нас, чтобы помочь бежать. Мы свои. Ты поняла, о чем речь?

Она им не поверила. Слишком много произошло в ее жизни, чтобы она могла верить людям.

— Люнетта. Тебя зовут Люнетта, так? Ты — Люнетта.

Люнетта…

Маленькая луна.

Тегеран две тысячи третьего года. Безумный секс по ночам… под автоматную и пулеметную канонаду, в комнату, через окно которой видны вспышки трассеров и льется свет ослепительных ракет. Сознание того, что взрыв ракеты «РПГ» или фугаса на дороге, выстрел снайпера может разлучить их в любой день — только обостряло чувства.

Она никогда никому не говорила про «Люнетту», и никто ее так не называл, кроме… И даже Николай, который согласился с тем, чтобы назвать первенца Александром в честь деда, Императора Александра Пятого — так и не знал, в чью честь на самом деле был назван этот мальчишка.

Тегеран. Любовь. Смерть. Предательство. Бегство…

Она так это и не забыла.

Рука, зажимавшая рот, исчезла.

— Кто вы? — хрипло спросила она.

— Русские, — ответ был исчерпывающим. —

Бери детей и иди за нами.

В километре отсюда несколько бронированных, внешне неприметных машин ждали их.

— Зенит, я Факел, прошу срочной связи. Код Воздух.

— Факел, я Зенит, Воздух — принял. Что там у вас?

— Зенит, я Факел, посылку забрали, повторяю — посылку забрали. В целости и сохранности. Потерь не имеем.

— Факел, я Зенит, вас понял. Приказ — немедленно отправляться на точку эвакуации один, повторяю — точка эвакуации один, как поняли?

— Зенит, я Факел, вас понял, точка эвакуации — один, отбой…

Араб бросил трубку аппарата спутниковой связи на рычаг, победно вскинул кулак.

— Есть!

— Что — есть?

— Они их взяли в целости и сохранности. Тихо и чисто. Без потерь. Вот так и надо работать.

Мне это не совсем понравилось — и сам не знаю, почему. Просто я привык к тому, что самая легкая дорога — очевидно ведет в ловушку.

Хотя… может быть, я просто накручиваю себя. И дальше — все будет как надо. Точка эвакуации один — это летное поле Ташкентского авиазавода, там несколько приличных взлетных полос, на которых отстаиваются наши четыреста семьдесят шестые. Место оживленное — с тех пор, как началось в Афганистане, туда некоторые борты по нескольку раз в неделю «на ремонт» ходят. Оттуда — два варианта, либо Кабул, либо Джелалабад. И там, и там есть серьезные позиции, чтобы отсидеться, пока все не кончится.

Глупость, скажете? Ан нет. Афганистан — одно из самых безопасных мест в мире для Люнетты и ее детей. Укрепленные базы, сотни мужчин с оружием под рукой… спаянные кровью, проверенные в бою. Это тебе не Туркестан, где можно вот так вот просто напасть на укрепленный объект. Тут — только попробуй…

— Что задумался? — вернул меня к жизни Араб…

— Да так, ничего… — Я поднялся с койки. — Пойду, подкреплюсь. Тебе что принести?

— Что угодно, только не халяль. Хочу нормальной пищи — до озверения.

— Понимаю…

— Я собираюсь выйти на связь с Гранитом. Пусть поднимают вертолеты… настало время взять этих подонков тепленькими.

— Да, да… Давай.

Многое не нравилось и Аскеру. Например, ему не нравилось то, что они сматываются в то время, как кто-то ведет обреченный бой в этом проклятом дворце — Дворце слез. Он бы с большим удовольствием отправил одну машину на точку эвакуации, а со всеми остальными подобрался и ударил нападающим в спину. В два огня — их бы быстро истребили.

Но не ему это решать. И не ему задумываться о правильности приказов. Если Араб, тот, кто учил его, так сказал, значит, так и надо делать. Наверняка нападающими займется армия или местный учебный центр, Каляев, у него на базе есть и боевые вертолеты, и подготовленные люди. Их задача — просто выполнить приказ, доставить заложников к точке эвакуации и получить дальнейшие указания.

И все-таки… просто так уехать и забыть — он не мог.

— Бык, выйди на связь с Зенитом. Внеплановый сеанс.