Чтение онлайн

Служительницы по-прежнему сидели рядом с ней, поддерживая, чтобы девушка не упала. Свеча догорела, монотонное пение стихло.

В дверь постучали. Женщины поднялись, помогая Сунниваа встать. Ноги совершенно не слушались, и она с удовольствием отдохнула бы, но провожатые подтолкнули девушку к выходу.

Дверь в комнату матушки служительницы была распахнута. Сопровождающие ввели Сунниваа и разрешили прилечь. Девушка с облегчением закрыла глаза, а служительницы бесшумно покинули комнату. Вскоре вошла матушка служительница в темных церемониальных одеждах и присела рядом на

— Матушка, я… — начала Сунниваа. Но Банья-Леа приложила палец к ее губам.

— Ты выпила напиток Богини, дочь моя, — произнесла она слова ритуала. — А теперь скажи мне, что ты видела.

Запинаясь, Сунниваа начала рассказ.

Матушка служительница чувствовала, как сильно испугали девушку видения. Она бы с радостью обняла Сунниваа, но в этот момент девушка была не ее дочерью, а послушницей на посвящении, и ее задачей было истолковать видения и распознать, какой путь предназначен ей Богиней.

— Скажи мне, почтенная матушка, что значат мои видения? — Сунниваа закончила свой рассказ и нетерпеливо взглянула на свою приемную мать.

Ну вот и все, подумала Банья-Леа и вздохнула.

— Богиня избрала тебя для особой миссии, — пояснила она дрогнувшим голосом. — По ее воле ты покинешь это место, чтобы служить вне стен общины.

Испуганное лицо Сунниваа огорчило матушку, но не было времени для долгих объяснений — снаружи ждали служительницы, чтобы приветствовать свою новую сестру.

— В одном из видений воин протянул тебе меч. Это означает, что Богиня выбрала тебя своей Служительницей с мечом.

— Служительницей с мечом? — удивленно спросила Сунниваа.

— Таким образом Богиня поручает тебе почетное, но вместе с тем очень трудное задание, дитя мое, — пояснила Банья-Леа, пытаясь унять дрожь в голосе. — Тебе известно, что мы живем в скромности и смирении и носить оружие нам запрещено. Но в тяжелые времена Богиня может выбрать тех из нас, кому предстоит служение с мечом, — она строго поглядела на Сунниваа. — Ты — первая, кого избрали. Никогда прежде не было среди нас Служительницы с мечом.

Отчаяние на лице Сунниваа едва не разбило ей сердце. О Богиня, ну почему именно моя дочь, с горечью подумала она и в приливе внезапной нежности позволила себе обнять Сунниваа. На краткий миг она превратилась из матушки служительницы в мать, которой вскоре предстояло потерять любимое дитя.

— Мы все служим Богине, дитя мое, — тихо сказала она. — Твой путь предначертан давно, и не в нашей власти его изменить.

Сунниваа вырвалась из объятий и упрямо спросила:

— Мне действительно нужно уйти? Даже если я не хочу этого? Разве нельзя…

— Нет, Сунниваа. Это твое предназначение! — прервала ее матушка служительница, строго глядя на девушку. — Никто не может спорить с судьбой. Даже если ты будешь сопротивляться изо всех сил, ты ничего не изменишь. Ты должна принять это.

Но девушка не желала смириться с этим. Ей было трудно принять ужас открывшегося ей в видениях.

Не обращая внимания на Банья-Леа, пытавшуюся удержать ее, она вдруг вскочила, распахнула дверь и умчалась из комнаты. Глаза Сунниваа застилали слезы. Она не слышала удивленных криков служительниц,

Ей нужно было побыть одной.

Туманно-серая волчица услышала Сунниваа задолго до того, как увидела ее. Девушка не пыталась оставаться незамеченной, шум, с которым она ломилась через лес, раздражал чувствительные уши зверя. Волчица медленно поднялась со своего ночного ложа у пруда и спряталась под сенью деревьев.

Никуда я не пойду! Они не заставят меня! Эти слова стучали в голове Сунниваа, не оставляя места для других мыслей. Ноги сами несли к пруду. Девушка опустилась на мягкую землю под дубом и прислонилась к стволу.

Видения могли означать все что угодно. Почему Банья-Леа уверена? Служительница с мечом! Она, которая уходила, когда Ровен резала кур, чтобы не видеть смерти птиц, именно она должна воевать!

Сунниваа горько усмехнулась и вытерла слезы рукавом новой одежды. За городом-крепостью были только нищета и голод. Она ни за что не пойдет туда по доброй воле. И как только ее приемная мать могла от нее такое требовать?!

Тонкие перистые облака затмевали предательский свет луны над голыми неприветливыми скалами Вальдорского кряжа.

Вейт посмотрел наверх. Ему в лицо подул легкий ветерок, принося с собой запах сгоревшего дерева. Молодой капитан осторожно выглянул из-за небольшого холма, отделявшего его людей от лагеря повстанцев. Им повезло. Одиннадцать мужчин улеглись спать вокруг костра и, казалось, думали, что в полной безопасности. На скале вдалеке Вейт заметил одинокого часового. Но тот повернулся к ним спиной и смотрел только вниз, в долину.

Молодой капитан усмехнулся, предвкушая легкую победу. Как он и предполагал, повстанцы не ожидали нападения со склонов и охраняли только нижнюю часть лагеря…

Трудный подъем себя оправдывал. И пусть двенадцать солдат кляли его на чем свет стоит за то, что капитан заставил их подниматься по отвесным склонам в тяжелом вооружении.

Бой будет быстрым и легким. Большинство повстанцев даже проснуться не успеют, и их жизнь окончится от удара клинка. Вейт медленно поднял руку, подавая солдатам сигнал к атаке. Реакция у его подчиненных была отличной, они двинулись к лагерю. Используя для прикрытия каждый холмик, они быстро приближались к спящим.

Двигаясь вместе с солдатами, Вейт не спускал глаз с часового, но тот пока не замечал опасности. Повстанцы все еще крепко спали. Все шло по плану.

Вдруг тишину пронзил душераздирающий крик. От одной из восточных скал отделилась огромная тень и понеслась прямо на лагерь. Повстанцы немедленно оказались на ногах и схватились за оружие. Когда они увидели нападающих, завязалась жестокая схватка, которую плохо вооруженные повстанцы наверняка проиграли бы, но огромное чудовище помогало восставшим, нападая с воздуха и то и дело нанося солдатам Вейта удары острым клювом. Некоторых птица просто хватала и отбрасывала прочь, словно ненужную игрушку.