Чтение онлайн

Это был Ашан, одичавший и окровавленный, и, как мне показалось, он превратился в туман и полетел прямо на меня. Он окружил меня, объединился, дергая мою голову в разные стороны, пытаясь вывести меня из равновесия. Это будет очень длительно, если я полечу вниз. В лучшем случае, я бы сломала шею.

Но он не перекинул меня через край или вниз по ступенькам. Опять же, я почувствовала нечто странное, у него получилось что-то не совсем то, чего он сам ожидал. Что-то помешало ему. Когда он снова попытался бороться с инстинктами, нечто ударило его с силой грузового поезда и он отошел к краю, с маленькой Алисой/Венной у него на спине, катающейся на нем как на серфинге, колыхавшемся в скалах. Он превратился

в туман. Как и она. Они вновь появились на уровне земли, и у меня появилось чувство, будто Ашан старался освободится, чтобы подойти ко мне. Но она давала отпор каждому его шагу.

Для нее это было весельем. На ее невинном лице была ужасающая тигриная улыбка, от которой у меня скрутило живот.

– Иди!
– прокричала она мне и потянула свои ручонки маленькой девочки к Ашану.

И сдула его так сильно, что он пролетел мимо пяти припаркованных машин и прихлопнула его в опорную стену. Он отскочил и вернулся к ней как мячик попрыгунчик-людоед.

Я обратила внимание на ступени под ногами, перепрыгивая через две, а то три за раз. Мышцы на моих икрах протестовали. Я не бегала по лестницам несколько... ладно, лет. Во время учебы в средней школе злой тренер Хоукинс всегда делал это началом каждого урока, и в самом деле я не могу сказать, что была в этом хороша...

Не надо делать лестницы такими высокими. Создавалось чувство, что я пытаюсь бежать по лестнице Чичен Ицы, а не только несколько десятков по лестнице до местной часовни. Я не видела вершины. Я вообще не могла сказать, что она здесь есть.

И вдруг я почувствовала это... шепот, ощущение присутствия. Нечто огромное и могущественное, чему не нравлюсь ни я, ни кто бы то ни был.

Включая даже Джиннов.

Я остановилась, схватилась за перила одной рукой и прислушалась.

Это был... шепот. Я не могла сказать, кто именно это говорил, но я слышала голоса. Много голосов. Мужчин, женщин, непонятно кого, все закрутилось. Все задавали вопросы.

Все плакали от боли.

– Впустите меня!
– закричала я. Мой голос эхом отскочил от скал, от этих прекрасных, тихих, спокойных скал. И они слышали все это, эти скалы. Слышны были любители этого шепота, убитые и умершие воины, слушатели и проповедники этих песен. Это был просто шум. И он не продлился долго.

Я скользнула под перила с другой стороны от обрыва и постаралась вскарабкаться вверх, хотя ботинки соскальзывали. Я положила руки на теплые, словно теплокровные, камни. Они на ощупь как наждачная бумага, а проблески слюды блестели в них, как пятна золота.

Пожалуйста, я молилась. Пожалуйста, впустите меня.

Но у меня не получалось. Я была слишком мала, слишком слаба, было слишком мало времени...

– Венна!
– закричала я.
– Хватит возиться там и иди сюда!

Она не откликнулась. Когда я посмотрела вниз - рискуя, свалившись, сломать шею - не было ни единого признака Джинна на парковке. Черт возьми.

– Рэйчел! Черт!
– выкрикивала я без всякой надежды на ответ.
– Дэвид!
–

Отголоски обманули меня, звуча откуда-то издалека. Их имена затерялись в пустом пространстве.

Все пропадет только потому, что я не смогла подняться по этой чертовой лестнице. Я сделала еще пару шагов, но это было так, будто сначала меня сносило потоком, а затем высушивало словно в бетоне.

Я замерла на месте, обливаясь потом, дрожа, и вцепилась в камень еще на несколько дюймов дальше.

Нечто толкнуло меня назад. Я заскользила, налетела назад на перила и наполовину залетела под них, и начала снова пытаться подняться наверх. Ничто не преграждало мне дорогу. Две ступени за один шаг, держа ритм. Если душам этого места нужны жертвы, то я бы дала их. Я бы бежала, пока не стерла ноги в кровь,

если бы это было нужно. Пока мое сердце бы не разорвалось. Пока этот говнюк видит, что я не собираюсь ничего бросать.

В этом мире для меня нет ничего, но шаги, и просто камни выше меня, с большим тяжелым небом над головой.

Ашан стоял на вершине, ждал меня. Он больше не был мистером Аккуратность. Его костюм превратился в тряпки, а галстук и вовсе отсутствовал. Алебастр кожи и свежие следы крови виднелись сквозь прорехи в ткани. Это было просто представлением, я знала, что он выглядел побитым и в синяках. Он победил Венну. Возможно и Рэйчел тоже. И Дэвида, Дэвид, о Боже...

Я выкинула мысли из головы и побежала. К черту Ашана! Он был просто препятствием, и я хотела просто пронестись мимо него. Я могла чувствовать, как вещи в воздухе меняются, чувствовала, как менялись полярности. Это было нечто, оживающее в Земле, и оно не было нападающим. Хранители были бесполезны. Джинны были - или будут - ее. И люди были просто ресурсоемкой проблемой, аналогичной проблеме перенаселенности мокриц и важность для нее.

Искажение было и в нем тоже. Черное, распространяющееся, холодное искажение, что означало, что Оракул, действительно, инфицирован, и инфекция распространяется.

Пожалуйста.

Я послала свою молитву вверх, вверх в небо. Вверх, хотя не была уверена, что там кто-то существует. Хранители были точно. Научно доказано. Мы не были духовны, и как правило мы начинали и заканчивали с идеей, что никто не знает о том, что, черт возьми, происходит на уровне эфира.

Но если бы Бог там был, если бы он заботился, то это в тот момент политика невмешательства должна была быть отменена.

Я бежала, мое сердце выпрыгивало из груди. Бежала, пока мускулы на ногах не ощущались подобно двум переваренным спагетти. Пока мое сердце не стало биться с такой скоростью, что я уже чувствовала сплошную реверберацию в груди. Пока я не промокла от пота и перед глазами не стали танцевать пятна.

Пока я не смогла поднимать ноги для каждого бесконечного шага.

А затем, я не смогла.

Я пыталась, была на полпути, но споткнулась. Я инстинктивно вытянула руки перед падением... и кто-то схватил меня за запястье. Но я больно ушибла колено о каменную ступень, но боль только начала зарождаться, когда я посмотрела наверх на того, кто схватил меня.

Имара. В синяках, окровавленная, но не избитая.

Моя дочь одарила меня медленной, милой улыбкой, и нагнулась ко мне, чтобы взять другую мою руку.
– Еще один шаг, мам, - сказала она.
– Просто еще один.

Всегда оставался еще один.

Я подняла ногу, дрожа, и поставила ее на ступеньку. Имара подтянула, и с ее помощью, я подняла себя вверх.

Один последний шаг.

И я была на вершине.

Ашан стоял между мной и дверью. Имара держала меня за руки, и улыбалась так сладко, так блестяще, что слезы затопили мои глаза. О Боже, она была такой милой. В ней сочеталось все хорошее, что было во мне и в Дэвиде, и я лишь недавно узнала ее, мне хотелось бы иметь больше времени, чтобы понять ее, кем она была, что она значила...

– Я люблю тебя, мам, - сказала она и отпустила меня.

Ашан бросился на нее сзади. Он схватил ее обеими руками, рыча от сырой ярости, и сломал ей шею с сухим, страшным треском. Я видела, что происходило, прямо передо мной, я видела ее широкие глаза, зрачки расширялись.

Я видела, как умирала моя дочь.

Он бросил ее вниз по ступенькам, будто она была ничем. Как будто она не была достойна уважения, любви и преданности. Сломанная кукла летела вниз и отдавалась глухим стуком, ударяясь о ступени крутой бетонной лестницы, и разбилась внизу, маленькая, человечная и смертная, в конце концов.