Одноклеточный
Шрифт:
– Как называется ваша банда? – напирал другой.
– Вот вам золотая дисконтная карта! – расплылся в счастливой улыбке толстячок. Как только пролез, такой пухлый? Кажется, ему помогли стафы, они по бокам отоко стояли и хмуро таращились на меня. – Теперь вы целый год сможете приобретать оборудование и прибамбасы для вашего байка в моём маркете! С колоссальными скидками! Запомните, господин Като, «Томодати» – самый лучший маркет города! У нас есть всё!
Ещё один тип пытался утащить у меня шлем, но я не отдал. Наверное, задумал уволочь как сувенир. Мне жутко хотелось пить. Тут какой-то добрый продавец протянул мне бутылку с бакусю, и я схватил её. Продавец что-то
В общем, творилось что-то непонятное.
А мне вдруг вспомнился кусок из Уголовного кодекса. Там говорилось, что если толпа не слушается и готова применить насилие, то её главарей упекут на каторгу или в кутузку аж на три года. А всех остальных оштрафуют. Только вряд ли на празднике дойдёт до такого безобразия. Они же меня не пинают.
В голове у меня глухо шумело, а мозги совершенно отказались соображать. Вся моя смекалка осталась там, на сером треке. Я увидел в паре метров ошеломленного Зида и стал проталкиваться к нему, сидя на байке и помогая себе только ногами. Все эти незнакомые люди вокруг не доставали мне до макушки, хотя я сидел, а они прыгали вокруг.
На мою удачу, объявили заезд следующей группы байкеров, на более мощных мотоциклах. Толпа моментально рассосалась.
– Ну ты монстр, Егор, – проговорил Зид. – Поехали к нашим.
Мы оборвали кучу рекламных стикеров с байка и меня самого, скатали их в липкий ком и закинули в урну. Зид сел позади, и мы на малой скорости проехали к месту сбора камайну. Собако-львы поздравили меня сдержанно. Девчонки, конечно, повисели на шее и расцеловали, даже Тайша. А вот Гриба не было – он отправился к треку, где я только что рубился.
Картинка с него транслировалась прямо на огромный экран, натянутый над дирекцией полигона. Народ стал реветь, подбадривая знакомых участников и всех остальных. Я увидел жёлтый шлем Гриба. Камайну бодро отжигал на «судзуки», разогревая резину. Похоже, ему инструктаж Зида не требовался.
– У него, конечно, тормоза как пластиковые, – сказал мне Зид. – Скобы восьмипоршневые, шутка ли. В городе с ними трудновато, если не приноровился. Зато на треке в самый раз!
– У него самый подходящий байк для заезда?
– Точно. И шасси в порядке, и наклоняться можно резче, когда в поворот входишь. Идеальный для кривой трассы аппарат. Правда, сила нужна порядочная, но Грибу не привыкать, закинулся чем-то и поехал. Короче, два у него недостатка – задняя шина узковатая, и начальное прихватывание у тормозов не очень. Зато они мощные, а на треке это главное, когда скорость надо резко сбросить.
По-моему, наш первый заезд многому научил тех ребят, которые гнали сейчас. Никто не вляпался в борт и не вылетел в бухту. Только в самом конце один из гонщиков зацепил соседа колесом, и оба позабавили зрителей, когда кувыркались по резине.
Дзоку тем временем продолжала своё выступление. И у неё нашлись свои поклонники.
– У тебя какие шины, кстати? – озаботился Зид. – «Корса»?
– Наверное, Аоки не сказала. Точно, на них же написано!
– Замени при случае, ты их сильно потрепал. Пока ещё можно ездить, но я бы не советовал.
«Хорошо ему не советовать», – подумал я. Комплекты шин у «хорнета» я менял редко, только уже когда полиция начинала меня тормозить и угрожать штрафом.
– А наши будут ещё участвовать в гонках?
– Одзи,
конечно! Он никогда не пропускает финальный заезд. Только на другой трассе, она на другом конце полигона. Она специально сделана для мощных байков. Сейчас там томагавки соревнуются.Я видел эти четырёхколёсные байки по голику, они такие могучие и крутые, что их счастливые владельцы не желают объединяться в банду. Они все резкие индивидуалы и рассекают по городу в одиночестве, сверкая хромом. Вес у томагавка больше полутонны, длина почти три метра, а ширина метр. И стоит таких денег, что на них можно дом купить. Двигатель 12-цилиндровый, кажется, а скорость чуть ли не семьсот камэ. В общем, зверь. На них только в глуши можно спокойно гонять, а в городе затруднительно – так и подмывает, наверное, полный газ врубить, а нельзя.
– Ничего, если я скатаюсь поглядеть на них? – спросил я, когда Гриб приехал к финишу. Он был третьим, но приехали не двое, а все восемь гонщиков – те, что грохнулись, всё-таки смогли продолжить заезд. Хотя и не так бодро, как вначале.
– Давай, – кивнул Тони. – В полдень начинается пивная эстафета, не опоздай. И не вздумай проголосовать, у камайну уже есть своя партия.
«Камайну! – ошпарило меня. – Он сказал, что я собако-лев! Или ещё нет?»
Я решил поставить байк на прикол и отогнал его в подземный бокс. Запал, обуявший меня во время гонки, помаленьку прошёл, я смог очухаться и заново вспомнил, что где-то на слёте мне должен попасться Шрам. Ожидание встречи с ним меня с самого утра донимало. «Как он, интересно, отыщет меня в такой толпе? – подумал я. – Может, мне самому его поискать?» Смотреть на томагавки я не собирался.
Я прошёл мимо огороженной площадки для мото-пейнтбола. Там под жидкие выкрики десятка зрителей метались байкеры с пистолетами. Над ухом у меня просвистел шарик с краской, и я поспешил спрятаться за рекламным щитом.
Рядом с пейтболистами рубились на пластиковых мечах члены другого клуба. У кого-то был даже боккэн – настоящий деревянный меч, но эти личности берегли своё бесценное оружие и старались не махать им. Кое-кто бился на бамбуковых мечах, опоясанных кожаными ремнями. Глядеть на них было интересно, но палицы мне понравились бы больше.
– Татуировки! – крикнул волосатый отоко у меня на пути. – Недорого, безболезненно!
Он торчал под навесом, и рядом с ним толпился пяток подростков. Один оказался смелым и подверг себя операции роботом. Я пригляделся и увидел, что мастер рисует на сенсорном экране картинку, а дешёвый «фредди» старательно выводит её на спине мальчишки. Парень дрожал от холода, но терпел уколы. Наверное, пожевал какой-нибудь бодрящей химии.
Бродить так в поисках Шрама можно было бесконечно. Пока все развлекались, я таращился на встречных и даже не пил при этом бакусю. Это следовало исправить. Я купил банку пива в автомате и почувствовал себя много лучше. Может, последнюю таблетку экстази проглотить? Задумавшись, я очутился в самом центре политической битвы. Не повезло так не повезло.
В мгновение ока меня облепили агитаторы, падкие на новые лица. Друг друга они уже не надеялись склонить на свою сторону. Одна девчонка в пластиковом коробе упёрлась прямо мне в живот и потому смогла овладеть моим вниманием.
– Голосуйте за партию лифтёров! – крикнула она. Остальные агитаторы, кто в чём, в нетерпении прыгали рядом и ловили момент, чтобы оттеснить ушлую онако. – Мы добьёмся финансирования и наконец построим космический лифт на углеродных нанотрубках! Если вы проголосуете за нас, партия лифтёров оплатит вам половину стоимости билета на Луну! Уникальное предложение!