Одноклассники
Шрифт:
Кто же это такой, черт возьми?!
Безумно обидно, что я стою боком и не могу прочесть по губам, что говорит гость.
Разговор не длится и минуты, непрошенный гость резко встает и уходит. Муж явно не доволен разговором. Резко бьет кулаком по столу и вцепляется левой пятерней себе в волосы, верный признак того, что все весьма хреново у него сейчас.
Мне остается лишь тяжко вздыхать, потому что сегодня опять будет очень жесткий секс.
Гараев опять выместит на мне все свое недовольство жизнью. Чтоб его!
Эхх! Мне бы только
С Вадимом договориться не получится, значит нужно чем-то прижать свёкра. Знать бы только чем.
Паршивец ведет свои дела очень аккуратно. И вообще, при женщинах, о делах они не говорят. Даже подслушать не выходит.
Телефон дзынькнул оповещая о пришедшем сообщение и у меня аж руки затряслись, как увидела, что сообщение с номера Игоря.
— Как ты? Он в бешенстве? Потерпи еще сегодня и завтра, родная. Веди себя, как всегда, ничем не выдавай себя. После завтра, в два, жду на рынке, у шашлычной.
Я лишь раздраженно фыркнула!
Как у него все блядь просто! Аж бесит!
— Эта шашлычная уже давно принадлежит моему свекру, идиот! Мне прежде всего нужно восстановиться в родительских правах, если сможешь помочь с этим, буду весьма признательна. Если нет — не пиши мне больше.
Секунды, в которые ждала ответ от Игоря, показались мне вечностью! Боже! Пусть он что-нибудь придумает! Пусть он мне поможет! Ну пожалуйста! Ведь если не он и не ты, Боже, то больше просто некому!
Ну нету больше сил терпеть! Ну правда! Нету, ни капельки больше!
Я просто прожигала телефон взглядом, пока в чате сообщений наконец не высветилось:
— Ты же юрист, Ариш! Ты сама прекрасно знаешь, как это делается. Подавай апелляцию, делай опровержение, того, что ты дееспособна и социально не опасна. Но также, ты прекрасно знаешь, что в этом городе, Гараевы тебе этого не позволят. Так что, просто забирай Надюшку и бежим.
Глава 16
От разочарования, я едва телефоном в стену не запустила.
Это ж надо было до такого додуматься юристу! Мать моя, ты ж женщина!
Так надеялась на помощь, на адекватный совет, а мне предлагают бред собачий!
И кто? Юрист высшей категории!
Боже!! дай мне сил все это выдержать!
— И нас с тобой тут же объявят в федеральный розыск за похищение ребенка! Как итог — тебя в тюрьму, меня в психушку! И потом — куда это ты собрался от больной дочери и жены, что в отчаянье?? Не смей писать больше. Всего доброго!
Судорожно принялась удалять сообщения, попутно вытирая со щек слезы и тут сзади оказался Вадим.
— Отойди, — сказал, а я чуть не подпрыгнула.
К счастью, муж торопился в туалет и скорее всего, не заглядывал в телефон.
А у меня, резко закружилась голова.
Боже! Что за ужасный человек этот Смирнов! Сначала прогнал меня, в тот момент, когда был нужен мне больше всего на свете. Теперь готов бросить умирающую дочь и жену, что в тяжелейшем психологическом
стрессе.И если в нашей ситуации, я несмотря ни на что, старалась больше винить себя, все же, то вот этому его поступку, точно никакого оправдания, нет!
Боже! Ну как я могла так ошибаться в человеке?! Как??
Слезы брызнули из глаз, словно сок из раздавленной виноградины.
Я так скучала по нему! Так скучала! Когда он нес меня на руках в свою квартиру, я с наслаждением вдыхала его такой знакомый, такой родной запах и где-то в глубине души, мне очень хотелось, чтобы Игорь действительно больше никогда-никогда меня не отпускал и никогда больше не позволил Вадиму ко мне прикасаться. Искренне раскаялся и защитил ото всего на свете. Но выходит то, что он еще хуже Вадима!
Вадим искренне заботится и о чужом ребенке, а этот, и своего умирающего бросить готов!
Ноги стали ватными, руки онемели, сердце сжалось тупой болью так, что тяжело стало дышать, и я почувствовала, как медленно съезжаю по стене.
— Что такое? Что? Опять плохо? — засуетился вышедший из уборной Вадим. — Дыши. Спокойно. Просто дыши, хорошая, — муж принялся рыться в моей сумочке в поисках ингалятора.
— Он не нужен. Это сердце сбоит что-то, — проговорила сквозь невыносимую тяжесть внутри.
— Сейчас. Подожди. Сейчас.
Муж подхватил меня на руки и вынес в главный холл. Там стал кричать, чтоб мне дали воды и нет ли у кого капель для сердца.
К счастью, нашлась и вода, и капли, и даже давление мне какая-то сердобольная бабулька измерила.
— Убью его! Убью! — шипел муж, держа меня за руку, пока ждали, когда отпустит.
— Кого? — спросила, словно не понимаю.
— Да, это я так. Не обращай внимания, — муж поднес мои руки к своим губам, принялся целовать, дышать на них и растирать. Таким испуганным, я видела его в последний раз, только в больнице после свадьбы.
Даже и не думал, что ты можешь быть такой жестокой, Ариш, — такими были его первые слова после того, как я пришла в себя. И смотрел на меня муж с укором и разочарованием.
А я и сама от себя не ожидала подобного! Но как только представила, что он сейчас ко мне снова будет прикасаться, уже на правах законного мужа, разум затопило ужасом, с которым я не смогла справиться. Забыла обо всем, даже о двухмесячном малыше, внутри меня. До сих пор не могу себе это простить!
— Как ты? Легче стало? Можно ехать?
Я мотнула головой, выныривая из тяжелых воспоминаний.
— Да, можно. Поехали.
Но поехали мы не домой. Еще долго просто катались по городу, поворачивая на самые дальние улочки. Было заметно, что муж находится в весьма нервном состоянии.
— Что происходит, Вадим? Почему мы катаемся по городу? За нами следят? Кто были те люди? Какие у тебя с ними дела?
— Слишком много вопросов, Ариш! — ответил раздраженно. — Расслабься. Все в порядке.
— Нет! Не в порядке! По тебе это прекрасно видно! Я имею право знать, во что ты вляпался!