Одна ночь в Санта-Монике
Шрифт:
— Халат пришелся в пору?
Я немного растерянно киваю, а он обхватывает мое лицо двумя руками и целует. Задерживаю дыхание от неожиданности. Это не легкий поцелуй в стиле «Доброе утро, детка», это поцелуй «Я трахну тебя прямо здесь». И наверное так и было бы, но Аарон вовремя останавливается и оглядывает меня.
— Это Оуэн сегодня за покупками ходил, подумал, что тебе понадобятся некоторые вещи.
Улыбаюсь и благодарю их, мой голос на вдруг стал таким робким. Что за бесхребетная натура, стоит проявить кому-то заботу, и я превращаюсь в тряпку. Оливия, соберись!
— Я думала вы делаете для всех девушек, с которыми спите, — решаю, что съязвить — это лучший вариант сейчас, но выходит неудачно. Аарон и Оуэн будто сговорившись одновременно ухмыляются и игнорируют мои слова.
— Ты,
— Мы заказали еду, не знали, что ты любишь, — Оуэн уже накрывает на стол, расставляя упакованную еду.
— Оливия, разогей пожалуйста, а я приготовлю кофе, — командует Аарон.
Пока мы все заняты делом, никто не говорит, от этого напряжение растет и достигает пика, когда мы садимся за стол. Я хочу сбежать прямо сейчас, но это было бы невежливо.
— Какие у тебя планы на сегодня? Как ты обычно проводишь выходные? — спрашивает Аарон.
— Обычно я сплю.
— Это мы заметили, — смеется Оуэн, я смеюсь в ответ, и воздух между нами теплеет.
— Мои выходные в последнее время скучные, я провожу время за домашними делами, потом иногда выбираюсь в бар или смотрю сериал, накупив закусок и вина.
— Вино и сериал, звучит заманчиво, — произносит Аарон будто тост или приглашение, а я немедленно в голове сортирую лучшие варианты, чтобы покинуть их дом. Эти неловкое общение довело меня до того, что я решаю поблагодарить за все и уйти. На расстоянии думается лучше, а мне нужно обдумать до того, как все станет сложно. Проклятый халат оказался не просто халатом. До того, как я успеваю, что-то произнести, Оуэн касается моей руки:
— Останься хотя бы до вечера.
Он что читает мои мысли? Ах, да они же частные детективы, поэтому умеют считывать людей. В голове так и не появилось ни одного дельного варианта, чтобы откланяться. Мысленно я покушалась на бабушку, потому что фраза «Моей бабуле плохо» звучит проще всего и почти правда. Но в конечном счете, усмирив легкую панику, я вспоминаю, что еще буквально полчаса назад хотела задержаться Непостоянная женская натура во всей своей красе.
— Ок, — соглашаюсь я без лишних слов о бабуле.
После завтрака я переодеваюсь, и мы выходим на побережье. Коттеджи тянутся вдоль пляжа, здесь частная земля, поэтому берег практический пустой, только вдали кто-то играет с собакой. Волны набегают на бархатистый мягкий песок. Ветер с океана несет прохладу, но солнце жгучее. Меня тянет в воду, если бы у меня был купальник, я не раздумывая окунулась. Я переехала из Ланкастера сразу после школы, в Лос-Анджелесе жила в разных районах, но когда брат купил дом в Санта-Монике, я стала чаще бывать здесь и просто влюбилась в этот район. Кажется, будто это другой город, не такой шумный, домашний, спокойный и размеренный. За лучшими вечеринками нужно ехать в Голливуд, там кипит настоящая ночная жизнь, а здесь в Санта-Монике тихие пляжи, спокойные улочки, много серферове и лучшие волны, поэтому здесь так много школ серфинга и практически каждый житель хотя бы раз, но стоял на доске. Я так и не решилась заняться серфингом, но воду я люблю, необъятный океан делает все проще. Когда ты видишь как снова и снова огромные волны накатывают на берег, разбиваются о скалы, пенятся и шумят, все твои проблемы меркнут перед вечным океаном. Время, которое отмерено мне и этому океану несравнимо, тогда зачем все усложнять.
Я мочу ноги в воде, брызги попадают на футболку. Сзади подходит Оуэн, я оборачиваюсь.
— Я знаю, что надо сделать, чтобы ты осталась, — он кладет руки на талию и толкает назад, мне приходится отступать. Вижу, как вода уходит из под ног и ступни тонут во мокром зыбком песке, а я тону в зеленых глазах Оуэна.
Под властью взгляда я делаю несколько больших шагов назад и до того, как волна настигает нас, он целует меня. Вода с силой бьет в спину и подталкивает в объятья Оуэна, а он будто этого и ждет, притягивает к себе теснее. Вода отступает, и я могу сделать вдох. Одежда липнет к телу, волосы спутались, я пахну солью и ветром и совершенно ошарашена. Вода снова уходит, чтобы накинуться на нас снова. Оуэн продолжает прижимать меня к себе, делает еще шаг навстречу океану. На этот раз волна сильнее, она накрывает нас с головой. Он целуем меня еще раз. И это окончательно растапливает мое сердце, ноги подгибаются, я держусь за плечи Оуэна. Он убирает волосы с лица и берет меня за руку.— Бежим, — он вытягивает меня на берег, волны пытаются снова проглотить нас, мы смеемся. Аарон сидит на берегу и с улыбкой наблюдает за нами. Когда мы подходим ближе, он протягивает руку и зовет к себе.
— Я же мокрая.
— Плевать, — он берет меня за руку, и я оказываюсь в его объятьях. Довольно странные ощущения, но они никак не могут оформиться во что-то единое, чтобы это можно было назвать, классифицировать и понять. Это просто смесь разных чувств. Будто кто-то взболтал коктейль из эмоций. Аарон обнимает меня крепче, я смотрю на волны, облокотившись на него. Оуэн беззаботно лежит на песке. И время будто остановилось.
— Когда твой следующий выходной? — спрашивает Аарон.
— Через четыре дня.
— Если мы будем в городе, то заберем тебя прямо с работы, — он целует в плечо, и киваю в ответ. — Я бы тебя вообще никуда не отпускал, но у нас тоже работа.
Решаю, что это идеальный момент, чтобы узнать поподробнее, чем они занимаются. Аарон легко рассказывает обо всем и отвечает на все вопросы. Три года назад они стали частными детективами в компании, которая определила их на западное побережье. Они поселились в Санта-Монике и выполняют заказы в близлежащих городах, иногда сотрудничают с полицией, если дело приобретает серьезный оборот.
— Чаще всего мы просто следим за неверными женами или мужьями, иногда нас нанимают, чтобы найти пропавшего родственника. Это самые распространенные заказы, порой случаются форс-мажоры, но работа не хитрая и платят хорошо.
— А до этого чем занимались?
— Было много всего, — он ухмыляется.
Видимо эта часть истории будет раскрыта позже, решаю не настаивать, но еще один вопрос я просто обязана задать, даже если они не дадут ответа:
— А давно вы практикуете такой тип отношений?
Большая волна обрушивается на землю и медленно сползает назад, мягкой белой пеной. На солнце волосы быстро высыхают, и несколько локонов разлетаются на ветру. Я буквально чувствую, как тяжело вздохнул Аарон. Оуэн перекатился на бок и подложив под голову руку, смотрит на меня и произносит:
— У нас было три девушки.
В этот момент Аарон поднимает руку и машет, будто хочет сам рассказать все. Оуэн не против, снова ложится на спину и смотрит на небо.
— Первые отношения я не беру в расчет, но Оуэн считает иначе. Мы были вместе всего месяц, тогда еще не совсем понимали, кто мы и чего хотим. Для девушки мы были экзотикой, она хорошо проводила с нами время, но чувств у нее не было… В отличие от… — видимо он хочет сказать «в отличие от Оуэна», но запинается, и говорит «в отличие от нас». — В любом случае все быстро закончилось. Позже начались наши самые долгие отношения, мы жили вместе. Частными детективами мы еще не были, работали в барах, гоняли на байке. Это было время вечеринок, алкоголя и даже наркотиков. Все закончилось бы в любом случае, потому что мы не были готовы к отношениям, а еще девушка стала манипулировать нами, настраивать друг против друга. Она просто выбрала одно из нас и хотела обычных отношений. Стоило быстрее порвать с ней, — с горьким сожалением в голосе говорит Аарон, и Оуэн как-то зло ухмыляется. Они молчат некоторое время, думаю, было еще что-то, что они могли бы рассказать о ней, но и эта часть истории осталась в тайне. — Третью девушку мы нашли два года назад, когда уже стали детективами, завязали с наркотой, жили в таком же милом доме. И все было относительно хорошо, но она не выдержала давления со стороны семьи. Не все принимают такие отношения.