Одиннадцатый легион
Шрифт:
– Ты будешь смеяться, но именно этот вопрос мне чаще всего задают в последнее время.
Они были почти снаружи, впереди уже виднелся выход, и слабые лучи восходящего солнца начали слепить их привыкшие к темноте глаза.
– Может быть, лучше вытащить Гаврия сюда? – спросил озабоченный судьбой раненого товарища Дарк.
– Да ты что? Здесь же лес, зверья полно, а он в ближайшие дни, как бревно, проваляется. Там безопаснее.
– А вампиры?
– Их больше нет, на призыв хозяина сбегаются обычно все. Думаешь, как я узнал, где их логово. Услышал призыв да за ними пошел.
– Но как?.. Неужели ты тоже?
Они смотрели друг на друга. Дарк с испугом в глазах, а Фламер с непониманием.
– Ты, ты подумал… я тоже… вампир? – выдавливал из себя слова Фламер в кратких перерывах истерики. – Нет, друг мой, ты можешь не опасаться… Но почему я могу слышать их призывы, расскажу позже. Мы же договорились, сначала перекусим, выспимся, а там уж и все остальное.
– Как знаешь, но если честно, мне многое непонятно… и пугает.
– А жизнь вообще такая странная штука: сначала мучаешься, чтобы понять, что происходит, а потом вспоминаешь, как счастлив был, когда ничего не понимал. Не думай много – вредно! Вот лучше скажи, у вас там, на стоянке перед пещерой, пожрать что-нибудь есть?
– Бобы, вяленое мясо, сыр, хлеб, может, еще что найдется…
Старик заметно повеселел, в его хитрых голубых глазах, как это бывает у всякого заядлого обжоры, заиграли искорки предвкушения.
– Вот это да, вот это я понимаю! А может, еще и женщина имеется?! – остроумно, как ему показалось, пошутил Фламер.
– В общем-то да, у дерева привязана…
– Так чего ты здесь застрял, пошли быстрее! Вот что значит жить умеючи: порубились, а потом погуляли!
– Ильза, пленная амазонка… – прервал Дарк воодушевленную тираду спутника.
Лицо солдата сразу осунулось, как прокисшее молоко в крынке, а горевшие в глазах искры потухли.
– Трудный случай, – наконец-то выдавил из себя Фламер. – Никогда не шути так со стариками. Сердечко, знаешь ли, уже не то, может и не выдержать такого сурового разочарования. Надо было сказать прямо – существо среднего пола, считающее себя женщиной, курица с петушиным гребнем, гермафродит, абстрактное нечто, жалкое подобие …
– Стой, стой, ну хватит. За что их так?
– Доживи до моих седин, сам узнаешь… Ладно, хорошо еще, что провиант настоящий. Где тут твои запасы?
– Мы уже пришли, только вот на пригорок подняться.
Как ни странно, но все оказалось на месте: провизия в походных мешках, и Ильза – привязанная у дерева. Девушка спала, низко опустив голову, длинные волосы с золотыми кудряшками прикрывали лицо и часть рельефной груди.
– А ничего, хороша феминка… – прочавкал жующий мясо Фламер, откинув в сторону меч и устраиваясь поудобнее на траве возле мешков. – Что делать-то с ней будешь?
– Отпущу, наверное, она не мне, а попутчикам нужна была. У меня против нее зла нет, хотя… – Дарк ненадолго призадумался, вспоминая слова Ильзы на Совете и их последующий разговор. – Нет, пожалуй, действительно нет. Вот сейчас встану и сразу же развяжу, пускай катится к… своим!
– Погодь, дай лучше я, а то она как гавкнет, что про кобелей думает, так сразу сознание потеряешь… – вновь оседлал своего излюбленного конька Фламер.
Неторопливо прожевав мясо и тщательно обтерев руки о штанину, он поднялся на ноги и побрел к пленнице. Подойдя вплотную, уже было начал развязывать тугие веревки, как вдруг что-то насторожило старика. Ильза была слишком безропотна и неподвижна даже для связанной. Бережно подняв рукой повисшую голову амазонки, Фламер откинул назад пряди ее длинных волос. Улыбка моментально слетела с лица солдата.
– Дарк, девчонка мертва! – разорвал тишину его холодный бесстрастный голос. – Похоже, кто-то из пролетающих «на призыв» тварей решил ненадолго задержаться и перекусить.
Фламер слегка наклонил
голову девушки, и Дарк увидел отпечатки укусов на ее нежной шее. Когда сняли веревки, тело безжизненно повалилось на землю.Еще одна бессмысленная, глупая, никому не нужная смерть. Сначала Зулик, потом Ильза… Дарк закрыл глаза и всего на минуту представил себя на месте девушки. Он стоял беспомощный, привязанный к дереву, и сердце разрывалось от страха при виде ужасных вампиров. Кругом зловонные пасти с огромными окровавленными клыками, стремящимися вонзиться в его беспомощное, связанное тело…
– Дарк, Дарк, очнись! – разорвал пелену видения знакомый голос. Кто-то настойчиво тряс его за плечи. Открыв глаза, он увидел перед собой озабоченное лицо Фламера.
– Аламез, давай без нервов! Всякое может случиться. Смотри на мир с высоты солдатского седла. Ты ни в чем не виноват, понял?!
– Да, конечно, только слишком много людей умирает вокруг меня, слишком много смертей…
– Как говорил отравитель, подсыпая очередной жертве яд, – попытался развеселить и подбодрить его Фламер. – А если серьезно, то в этом поганом лесу подобное случается постоянно. Здесь каждый день кто-то кого-то где-то и чем-то убивает. И самое интересное, что такая веселуха лет уж сто, говорят, идет, а народищу от этого меньше не становится, скорее наоборот.
– Считай, твоя терапия помогла, что теперь делать-то? – как будто пришел в себя Дарк.
– Ну, опять ты с этим поганым вопросом пристал. А я почем знаю? Вылью девке остатки зелья из флакона в рот, да вниз оттащим к твоему приятелю. Из двоих кто-нибудь да оклемается, а может, и обоим сфартит.
Решение проблемы было простым, однако совершенно неприемлемым. Гаврий еще дышал, получив свою порцию чудодейственного эликсира, а тело Ильзы жизнь уже покинула, и подобная мера вряд ли помогла бы. Однако, даже если предположить, что повезет обоим, то как сложится ситуация, окажись они вместе? Стал бы очнувшийся первым Гаврий утруждать себя и тащить наполовину безжизненное тело Ильзы в Кодвус? И как повела бы себя амазонка на его месте? Скорее всего, вонзила бы нож в беспомощное тело врага и побежала бы обратно в лагерь к своим. Почему-то ни того, ни иного варианта развития ситуации Дарку не хотелось. Оставалось только одно…
– Ты прав, давай попробуем эликсир, но вниз Ильзу не понесем, мы возьмем ее с собой, в Кодвус.
Фламер удивленно уставился на товарища. Казалось, он был готов услышать все что угодно, но только не это. Дарк заметил, как изменилось выражение его глаз: удивление плавно переросло в страх за психическое состояние друга.
– Слушай, Аламез! – Так всегда называл его Фламер во время размолвок или ожесточенных ссор, которые порою были близки, но по удачному стечению обстоятельств так никогда и не перерастали в драки. – Я, конечно, понимаю, может, у тебя с этой девахой что и было, и впечатления от этого до сих пор согревают твое израненное сердце, но пойми – сейчас она труп! И кто знает, подействует на нее зелье али нет? Может быть, она через сутки начнет вонять и разлагаться, сколько ты ее на своем горбу таскать собираешься? Я не труслив, но брезглив.
– Идея, может быть, и не ахти, – произнес как никогда в жизни твердо и однозначно Дарк, – но ты правильно сказал – идея моя, а значит, и нести тело мне. Если начнется разложение, то тут же закопаем. А сейчас давай, лей свое зелье!
Небрежно и как бы нехотя опрокинув содержимое флакона в податливый рот амазонки, Фламер отошел в сторону и укоризненно покачал головой.
– Хорошо, сделаем по-твоему, – проскрипел сквозь зубы старый ворчун, – но только будь добр, держись от меня с этой тухлятиной подальше. Раздавить пару вампиров – это одно, а нюхать трупный смрад – немного другое… не приучен.