Чтение онлайн

Жрец злобно посмотрел на генерала и демонстративно стал поправлять мантию, рукав которой только что чуть не оторвали.

— Господа, не ссорьтесь! — Король сурово взглянул на людей и все притихли. — Жители Либби благодарны кланам за своевременную помощь, а племяннику мы с женой обязаны жизнью всей нашей семьи, и если он говорит, что видел Че, то я не сомневаюсь, что так оно и было.

— Ваше величество, это невероятно! — Жрец уже не мог молчать. — Одно дело неимоверно одаренный маг, его смешанная кровь вполне допускает владение несколькими силами, и совсем другое — встречи с богами.

Человек повернулся к юноше и спросил.

— Что надо было

сделать, чтобы Че обратил на тебя внимание? В тысячах храмов по всем людским землям сотни лет усердно молились прихожане и жрецы, а бог снизошел к какому-то мальчишке, который даже не понимает своего счастья!

— Родиться.

Эчеррин оглядел сидящих в кабинете людей и очень серьезно произнес.

— Не всегда внимание богов приносит радость, можете мне поверить. Дядя, вам ли не знать, что большие возможности требуют еще большей ответственности, а я слишком молод для такой ноши.

Между тем, поверив заявлению орков, жрец о чем-то напряженно размышлял. Придя к определенным выводам, он сказал.

— Получается, Эльчеор, что ты теперь не только маг с великолепными способностями, но и персона, к которой прислушиваются боги?

— Почему сразу "прислушиваются"?

Торрин с легкой улыбкой наблюдал, как внук застеснялся и даже покраснел.

— Они просто обратили внимание на меня, один раз и совершенно случайно. Так что не думаю, что Че будет откликаться на мои призывы и просьбы.

— Все равно.

У жреца от осознания возможных перспектив использования королевского племянника стали заметно подрагивать кончики пальцев, как будто он примерялся к власти "божьего избранника".

— Ах, если бы летом в Либерию приехал ты, а не твой никчемный братец, то до мятежа дело бы не дошло!

— Успокойся! — Торрин понимал причины такого поведения человека, но не собирался давать ему возможность влияния на внука. — Эчеррин, прежде всего орк, а его родственные связи с либерийским королевским домом одно из старых обязательств, не более того.

— Никто и не оспаривает положение вашего внука.

Король постарался сгладить ситуацию.

— Уважаемый Торрин, не могли бы мы через вас провести переговоры с кланами?

— Арчиб, я понимаю ваше положение, но кланы никогда не пойдут на территориальные уступки, об этом не может быть и речи.

Король поморщился от такой прямолинейности орка, но выбирать не приходилось — без союзника независимость Либерии не сохранить.

— Ну, что вы! Я и не собирался говорить об этом!

Все сделали вид, что поверили Арчибу — монарху надо было "сохранить лицо".

— В случае нападения на Либерию некоей третьей стороны, можем ли мы рассчитывать на военную помощь кланов?

Никто из присутствующих не сомневался в том, кто из соседних стран станет этой "третьей стороной".

Шаман помолчал, потом совершенно неожиданно сказал.

— Анатти, детка, встань, пожалуйста, перед нами.

Девушка изумилась такой просьбе, но потом встала посреди комнаты и вопросительно посмотрела на орка. Торрин сосредоточился, затем ментально попросил внука.

"Эчеррин, посмотри на девочку, с людьми у тебя лучше получается".

Внук сразу же утвердительно кивнул. Шаман с довольным видом произнес.

— Не будем пока беспокоить Совет кланов, у нас есть к вам другое предложение.

Люди замерли, с надеждой слушая орка.

— Мы с внуком предлагаем объединить Брук и Либерию в единое государство. А залогом длительных дружеских отношений станет брак одного из сыновей Эчеррина и вашей, Арчиб, внучки.

Анатти вскрикнула и закрыла лицо

ладонями, Максум встал рядом с ней и обнял, что-то успокоительно шепча.

Королева от неожиданного известия допустила бестактность и спросила.

— Дети, когда же вы успели?

Максум обернулся и укоризненно сказал.

— Ну, мама!

Я стоял на дворцовой площади и смотрел на длинные ряды лежащих на камнях брусчатки тел. Сотни погибших от рук мятежников требовали моего внимания — некоторые тела были так изуродованы или вообще были найдены лишь частично, так что только маг Эль мог определить их родство и выяснить имя. А магов Эль в Либерии официально не осталось, если и скрывались где-то эти приспешники эльфов, то сообщить об этом скорбящим родственникам погибших не потрудились. И теперь все тягостные обязанности достойного погребения и поиск наследников легли на мои плечи — я просто не мог отказать людям в такой малости.

— Эльчеор, ты готов?

Максум стоял рядом со мной, он должен был показать всем вокруг, что монархи поддерживают шамана и утвердят найденных наследников в их правах. А работы было много — около тридцати семейных владений остались без законных хозяев, более десятка титулов нуждались в утверждении на основании ближайшего кровного родства. Проблема была в том, что маги Че прекрасно отслеживали семейные связи, но только в том случае, если якорь (человек, для которого искали связь) был жив. А тут у нас целая площадь покойников — поэтому и понадобились мои услуги. Конечно, орки тоже могли вызвать дух покойного и спросить про бастардов или дальних родичей. Но шаманы предпочитали иметь дело с орочьими духами, да и люди не хотели полагаться в таком важном деле, как наследование титулов и земель, на чужаков. А я свой — почти человек и племянник короля.

Если вчера народ с азартом гонялся за последними выжившими мятежниками и лихо праздновал победу короля, то сегодня наступило горькое похмелье — считали раненых и погибших. Я уже всякого навидался, но искать родственников частей тела было тяжело, так как духи умерших стояли рядом и давили на меня своими криками, требованием и плачем. Пятерка моих орков старалась держаться ко мне как можно ближе, все обвешанные амулетами для защиты от потусторонних сил, но это мало помогало, так как я все время обращался к силе, а это привлекало духов. Дед сказал мне, что придется ставить ловушки для призраков и чистить весь дворец, иначе жить здесь будет просто невозможно.

Вот и стою теперь на площади и веду разговоры на две стороны — с живыми и мертвыми, и все чем-то недовольны и требуют невозможного. Правда, польза нашлась от присутствия душ рядом с телами — уже пару раз они указывали на собственных убийц, ухитрившихся вовремя покинуть дворец и примкнуть к ополчению.

Любопытствующих и скорбящих родственников пришлось выставить за ограду, так как все эти бросания на тело с плачем и завываниями сильно меня отвлекали. А тут еще и комментарии душ, типа "с чего это она так рыдает, если всю жизнь ненавидела?" или "если он женится на своей любовнице, то я вернусь и убью обоих". Души вообще оказались на удивление болтливы и открывали то, что так тщательно скрывали при жизни — кто с кем кому изменял меня не интересовало, а вот некоторые подробности заговора и политических интриг оказались весьма познавательны. Рядом с нами стояли писцы, пара следователей и военных специалистов, которые внимательно выслушивали все, что я повторял за духами умерших и задавали уточняющие вопросы.