Очарованная
Шрифт:
Но вот Лулу уснула у него на руках, и в течение ста двадцати минут — а именно столько длился фильм «Приключения Робин Гуда» — все в окружающем мире было спокойно.
Если бы за умение держать себя в руках раздавали награды, его сверхчеловеческие усилия сделали бы его счастливым обладателем парочки таких медалей — одной за то, что отнес Лулу в комнату для гостей, а не в свою собственную постель, а второй — за пережитое неудобство от упорно державшейся эрекции. Мастурбировать не годится. Объект его вожделения спал на втором этаже, прямо над ним. Холодный душ Мерфи уже испробовал,
Черт побери! Объект вожделения спускался по лестнице. Вот дьявол!
— Колин?
От звука ее подрагивавшего голоса сердце Мерфи затрепетало.
— Я здесь, — отозвался он. Забеспокоившись, что у Лулу опять случился приступ страха, Мерфи откинул одеяло, резко поднялся на постели и потянулся за своими «боксерскими» трусами. — Подождите! Я выйду через… — Он тихо втянул в себя воздух и поднял глаза, — через секунду. — Проклятие! Она стояла на пороге его спальни, в пижамных штанах и безразмерной футболке. А он сидел абсолютно голый.
Свет не горел, но в комнате работал девятнадцатидюймовый телевизор, освещавший его во всей его семидюймовой красе.
Ну вот! А теперь мисс Паинька, как ей бы следовало по всем правилам, должна с визгом выбежать из комнаты. Но Лулу не двигалась с места.
— Мне не спится.
— Мне тоже. — Ну же, остолоп! Надень трусы. Они у тебя в правой руке. Все, что тебе нужно, это наклониться и…
— Наверху слишком тихо, — проговорила Лулу, переминаясь с ноги на ногу, но не сводя с него глаз. — И темно. Я включила свет, но мое воображение…
— Да, чего-чего, а этого добра у вас полно. — Мерфи пришел в себя настолько, что одну ногу наконец продел в трусы.
— Я передумала. Я действительно буду чувствовать себя в большей безопасности, если мы… — Она скользнула взглядом по его смятой постели.
— Будем спать вместе? — Господи! Мерфи рывком натянул на себя трусы, прикрыв свое достоинство. Однако его огромный член выпирал из-под тонкой материи. Пожалуй, сидеть в чем мать родила было даже удобнее.
Лулу посмотрела на телевизор и, заламывая руки, спросила:
— Я не вовремя?
Ее слова позабавили Мерфи, и он чуть не рассмеялся. Но тут он сообразил, что звук у телевизора отключен, а экран со своего места Лулу видеть не может. Она подумала, что он смотрит порно. Прекрасно!
— Смотрю новости, чтобы быть в курсе. — Очнись же ты, Мерфи! Он натянул на себя чистую футболку и взял одну из четырех подушек. — Забирайтесь сюда. Я пристроюсь на полу.
— Я не могу вам этого позволить.
— Пустяки, я спал и в куда более суровых условиях, поверьте.
— Нет, я… правда. Мне неудобно сгонять вас с кровати. Я… — Лулу, взмахнув руками, вздохнула. — Дело вот в чем, несмотря на то что ваш дом находится в двух шагах от цивилизации, в этой сосновой роще я чувствую себя будто в какой-то глухомани. После звонка этого мерзкого типа мне немного не по себе. Завтра, я уверена, все наладится, но сейчас я… — Лулу потянула за край своей футболки, которая доходила ей до бедер. — Я не хочу спать одна. Я знаю, я навязываюсь.
— Ничего подобного. — Мерфи снова забрался в постель, натянул на себя одеяло
и поманил Лулу. Он сможет, он выдержит. Спасаем женщин и детей. Спасаем женщин и детей.Лулу залезла к нему в постель и устроилась рядом, крепко сцепив руки на груди.
— Я давно не спала с мужчиной. То есть в одной постели. То есть…
— Я понимаю, что вы хотите сказать. О Господи!
— Очень мило с вашей стороны. Мерфи закатил глаза.
— А вы и правда смотрите новости.
Взгляд Лулу был устремлен на экран, и Мерфи, медленно повернув голову, глянул на нее. Со спутанными волосами, с чистым, без косметики, лицом, она своим видом являла удивительное сочетание целомудрия и порока. Мерфи страстно хотелось поцеловать ее! Хотелось неторопливого, сочного и глубокого поцелуя. И не только поцелуя, но он не мог себе этого позволить. Ему даже думать об этом запрещалось. Ведь он «приятный человек».
Спасаем женщин и детей. Спасаем женщин и детей.
— Это у вас на воюющих мужчин такая реакция? Мерфи наморщил лоб.
— Что? — И только тут до него дошло, что Лулу заметила его эрекцию. Он посмотрел на экран, с которого не сходили картины боевых действий военных сил США. Глядя на них, ему и впрямь хотелось крикнуть «Ура!» (морской пехотинец навсегда остается морским пехотинцем), но все же военные сцены не какой-то там афродизиак. Мерфи не знал, как быть: сказать ей правду (то есть то, что возбуждает его она) или перевести разговор на другую тему.
— Расскажите мне о «Кошмаре в Страшном городе». Лулу повернула голову к Мерфи.
— Лучше расскажите мне о том, чем вы занимались до того, как стали телохранителем.
Их глаза встретились, и Мерфи, не в силах вымолвить ни слова, застыл, позволяя себе какое-то время наслаждаться теплом ее нежного взгляда.
— Служил в армии. В ЭГМП (ПСО).
— Это расшифровывается как…
— Экспедиционная группа морской пехоты (способная к проведению специальных операций).
— Звучит внушительно. — Мерфи промолчал, и тогда Лулу продолжила: — Что это значит? Что вы там делали?
Перечень был длинный и разнообразный. Мерфи выбрал из него несколько функций, намеренно выпуская такие вещи, как наземные операции устрашения и освобождение заложников.
— Поддержание мира, оказание помощи при бедствиях. Операции по обеспечению безопасности.
— Звучит благородно. — Лулу снова перевела взгляд на экран. — Вам приходилось стрелять из своего пистолета?
— Приходилось.
— И?..
Мерфи мысленно отступил на десять шагов назад. Соблюдение дистанции — необходимое условие. Соблюдение дистанции равносильно выживанию.
— Вы же не хотите знать подробности.
— То есть вы не хотите об этом говорить. — На телеэкране крупным планом показали кровавое месиво после взрыва бомбы, заложенной на обочине шоссе, и Лулу поморщилась.
Мерфи взял пульт управления и принялся переключать каналы в поисках какой-нибудь легкой комедии.
— Расскажите мне о «Кошмаре в Страшном городе». Что это за эстафета с глазными яблоками?
Лулу повернулась к нему лицом, подложив руки под щеку, и расцвела в улыбке.
— Это правда здорово.