Чтение онлайн

— Добрый вечер, ваше королевское высочество.

Роб с улыбкой покосился на Джейми — его нисколько не удивила почтительность в голосе дяди. Притихший Джейми во все глаза смотрел на Давину, гнев его разом улетучился. Роб вздохнул — он заранее знал, что так будет. Ни один мужчина не мог устоять перед красотой Давины. Нельзя сказать, чтобы Робу это нравилось, но… Ничего не поделаешь — ему придется с этим жить.

Когда он снова поднял на нее глаза, Давина уже не улыбалась.

Господи, спаси и помилуй… он им рассказал! Все уже

знают, кто она такая! Давина почувствовала, как у нее подогнулись ноги. Испуганный взгляд ее остановился на лице мужчины, приветствовавшего ее так, как еще никто до него не осмеливался сделать. Больше всего ей хотелось повернуться и бежать куда глаза глядят. Может, лучше всего отсидеться у себя в комнате? Поздно, в отчаянии подумала она. Это родные Роба. Его семья. Если он доверяет им настолько, чтобы рассказать, кто она, значит, она должна верить, что никто из этих людей не предаст ее. Только сейчас она поняла, что почувствовала, увидев, как все сидевшие за столом разом поднялись при ее появлении. Не страх, нет — просто реальность неожиданно обрушилась на нее во всей своей жестокой прямоте.

Да, она — леди Давина Стюарт, принцесса королевской крови, наследница трех королевств. Она может сбежать, может прятаться, а может остаться навсегда среди этих гор — все равно она до конца своих дней останется тем, кто она есть. Тут ли, на Скае, или в английском замке — теперь ее всегда будут окружать фальшь и лицемерно почтительные улыбки.

Нет! Роб не такой! Сердце Давины дрогнуло, когда он направился к ней, улыбаясь такой знакомой улыбкой. Он смотрел на нее жадным взглядом.

Подойдя к ней, Роб взял ее за руку.

— Пойдем, — хрипло пробормотал он, и Давина догадалась, что Роб взволнован ничуть не меньше ее. — Хочу, чтобы ты познакомилась с моими родственниками до того, как они от восхищения перед твоей красотой падут ниц.

Давина молча последовала за ним. Роб подвел ее к столу — его дядя с теткой и остальные, по-прежнему стоя, разглядывали ее.

Ей с первого взгляда понравился Джейми Грант. И дело было даже не в простодушной улыбке, которой он приветствовал ее. И не в тревоге, которая мелькнула в его глазах и которую он отчаянно старался скрыть. Нет, она заметила, какой любовью сияют его глаза, когда он разговаривает с женой.

— Как там Коннор? — спросил он у Роба, пока Мэгги хлопотала возле Давины, наливая ей суп и подкладывая на тарелку горячие ячменные лепешки.

— Отлично, — коротко ответил Роб. Откусив огромный кусок от краюхи хлеба, он поднес к губам кружку с элем и сделал большой глоток. — Но, боюсь, он выказал себя не таким храбрецом, как надеялись вы с Грэмом.

— Вот как? А почему ты так считаешь?

— Из-за Майри, — буркнул Роб, отломив внушительный кусок жареного кролика и вгрызаясь в него зубами. — Он едва не намочил штаны, когда я сказал, что она в Англии.

Сделав вид, что не заметил оскорбленного взгляда Финна, Уилл оглушительно захохотал.

— Страх тут ни при чем, парень, — ничуть не обидевшись, возразил Джейми. — Это просто здравый смысл. Даже мудрость, если хочешь знать.

Роб, подумав немного, кивнул и молча вернулся к еде. Давина из-под ресниц незаметно наблюдала за ним. Если сравнивать с Эдвардом и другими мужчинами, которые окружали ее в аббатстве Святого Христофора, то Роб ел, словно изголодавшийся за долгую

зимнюю спячку медведь. Впрочем, ей даже нравилось, с каким удовольствием он наслаждается едой.

— Капитан Эшер, — обратился к Эдварду Джейми, как радушный хозяин дома, который старается поддержать непринужденную беседу за столом. — А вы знаете, что Коннор Грант и юный Финли, с которым вы уже успели познакомиться, — племянники верховного адмирала?

— Нет, я этого не знал, — покачал головой Эдвард, поднося кружку к губам. Сделав глоток, он откинулся на спинку стула. — Ну и крепкое же! — поежившись, хрипло пробормотал он.

Броди, отец Уилла, смерил его презрительным взглядом.

— Англичанин, — вполголоса проворчал он.

— Значит, вы его знаете? — поинтересовался Джейми.

— Кого?

Эдвард, прикрыв рот рукой, слегка откашлялся.

— Коннора Стюарта.

— Видел его как-то раз, недолго. Но я не потерял надежды, что когда-нибудь буду иметь удовольствие познакомиться с ним.

— Ну, насчет удовольствия вы явно поторопились, — потянувшись за хлебом, хмыкнул Уилл. — Держу пари, вам он понравится куда меньше, чем его племянник и тезка. Адмирал Стюарт весьма вспыльчив и к тому же скор на расправу. Он может, не задумываясь, вздернуть человека на основе одних лишь подозрений.

— По-моему, я никогда его не видел, — обращаясь к Эдварду, прошептал Финн.

Остальные мужчины, обменявшись многозначительными взглядами, пришли к единодушному мнению, что Коннор Стюарт — настоящий ублюдок.

Роб, вскинув брови, метнул на Финна удивленный взгляд.

— Роб… — мягко сказала Мэгги, окинув племянника взглядом, в котором читалось такое откровенное обожание, что Давина даже ощутила легкий укол ревности, — кролик достаточно мягкий?

Ложка Роба замерла на полпути ко рту.

— Да, тетушка, — виновато покосившись на Мэгги, пробормотал он.

— Вот и хорошо, дорогой, — медовым голосом продолжала она. — Надеюсь, твое одобрение стало бы большим утешением для матушки этого кролика… если бы она как раз сейчас не жарилась вместе с остальным своим выводком.

Уилл, хрюкнув, уткнулся носом в миску. Броди незаметно ткнул сына локтем под ребра. Роб, с неудовольствием оглядев содержимое ложки, швырнул ее на стол и резко отодвинул тарелку. Мэгги, одарив племянника улыбкой, повернулась к мужу.

— Боюсь, что очень скоро тебе представится случай доказать, что у тебя не меньше здравого смысла, чем у твоего племянника. Точнее, мудрости, — выразительно сдвинув брови, проговорила она.

— Мудрость тут ни при чем, любовь моя, — вздохнул Джейми. — В данном случае речь идет о страхе.

Вскоре разговор перешел в другое, более спокойное русло. Давина с наслаждением купалась в царившей вокруг атмосфере любви. И откровенно любовалась Робом. Он с удовольствием хохотал, слушая рассказ Джейми о том, как подсвинок вырвался из силков и, увлекшись, с такой силой хлопнул Броди по заду, что Давина даже ойкнула — от такого удара любой был бы вынужден спать стоя по меньшей мере две ночи подряд. Тост следовал за тостом. Мужчины, толкая друг друга локтями, пили за гибель ненавистных Фергюссонов и за окончательный разгром Макферсонов. Только когда ужин подошел к концу и часть собравшихся уединилась в дальней комнате, разговор вернулся к королю и его дочери.