Объявлено убийство
Шрифт:
“Вот значит как”, — подумал Креддок.
Тем не менее он чувствовал, что съездил не напрасно. Мифические близнецы Пип и Эмма оказались вполне реальными людьми.
“Итак, — рассуждал Креддок. — Есть брат с сестрой, воспитывавшиеся где-то в Европе. Когда Соня выходила замуж, она была богата, но с тех пор деньги в Европе сильно обесценились. К тому же мы имеем дело с сыном и дочерью человека, за которым числились какие-то прегрешения. А что, если эти близнецы приехали в Англию нищими или почти нищими? Что им тогда делать? Естественно, разузнать про богатых родственников. Дядя, владевший огромным состоянием, умер. Перво-наперво
Креддок призадумался. “Нет, в Шотландию они не поедут. Скорее, выяснят, где живет сейчас Летиция Блеклок, и отправятся туда. Но выдадут себя за других… А как они поедут: поодиночке или вместе? Эмма.., хотел бы я знать… Пип и Эмма… Голову даю на отсечение, что или Пип или Эмма, а может, и тот, и другая находятся сейчас в Чиппинг-Клеорне”, — сказал себе Креддок.
Глава 15
Дивная смерть
На кухне мисс Блеклок отдавала приказания Мици:
— Надо приготовить сандвичи с сардинами и сандвичи с помидорами. И немного лепешек. Они у тебя получаются просто великолепно. И хотелось бы, чтобы ты испекла свой фирменный торт.
— То есть мы имеем праздник?
— У мисс Баннер день рождения, к чаю придут гости.
— Когда такой старый, уже не устраивают рождение. Лучше забыть о рождении.
— Ну а ей забывать не хочется. Она получит подарки.., и потом.., устроить небольшое торжество очень даже приятно.
— Вы так сказать и тот раз. А что получалось?
Мисс Блеклок с трудом сдержалась.
— Ну, теперь такого не случится.
— Почему вы знать, что случится теперь? Я весь день дрожу от страх, а весь ночь закрою дверь и смотрю даже гардероб, если там кто-то есть.
— Ну, ты таким образом обеспечиваешь свою безопасность, — холодно процедила мисс Блеклок.
— Вы хотите, чтобы я приготовить… — Мици произнесла нечто, прозвучавшее для уха англичанки Блеклок как “Швицебэр”, словно две кошки зашипели друг на друга.
— Вот-вот, он такой вкусный!
— Вкусный. Да. Но у меня ничего нет для этот торт. Я не могу приготовлять его. Мне нужен шоколад, и много масла, и сахар, и изюм.
— Возьми баночку масла, которое нам прислали из Америки. И немного изюма, припрятанного для Рождества. А вот тебе плитка шоколада и фунт сахару.
Лицо Мици расплылось в улыбке.
— Хорошо, я приготовлю вкусный торт, очень вкусный! — в экстазе воскликнула она. — Он будет во рту растопляться. А наверх я положу глазурь, шоколадный!.. У меня он отлично получаться, и напишу: “С лучший пожелания”. Этот англичане со свой торты, они как песок, они никогда не кушают торт как мой. Дивный, скажут они, дивный…
Ее лицо опять помрачнело.
— Ах, этот мистер Патрик! Он называл его “Дивная смерть”. Мой торт! Я не хочу, чтобы так называть мой торт!
— Но это был комплимент, — сказала мисс Блеклок. — Он имел в виду, что ради твоего торта стоит умереть. Мици взглянула на нее с
сомнением.— Знаете, мне не нравится, когда говорят “смерть”. Они не будут умирать потому, что есть мой торт, а, наоборот, будут лучше чувствовать…
— Разумеется.
Мисс Блеклок со вздохом облегчения вышла из кухни; беседа завершилась благополучно. А ведь от Мици всего можно было ожидать.
В коридоре она столкнулась с Банни.
— Летти, я пойду покажу Мици, как делать сандвичи.
— Нет. — Мисс Блеклок решительно затолкнула Банни в холл. — Мици сейчас в хорошем настроении, и не надо ее нервировать.
— Но я только покажу ей…
— Пожалуйста, Дора, не надо ей ничего показывать. Выходцы из Центральной Европы не любят, когда ими руководят. Они этого просто терпеть не могут.
Дора неуверенно посмотрела на нее. Потом лучезарно улыбнулась.
— Только что звонил Эдмунд Светтенхэм. Пожелал мне всяческих благ. Сказал, что принесет в подарок горшочек меда. Правда, мило? Даже не представляю, откуда он узнал про мой день рождения?
— Похоже, это все знают. Да, наверное, ты сама и сказала, Дора.
— Что ты, я просто невзначай обмолвилась, что завтра мне стукнет пятьдесят девять.
— Шестьдесят четыре, — подмигнула ей мисс Блеклок.
— А мисс Хинчклифф сказала: “Непохоже. А как вы думаете, сколько лет мне?” И мне вдруг так стало неловко, ведь мисс Хинчклифф какого-то неопределенного возраста. Она сказала, что по пути занесет нам яиц. Я пожаловалась, что в последнее время наши куры плохо несутся.
— Да, неплохой у нас улов на твой день рождения, — подытожила мисс Блеклок. — Мед, яйца, коробка прекрасных шоколадных конфет в подарок от Джулии…
— Интересно, где она все это достает?
— Лучше не спрашивать. Скорее всего, на черном рынке.
— А еще твоя чудная брошка. — Мисс Баннер гордо посмотрела на свою грудь, на которой красовался маленький листочек с бриллиантиком.
— Нравится? Я рада. А я вот никогда не увлекалась драгоценностями.
— Я в восторге.
— Ну и прекрасно. А теперь пойдем покормим уток.
— Ха! — трагически воскликнул Патрик, когда гости расселись за столом. — Что я вижу? “Дивная смерть!”
— Тес, — шикнула на него мисс Блеклок. — Не дай Бог, Мици услышит. Она сердится, когда ты так называешь ее торт.
— Но это же воистину “Дивная смерть”! Это ведь ваш именинный пирог, Банни?
— Да, — сказала мисс Баннер, — у меня сегодня просто великолепный день рождения.
Ее щеки пылали с того самого момента, когда полковник Истербрук вручил ей маленькую коробочку конфет и с поклоном провозгласил: “Сласти для наисладчайшей!”
Джулия поспешно отвернулась, за что мисс Блеклок послала ей укоризненный взгляд.
Они воздали должное яствам и, откушав на десерт по кусочку “смерти”, поднялись из-за стола.
— Мне как-то не по себе, — сказала Джулия. — А все торт. Помню, в прошлый раз я чувствовала себя так же.
— Но он того стоит, — сказал Патрик.
— Иностранцы действительно знают толк в кондитерских изделиях, — изрекла мисс Хинчклифф. — А вот простого пудинга приготовить не могут.
Все вежливо промолчали, хотя губы Патрика дрогнули, словно он намеревался спросить: кто из присутствующих хотел бы сейчас отведать простого пудинга?