Объятые холодом
Шрифт:
Хлоя бросила на нее испуганный взгляд.
— То же самое он сделал и с вами?
В ответ сестра решительно кивнула.
— Кому?
Рука Уиллоу сжалась в кулак, смяв завещание.
— Тому, кто никогда не получит меня.
— Кто это, Уиллоу? — спросила Лили.
— Тут говорится о лидере оборотней, Альфе Леонисе Килане.
Хлоя ахнула.
— Позволь мне посмотреть. — Отгибая один палец за другим, ей пришлось вырвать смятую в кулаке сестры бумагу, но, в конце концов, девушка получила ее. Хлоя перечитала завещание, широко распахнув глаза от удивления.
—
— Бла, бла, бла. Если он так сильно тебе нравится, сама и забирай его, — сказала Уиллоу.
Хлоя понимала гнев сестры и даже ее сдержанность. Глубоко внутри она чувствовала страх, который заставил бы ее дрожать, если бы не присутствие сестер. Уиллоу была неукротима — бунтарка во всех смыслах этого слова. Хлоя осознавала, что для того, чтобы Альфа оборотней стал парой ее сестры, мужчина должен быть контролирующим доминантом. Кроме того, она не возражала бы быть там, когда это случится. Билеты в первый ряд, пожалуйста!
— Что сказано про тебя, Лили? — Хлоя не только хотела знать, что написано у младшей сестры, но и решила дать некоторую передышку Уиллоу, поскольку та, похоже, собиралась пробить дыру в полу.
Откашлявшись, Лили открыла рот, чтобы заговорить, но вместо этого лишь покраснела. Хлоя толкнула Уиллоу, чем заработала ее свирепый взгляд. Но когда старшая сестра кивнула на Лили, они обе усмехнулись.
— Выкладывай сейчас же, — скомандовала Уиллоу. Как приятно было слышать смех в ее голосе. С тех пор, как умер папа, никто из них не смеялся. А теперь еще это…
Лили подняла документ, прикрыв им рот, и что-то пробормотала.
— Что ты сказала? — спросила Хлоя с усмешкой.
— Говори громче! — сказала Уиллоу, ее губы дрогнули в улыбке.
Лили медленно опустила бумагу, заметно сглотнув.
— Папа распорядился, что на мой 29-й день рождения, я должна быть доставлена к Телалу Дамузи. Он мой Покровитель.
Абсолютная, полная напряжения тишина наполнила комнату.
Хлоя узнала имя. Кто, черт возьми, его не знал? Но попытаться принять такое положение вещей — это уже совершенно другое дело. Уиллоу оправилась первой, оставаясь верной себе.
— Демон! Демон? Папа отдал тебя демону. Это… это сумасшествие. Гребаное безумие в чистом виде. Сначала убийца-Вампир, потом глупый Альфа, а теперь Демон. Я не могу поверить во все это. Он не собирался заставлять меня. Он не собирался заставлять любую из вас. Проклятье, подумайте вот о чем — мы вообще уверены, что это написал папа? Я вот чертовски уверена, что это не тот отец, которого я знала. Это не может быть правдой. — Наконец, устав от своей тирады, девушка рухнула на диван.
Хлоя подвинулась к сестре, обняв ее.
— Бумаги пришли непосредственно от папиного адвоката, Фрэнка. Мы знаем его с детства, и папа доверял ему. Плюс это папин почерк и завещание звучит так, словно отец разговаривает с нами.
— Все официально и правильно оформлено, — согласилась Лили, всхлипывая. Поднявшись, она села
с другой стороны от Уиллоу, и они обняли друг друга.— Кто-нибудь здесь хочет соблюсти условия завещания и сделать так, как хотел папа?
Уиллоу усмехнулась.
— И быть практически проданной какому-то мужчине, которого мы совсем не знаем? Нет, спасибо.
Хлоя поморщилась. Она никогда не могла выражать свои мысли так, как это делала ее близняшка; Уиллоу всегда говорила то, что думает, не боясь какого-то обидеть. Лили просто пожала плечами, взгляд сестры был задумчивым.
Хлоя покачала головой.
— Я знаю, это вероятно то, чего хотел папа, но я не могу просто взять и пойти к какому-то незнакомцу, только потому что отец так распорядился в своем завещании.
Ничего из этого не имело смысла. На протяжении всей истории суккубы были патриархальной расой. Но их отец стремился изменить эту ситуацию. В других семьях их вида было принято, что, если глава семьи — а это всегда мужчина — умирал, то все женщины, бывшие на его попечении, передавались другому мужчине.
Иногда брат становился главой семьи, но в определенных случаях, когда не было живых родственников мужского пола, женщины переходили под покровительство мужчин посредством завещания. Как и поступил папа.
Суккубы называли их Покровителями. Это мужчины, которых они использовали для питания и которым должны были подчиняться во всех отношениях.
Все же, почему отец совершил нечто подобное, после того, как приложил столько усилий, чтобы сделать каждую из своих дочерей сильной, независимой женщиной, свободной от мужчин. Это не имело смысла. И он ожидал, что они будут спать с незнакомцами и рожать от них детей? Это был не тот отец, которого Хлоя знала и любила.
— Почему папа должен был умереть именно сейчас? Почему все это должно было произойти именно тогда, когда до вашего дня рождения осталось только два дня? Это уже чересчур. Сначала папа, потом это. Я не думаю, что выдержу.
Боль в голосе Лили тяжестью легла на сердце Хлои. Она была права. На 29-й день рождения жизнь суккуба менялась навсегда. Женщина достигала полного расцвета своей сексуальной зрелости и с этого момента, чтобы выжить, ей нужен был секс, а не обычная еда.
Хлоя страшилась своего 29-летия всю свою жизнь.
— Послушайте, если мы не хотим отправляться к незнакомым мужчинам, тогда я заявляю, что мы не будем этого делать. Кроме того, вероятно, они ничего не знают о нас и об этой ситуации. Так что я очень сомневаюсь, что они окажутся здесь на наш день рождения и будут стучаться к нам в дверь.
Поднявшись, Лили начала расхаживать по кабинету, на ее лице появилось решительное выражение. Когда эта девушка начинала что-то замышлять, вершились великие дела. Внезапно она повернулась к сестрам, захлопав в ладоши.
— Я поняла. Мы создадим заклинание.
— Мы недостаточно сильны, чтобы творить заклинание, которое нужно, чтобы отвадить троих сильных мужчин, — сказала Уиллоу. Суккубы имели немного магических способностей, которых хватало лишь на произнесение заклинаний; тем не менее, было достаточной редкостью, когда удавалось сбить метлу, глядя на нее.