Обретение мести
Шрифт:
Размяв немного мышцы, я взялся за весла и погреб в путь-дорогу. Но почти сразу почувствовал изменения в организме. Я пока что не понял, что именно изменилось, но что-то было не так. Так и не разобравшись в этих изменениях, я все набирал ход. За все эти подходы к снаряду по имени весла, я разобрался в технике и уже сам мог бы давать уроки. Резкое чувство жара, еще секунда и мне становится невыносимо холодно. Такое ощущение, что в стужу стою посреди улицы, и ветер с морозом пробирают до последней клетки моего организма. Еще пару секунд и температурные горки прекратились. Но сразу же тело стало неконтролируемым. У каждого живого человека, хоть раз в жизни, немела нога. От длинного сидения на ней или же от неудобного положения, причины разные. Вот такое ощущение япочувствовал сначала в ногах, потом в руках, и вот уже все тело в неконтролируемом
Пробуждение было легким. Бывает такое, что еле-еле просыпаешься, с самого утра зол на весь мир, так еще и спать хочется. Это пробуждение было полностью противоположным. Я был полон сил, в прекрасном настроении. Может я под наркотой? Хотя вряд ли — очнулся я в очень светлом помещении, и никакой светобоязни нету, или светобоязнь не с наркотическими веществами связана? Не помню. Помещение полностью заставлено шкафами с книгами. В углу стоит топчан, на котором я и очнулся. Одежда была моя. Мастера алхимии я не видел, и следов его присутствия, в этой комнате, я тоже не наблюдал. Интересно, где же я?
Еще раз осмотреться. В стене напротив, ближе к углу комнаты, между шкафами, вроде виднеется дверь. Хотя я не уверен. Подойдя ближе, я убедился, что это дверь. Ее трудно было заметить, так как раскраска была в тех же тонах что и все помещение. А яркое освещение и время дня, маскировали эту дверь еще больше. Ну что же, выход я отсюда нашел. Посмотреть хоть что за книги, вдруг, что интересного найду. Ну как найду, по картинкам, может, определюсь, если таковые имеются, читать, то я все равно не умею на местных языках.
Книги все были без картинок, но это — полбеды. Я не могу рассмотреть, что в них было написано. При фокусе глаз, на любом символе, приводило к тому, что символ расплывался. Проверить с десяток книг — результат получился тот же.
Ладно, в этой комнате мне нечего делать. Надо искать мастера Ролана, и узнать, сколько я был в отключке, что вообще случилось и где мы сейчас.
Дверь, к моему счастью была не закрыта, ломать закрытую дверь, я пожалуй бы не решился. В других рамках меня воспитывали. За дверью, я увидел коридор, метров семнадцать длинной, по обеим стенам были увешаны факелы. Но факелы были только возле меня, а далее, я видел, что с этого коридора есть выход, но вот что в нем находится, понять было невозможно. Факелы висели только на первых шести метрах дистанции. И только на выходе с коридора был свет. Свет в конце тоннеля. Вот туда я и направлюсь, но сначала взять факел, идти по темным участкам тоннеля желание ниже среднего.
На расстоянии вытянутой руки я остановился у стены. Странные факелы. Сначала я этого не заметил, но теперь отчетливо вижу, они горят, но при этом не уменьшаются в размерах и не создают дыма. Хотя температурный выброс в окружающую среду присутствует.
Ухватившись за факел правой рукой, я начал его вынимать из крепления. Перед глазами на невероятной скорости что-то мелькнуло, и в этот же момент боль прошлась по правой руке. Неимоверная боль. А мгновением позже, я осознал, что у меня отрублена кисть и с культи льется река крови, а и из горла вырвался не человеческий крик. Крик заполонил весь коридор, но, кроме легкого эхо, ничего не изменилось. Как же больно..! Что же делать? Нужно остановить кровь. Какой метод остановки мне известен: перетянуть рану или же прижечь ее. Перетянуть в данном случае не получится, только прижечь. Дабы не забивать голову сомнениями, я мгновенно всунул руку в пламя факела. Еще одна волна боли и сознание в очередной раз меня покидает.
Сколько я был без сознания — не известно. Но я очнулся, пусть и слабым, рана все таки не маленькая, но все же очнулся. Понять бы еще что случилось. Рука не болела в прямом смысле этого слова. Рана была прижжена на совесть, хотя я четко помню, что момент прижигания и потеря памяти произошли одновременно. Еще одна странность на мою голову. Руку щиплет, ужасно щиплет и свербит рана, очень сильно свербит, как на финальной стадии заживления, если не сильнее. Что же делать дальше? Для начала вернуться в предыдущую комнату, что-то этот мирный коридор отбил всю охоту идти дальше. Пока я вставал с пола, то понял странную вещь. Я увидел чем мне обкорнало руку, это был некий аналог гильотины, и судя по скорости, с какой это упало, то она была ускорена каким-то механизмом спрятанным в потолке.
Ничего рассмотреть не возможно, только канавку, с которой и вылетело это чудо инженерно-пыточной мысли. Но вот что странно, я не увидел ни крови, которая с меня вытекла, ни отрезанной кисти. Куда они делись?Подойдя к двери, я попытался ее открыть. Вот именно что попытался, так как ничего у меня не получилось. И даже более того, после первой попытки дернуть ручку двери она испарилась у меня из рук, а посреди двери появилась табличка с не менее странной записью, чем все происходящее вокруг.
Кем бы ты ни был путник, Выход отсюда один, Знания — верный твой спутник, Осторожность — твой адреналин, Пройди испытание до конца, Награда будет достойна короля.Но больше всего меня удивил факт того, что этот незамысловаты стишок, написан на русском. Испытание… Что за испытание, зачем оно мне и главное, как я в него вляпался? Неужто, горе-экспериментатор решил, опять, на мне что-то проверить и подсыпал чего-то в еду. Если это так, то не завидую я ему. Дай только добраться до твоей старческой тушки. Но сейчас надо думать, что делать с заданием? Как ни странно — его надо пройти, не зная ни правил, ни конечной цели. Не захочу проходить, я так думаю, что откину коньки от истощения. Магазинов с продуктами и с водой я что-то не наблюдаю. А подсказками является то, что не надо щелкать клювом — опасности меня подстерегают повсюду.
Для начала, как не крути, надо получить факел. Методом ног, руки, усилий и какой-то матери, я вытянул с пола орудие, которое лишило меня кисти. При той скорости, какой мне отрубило руку, не удивительно, что гильотина так глубоко вошла в пол. Левой, не рабочей по факту рукой, я подбил факел снизу, и он выпал с крепления на пол. Кстати, не рабочая левая рука, как и нога, были только в теории, так как на практике, я ими нормально владел, сказывалась только практика использования в быту. Я бы сказал, что соотношение рук было 55 на 45 в пользу правой. Так факел есть, при том, что радует, как бы я им не махал и как бы он не падал — он не гас, вот и отлично. Прижав культей орудие отрубания рук, я правой рукой начал проверять путь в конец тоннеля. Освещал все, что только мог в зоне видимости, и прежде чем шагать, простукивал факелом очередной кирпичик. Таким, не замысловатым методом, я добрался до конца, вот только это был не свет с соседней комнаты, а барьер — не пускающий меня далее. По чему он тут, я разобрался быстро. Справа от барьера была стопка пластинок с гравюрами, типа фигурного кафеля. А вот сам барьер находился внутри арки, по бокам которой, были изображены рисунки, вот только в неверном расположении. По сути, те же пятнашки. Какое-то время ушло на верное перемещение этих картинок и как финальный штрих найти среди стопки две недостающее пластинки. По одной на каждую сторону. И как только я все разместил, в соответствии с задумкой, по швам «пятнашек» прошел белый свет, тем самым делая рисунок монолитным — и барьер спал.
Сквозь образовавшийся проход я увидел обычный стол, на котором слева была кипа бумаг с одной стороны, а с другой стороны стола лежала куча книг. Прежде чем шагнуть в следующую комнату, я как мог, простучал арку на предмет сюрпризов. Но то ли я стукал плохо, то ли их просто не было.
Первый же шаг в новую комнату, напомнил мне об осторожности, при этом, сняв с меня привычную плату — мою кровь и плоть. Мою стопу пробило длинным гвоздем. Даже при этой ситуации, мне и повезло и нет одновременно. Повезло тем, что я ступил только на один кирпич и только одной ногой, левой, а не повезло — по тому, что ногу надо было снять с этого десяти сантиметровогоштыря.
А далее, началась та же работа по простукиванию. Каждый хромающий шаг был выполнен после ритуала простукивания. Я этими стуками, в старом мире, пару партий для барабанщиков, наверное, написать успел. Дойдя до стола, я быстро разобрался с тем, что надо делать. Есть тест, есть книги с ответами, мне надо их найти и правильно ответить. Весь текст был на известном мне языке. Потратил я на все прилично времени, но, все таки, решил тест. Кто его проверял я не в курсе, но в качестве поощрения мне дали восьмигранную пластину. Зачем она пока не ясно.