Обреченная
Шрифт:
Велиар замер, а потом еще на дюйм приблизился ко мне. В этот момент его глаза в полумраке помещения горели ярче тысячи звезд, и огонь желания давно завладел ими. Я не спеша стала перебирать пальчиками, желая ощутить каждый сантиметр его тела, опускаясь все ниже и замечая, что каждый мускул, до которого я дотрагивалась через рубашку, напряжен. Проделав дорожку до живота, я в нерешительности остановилась, а после отдернула руку.
– Велиар, я не думаю, что мы должны…
– Должны что? – шепотом поинтересовался парень.
Я сглотнула.
– Заниматься чем-то подобным.
– Если ты не заметила, мы еще ничем не занимаемся. – И, не давая
Велиар проделал поцелуями дорожку вниз, от губ до основания моей шеи. Перенес меня в центр комнаты, остановился возле высокого стола, оторвавшись от меня лишь на секунду, чтобы смести с него ненужные железяки, которые с громким скрежетом и звоном упали на пол. Усадив меня на стол, он вытащил заколку из моих волос и рукой растрепал косу, отчего мои волосы свободно рассыпались по плечам и спине.
– Ты прекрасна… Я в жизни не встречал девушку, хоть отдаленно тебя напоминающую.
– Велиар…
– Тсс… ничего не говори.
Он нежно дотронулся до моего лба, убирая волосы с лица. Вдруг его рука на несколько секунд замерла возле моего виска, лицо резко помрачнело, и Велиар стремительно отдернул от меня руку. А потом, тяжело дыша, посмотрел мне в глаза:
– Айвена, прости… но я не могу.
Глава 16
Наверное, потолок – это единственное, на что я буду смотреть всю оставшуюся жизнь, ведь выходить из своей комнаты я больше не собиралась.
У меня от напряжения болели глаза, их пощипывало, они начинали слезиться, но я заставляла себя не моргать и тупо пялиться в одну точку. Иначе, я думала, мир рухнет и начнется апокалипсис. Знаю, звучит глупо, но это единственное, что спасало меня от того, чтобы не разреветься.
«Айвена, прости… но я не могу». Эти слова каждые пять секунд раздавались у меня в голове.
***
– Айвена, прости… но я не могу.
После этих слов я непонимающе уставилась на Велиара, но он больше ничего не сказал. Просто неотрывно наблюдал за мной. Чтобы скрыть всю свое недоумение, смешанное с возбуждением, я, проглотив ком унижения, застрявший у меня в горле, влепила ему заслуженную пощечину. Он горько рассмеялся:
– Как бы это не вошло у тебя в привычку.
Велиар отошёл в сторону, галантно предложив мне руку помощи. Проигнорировав его жест, я осторожно спрыгнула со стола и чуть не подвернула ногу, наступив на какую-то железяку каблуком.
Нарочно медленно я стала поправлять подол платья, ничуть не смущаясь неотрывного взгляда парня.– Спасибо за великолепный обед и за нескучное времяпрепровождение. Увидимся за ужином.
Я гордо выпрямилась и невозмутимо покинула помещение, оставив хозяина с обескураженным видом.
***
Наверное, если я сейчас умру, то буду чувствовать себя лучше. Состояние подвешенности меня нервировало. Я непроизвольно моргнула и смахнула со щеки одинокую слезинку.
Унижение, которое я испытывала, скручивало мои внутренности в тугой узел. Мне хотелось заползти подальше, в самый темный угол, и тихо там поскуливать. В тысячный раз выругав себя за слабость, я перевернулась на живот и уткнулась головой в подушку, заставляя умолкнуть смеющийся надо мной внутренний голос:
«Ты слабачка: не можешь держать себя в руках и готова отдаться первому встречному за красивые глаза! Ты глупая курица: доверяешь, не пойми кому, возможно, даже своему врагу! Ты недостаточно хороша: в последний момент отказываются только от убогих! Ты не интересная: можешь привлечь только шизанутых имбецилов! И вообще, ты просто дура: тебе нужно искать дорогу домой, а не шуры-муры крутить! Возможно, от тебя зависит будущее твоей планеты!»
Со злостью запустив подушкой в произвольном направлении, я как заведенная стала мерить комнату шагами. Миллион противоречивых чувств терзал меня.
– И что он себе думает? Что может просто так завести, а потом без объяснений отвергнуть девушку?! Или он думал, что я начну его умолять, чтобы он меня трахнул? Наверное, привык вытворять подобное со своими шлюхами. Как можно одновременно и скомпрометировать девушку, и отвергнуть ее? Он что, ненормальный, любит поиздеваться над своим организмом? По идее это я должна была его бортануть!
Но, не сделав это первой, я теперь пряталась в комнате, боясь показаться ему на глаза. Единственное, чему я была рада, это то, что мне удалось хладнокровно и сдержанно его покинуть… ну, не считая пощёчины. А то могла бы при нем разреветься как пятиклассница и унизиться еще больше.
Я поспешила под прохладный душ, он должен был остудить мой пыл и привести мысли в порядок. Ненавистное платье я сняла сразу же, как только переступила порог своей комнаты, и теперь оно вместе с туфлями валялось возле входной двери.
– Если найду ножницы, обязательно сделаю из него коврик! Мне будет приятно вытирать об него ноги.
Под холодными струями все мысли вылетели у меня из головы, зубы начали стучать, тело покрылось мурашками. Я пересиливала себя, оставаясь как можно дольше под душем. Мазохистскими наклонностями я никогда не страдала, но это единственное, что меня отрезвляло и притупляло неприятные чувства.
– Надеюсь, завтра я навсегда покину этот дом. И больше никогда не увижусь с этим… варваром.
Не зная, чем себя занять, я переоделась в простую длинную белую юбку, в тон ей подобрала топ без рукавов, а потом выглянула во двор через открытое окно. Двор был пуст. Лилит, скорее всего, проводила время в оранжерее, Роэль занималась домашними делами, а вот чем был занят Велиар, для меня оставалось загадкой. Хлопнув от досады открытой створкой, я опять начала мерить комнату шагами. Время для меня тянулось невероятно медленно.
– И почему на такой развитой планете нет элементарного телевизора или компьютера? Вот чем, интересно, они целый день занимаются?