Чтение онлайн

Мой гид упорно продвигался вперед, но я остановился рядом с Верой.

— Хэлло, — сказал я, — делаете очередной миллион?

Она обернулась, и ее голубые глазки остановились на моем лице.

— Ничего я не делаю. — Она улыбнулась, узнавая. — Мистер Скотт, как мило. А вы что делаете?

Я ухмыльнулся в ответ.

— Даже не приступил к игре.

Улыбка вдруг исчезла с ее лица, и глаза стали холодными.

— Я вспомнила, — сказала она, — что вы мне не нравитесь.

— Ну конечно...

— Точно. Если вы не нравитесь Эндону, значит, вы не должны

— Тогда скажите, почему Эндон не любит меня.

— Спросите его. — Она показала в сторону своим стаканом.

Пуппи даже не заметил меня, настолько он был поглощен игрой. Стопки голубых и красных фишек стояли перед ним.

— Хватит, — раздался голос над моим ухом. Это был мой гид. — Пойдем.

— Не раньше, чем я скажу «хэлло» моим друзьям.

— Ты что, плохо слышишь? — Он впился пальцами в мое плечо.

— Расслабься, приятель, и расслабь свои когти.

Видимо, он тоже не расслышал, потому что дернул меня и произнес:

— Мистер Норман не любит ждать.

Я захватил его пальцы и легонько согнул их. Не в ту сторону. Лицо его приобрело злобный вид.

Я извинился перед Верой и перешел на противоположную сторону стола. Мой провожатый секунду-другую помассировал пальцы и направился за мной.

Остановившись около Пупелла, я сказал:

— Привет!

Он повернулся ко мне, все еще увлеченный игрой. Я не дал ему опомниться. Лишь только его глаза остановились на мне, я тихо спросил:

— Пупелл, что случилось с Брэдом Бендером?

Он судорожно хлебнул воздух, и лицо его мгновенно утратило краски.

Челюсть отпала, в какое-то мгновение мне даже показалось, что он собирается упасть в обморок. Однако Пупелл сумел взять себя в руки. Он резко закрыл рот, так что зубы стукнули друг о друга, и отвернулся. Его руки тряслись, когда он взялся за фишки, и он промахнулся, сделав ставки за запретной линией.

Моя выдумка принесла мне гораздо больше, чем я мог надеяться. Он чуть не обложился от страха. И опять в мой локоть вцепились эти пальцы.

Мой «гид» резко дернул меня, повернул к себе и выпалил мне в лицо:

— Мне стоит лишь свистнуть, и десять человек тут же сыграют на твоей башке, как на барабане, выродок!

Очевидно, некоторые люди абсолютно психологически несовместимы один с другим. Он схватил левой рукой мое правое запястье, другая рука, сжатая в кулак, находилась перед ним. Я медленно провел свободную руку между нами, глядя ему в глаза и приятно улыбаясь. Но как только моя левая рука захватила его запястье, я перестал улыбаться.

Резко рванув руки кверху, я круговым движением вывернул его кисть, завел за спину и поднял как можно выше. Теперь он оказался спиной ко мне, левая свободная рука бесцельно молотила воздух, а голова склонилась так низко, будто ее владелец намеревался укусить ковер.

Я не хотел очень долго держать его в согбенном состоянии — это слишком привлекало внимание, поэтому я помог ему выпрямиться, взялся правой рукой за его бицепс и надавил на нервный узел. Хотя наша поза выглядела несколько странно, оказалось, что в таком положении мы были

Он засвистел, но так тихо, что никто не расслышал его. Свист скорее напоминал шипение продырявленной автомобильной шины. Вся операция заняла не более четырех-пяти секунд. Лишь два человека обратили на нас внимание. Я послал им широченную беззубую улыбку и высоко поднял брови. Они хихикнули и отвели глаза. В конце концов, ничего не произошло, немного повздорили два хулигана.

— О'кей, — обратился я к моему бывшему проводнику, — пошли к Норману. — Он попытался что-то произнести, но я нажал посильнее. — Шагай, шагай. И не возобновляй разговора о парнях, которые что-то сотворят с моей головой. Сегодня вечером я зверски зол.

И мы пошли в обнимку, два дружка, в конец зала к двери, в которую я несильно постучал ногой. Дверь открылась, из-за нее выглянул другой горилловидный незнакомец. Он шагнул в сторону, освобождая нам путь.

Когда мы проходили мимо, страж присоединился к нам и спросил моего дружка:

— Что это с ним, а?

Мой приятель был не в силах сказать что-нибудь, поэтому ответил я, не забыв улыбнуться:

— Он приварил мне в брюхо.

Это ему, видимо, понравилось, и он ответил мне улыбкой. Вдруг улыбка исчезла, и он опять обратился к своему коллеге:

— Так чему же он радуется?

Мы подошли к очередной двери. Интеллектуальный гигант открыл ее, пропустил нас и плотно закрыл, оставшись снаружи. Видимо, это и есть офис Нормана, а верзила с тяжелым лицом, сидящий за письменным столом, очевидно, сам Эд Норман.

Могучие плечи по-прежнему распирали пиджак. Эд по-прежнему не улыбался. Мы уже встречались не далее как прошлым вечером у миссис Редстоун. Высокий, широкоплечий тип, стоявший с Гарликом и перекинувшийся парой слов с Пупеллом. Шарики в моей голове задвигались быстрее.

Сразу возникло желание задать Эду Норману несколько вопросов, однако маловероятно, что удастся получить на них ответы. Во всяком случае, удовлетворительные ответы.

— Итак, вы Эд Норман, — сказал я.

— Правильно, Скотт. И... Какого дьявола ты корчишься, Фостер? Что с тобой?

Несомненно, Фостер — это не кто иной, как тот самый джентльмен, с которым я оказался так тесно связан. Увидев Эда Нормана, я бессознательно напрягся, в результате чего автоматически усилился захват. Фостер согнулся с широко открытым ртом, издавая при этом слабый писк.

— Он как-то странно повел себя. Я притащил его сюда и теперь, по-свойски говоря, не знаю, что с ним делать дальше.

На скулах Нормана заиграли крупные желваки, но тут же исчезли. Вчера вечером я заметил какую-то необычность его лица и сейчас рассмотрел шрамы — один справа от глаза и второй на щеке. Такие шрамы обычно бывают от ножа. Норман сказал:

— Мне кажется, что вы чересчур искушаете судьбу, Скотт.

Он произнес это как бы между прочим, тихо, неторопливо и даже умиротворяюще. Я не умиротворился, но предпочел промолчать.