Обитель яда
Шрифт:
Он присел перед моим знакомым. Это оказался умирающий Рорих. Раньше этот человек был охотником. Я была ещё совсем маленькая, когда на охоте Рорих повредил ногу и лидер исключил его из отряда.
Наклонившись поближе к Рориху, Акай что-то сказал ему, а затем встал и продолжил идти.
Был ли смысл Акаю подходить к этому умирающему? Что он сказал ему? Акай казалось увидел что-то интересное в Рорихе.
Тогда мне стало любопытное, и я решила спросить.
Акай обернулся ко мне.
«Один человек умирал точно также. Даже последние слова
Акай ответил мне и в этот момент на его лице появилась не улыбка, но самый настоящий оскал. На миг я пошатнулась. Такая улыбка не могла быть на лице человека. Казалось, я увидела самого настоящего сумасшедшего, и я действительно испугалась, ведь в этот момент его лицо искривилось в ужасной гримасе. Такое чувство, что на лице Акая возникло сразу несколько выражений, будто изображая сразу несколько эмоций одновременно. Даже его слова звучали будто разными голосами.
Я едва смогла взять себя в руки и не убежать.
Чем больше находилась рядом с ним, тем меньше понимала.
Отец часто рассказывал мне о том мире. Но те рассказы никак не вписывается в то, что показывал мне Акай. Этот человек казалось знал, что делает и идёт в определённое место.
Мысли ушли куда-то далеко.
Громыхание постоянно раздавалась над головой, а холодный дождь мелодично падал с неба на моё искалеченное тело, чуть ослабляя боль. Не знаю сколько прошло времени, но кроме этого звука больше ничего не было.
Мне хотелось, чтобы мои страдания уже поскорее закончились, но монстры так и не пришли.
Пару раз я теряла сознание, чтобы вновь очнуться от холода. И с каждым разом боль становилась всё сильнее.
Я больше не могла её игнорировать.
Приоткрыв глаза, я заметила, что всё вокруг залито водой, а сквозь гущу деревьев пробивается одинокий луч солнца.
Прошла ночь, но меня так и не съели.
С тяжёлыми стонами, я попыталась пошевелиться. Тело отзывалось болью, но всё-таки послушалось меня.
Веревки уже не так туго связывали меня, но быстро развязаться не получится.
Руки чуть удалось поднять, прежде чем опустить.
Тонкая плетёная веревка прошлась по толстой и мокрой коре дерева.
Растянуть путы удалось где-то спустя час. Когда кора уже достаточно стерлась, веревка наконец свободно упала вниз.
Грохнувшись на мокрую землю, я долгое время просто старалась отдышаться. Освободившись, мне наконец удалось хорошо осмотреться.
Мой дом был совсем рядом. Всё-таки, они не рискнули уйти поглубже в лес.
Медленно делая шаг за шагом, мне удалось дойти до двери своего жилища.
Как и ожидалось внутри ничего не осталось. Всё, что было съедобно или вещи, которые ещё можно использовать охотники забрали с собой.
Ничего не осталось.
Я обошла дом вокруг, остановившись перед лесом.
Войдя в рощу деревьев, я быстро собрала все травы, которые показал мне Акай.
Однажды меня уже сильно избили, и Акай положил на моё тело какие-то листья и дал съесть красные
цветы. После их мне было значительно лучше. Для Акая они оказались бесполезны, ведь его раны и так заживали как у монстра. Такие растения часто проглядывались на краю леса. Жаль, но всё, что до этого было собрано исчезло из дома.Решив рискнуть, я быстро собрала всё, что смогла и вернулась обратно в дом.
На улице опять зазвучал гром и вскоре пойдёт очередной дождь.
Разложив на синяках широкие и немного колючие листья, я просто съела всё остальное. Боль быстро отступала. Очень захотелось спать.
Под звуки начинающегося дождя, я закрыла глаза.
На следующее утро боль в теле стала послабее. Синяки пожелтели и отзывались болью от любого движения. С постоянными охами, мне пришлось встать на ноги.
На улице до сих пор была ночь. Дождь был в самом разгаре.
Уже несколько ночей, я не слышала, чтобы из леса доносился тираний вой.
В этот раз мне опять повезло. Никто не сожрал меня.
С наступлением утра буря прекратилась.
Уже столько часов я ничего не ела. Желудок почти приклеился к позвоночнику. Все силы тратились только на то, чтобы ясно мыслить. Сердце так колотилось, что больше ничего не было слышно. В ушах словно барабан бил.
Нужно было дойти до своего тайника, где у меня спрятана еда. Как никогда, я была рада, что не полностью доверилась Акаю.
На улице было холодно и мокро. В воздухе витала сырость, а серые облака как обычно скрывали большую часть света.
— Кха, кха!
В легких будто огонь разгорелся, когда я зашлась в кашле. В глазах на мгновение потемнело, а на ладонях остались кровавые сгустки.
На мне было надето только несколько слоёв тонкой одежды. Неизвестно сколько часов, я пробыла связанной под дождём. Было очень холодно. А сегодня, избитой, мне пришлось пролежать ночь не укрываясь. Не удивительно, что я заболела.
Трава на холме поднималась почти до груди. Приходилось в полуобморочном состоянии спускаться вниз.
— Хах! — Ноги за что-то зацепились и с выкриком я упала на мокрую землю.
Опять зайдясь в кашле, мне едва удалось подняться на ноги.
На земле валялось что-то большое и толстое.
В испуге я сделала шаг назад и опять упала.
Среди грязи лежал шипастый хвост тирана, уходя дальше в траву.
Бежать? Он меня догонит и съест. Может затаится? Закричать? Это были первоначальные мои мысли.
Когда волна страха прошла, мозг немного пришел в себя.
Я стояла здесь уже довольно долго, но хвост даже не шелохнулся.
Раздвигая траву перед собой, я двинулась туда, куда уходил хвост монстра.
Вскоре передо мной показалась огромное тело тирана.
Он лежал на земле, не двигаясь.
Обойдя его со всех сторон, я поняла, что тот мертв.
Пасть монстра была широко раскрыта. Его горящие желтые глаза, словно потухли. На его огромном теле, я не видела следов ран или даже крови. Такое чувство, что он просто взял и умер.