Чтение онлайн

— Он не воспользовался мной и не отшвырнул меня, Гэвин. Между нами все было не так.

— Теперь я это знаю, но тогда... — Он замолчал, покачал головой. — Послушай, Мэдди. Здесь есть, что добавить. Когда я сказал, что ты слишком для него хороша, Райдер поник. Он стал... проклятье, он расстроился. Больше это никак не описать.

Он осмотрел поле вокруг нас, а потом посмотрел на меня.

— Райдер сказал, что ты заслуживаешь кого-то лучшего, не его. Он обвинил меня в том, что я хотел быть тем кем-то. И тогда все стало раскрываться. Он сказал, что с самого детства ощущал себя так, будто был

неуместным. Он сказал, что с тобой он дома. Ты видела в нем хорошего человека. Того, кого считала идеальным для себя. И он не собирался потерять тебя из-за меня.

Слезы текли по моему лицу. Черт его дери! Даже когда его здесь не было, Райдер заставлял меня плакать!

Гэвин засунул руки в карманы и продолжил.

— Мы спорили. Я произнес какую-то гадость, о которой сожалею. В конце концов Райдер сказал мне держаться от тебя подальше. Сказал, что отпинает меня, если я до тебя дотронусь. Если опустить всю чушь, я мог бы быть для тебя идеальным, но ты была его.

— Я всегда была его, — прошептала я так тихо, что не думала, что Гэвин меня услышал.

Он продолжил, его голос стал унылым.

— Я чувствую себя чертовски виноватым, Мэдди. Мой младший брат рос и думал, что не достаточно хорош для всех, потому что его всегда сравнивали со мной. С идеальным ребенком. Как бы мне хотелось вернуться в прошлое и сказать ему, что я был далек от идеала. Никто не идеален.

— Но он идеален для меня. Всегда был, — сказала я, вспоминая все то время, что провела с Райдером. Несмотря на его плохое отношение к жизни и неправильное мировосприятие, у него было хорошее сердце. Заботливая душа. Просто он прятал все это за жестким внешним видом.

Но это все не являлось оправданием тому, что сделал Гэвин.

Он посмотрел на меня с грустью.

— Позже той ночью, после многих шотов с текилой, Райдер сказал, его убьет, если он увидит тебя с кем-то еще. Эта мысль съедала его изнутри, сводила его с ума. Он сказал, что иногда ему хотелось схватить тебя и поцеловать. — Он нервно потер заднюю часть шеи, следующие его слова вышли нерешительно. — Но он сказал, что если бы ему пришлось выбирать кого-то одного для тебя, то это был бы я. Его собственный брат. Тогда бы он знал, что ты в безопасности и о тебе заботятся.

Я сделала шаг назад, желая убраться подальше от него и его слов.

— Когда мы отправились за Евой, он сказал мне, что если с ним что случиться, я должен о тебе позаботиться. Он заставил меня пообещать, Мэдди, — сказал он, умоляюще протягивая руки.

— Нет, — сказала я, качая головой. — Он вернется, Гэвин. Он обещал, что вернется.

— А что, если нет? Что тогда?

Я не ответила. Мне не хотелось об этом думать. Я больше не могла это слушать.

Повернувшись, я зашагала в противоположную сторону от него, сквозь высокую траву. Слезы начали течь по моим щекам, душа меня.

Мир превратился в кавардак, и я тоже.

Я быстро застегнула онемевшими от холода пальцами фланелевое пальто. Оно принадлежало Райдеру и было на два размера больше, но в нем было тепло во время заморозков. На автопилоте быстро заплела свои

длинные темные волосы в толстую косу, позволив ей свободно лежать на моей спине. Теперь она была длиннее, чем была, когда начался весь этот ад, когда жизнь была проще.

Я зашла на кухню и взяла бутылку со свежеочищенной водой из устья реки. Больше не было бутилированной воды, чистой и фильтрованной. Теперь каждую каплю приходилось очищать. Этот процесс был затянувшимся, но, по крайней мере, у нас была вода. О таком некоторые могли только мечтать.

Посматривая в окно, я подняла ружье, стоявшее у стены. Быстро проверила, заряжено ли оно. Я достала из кухонного шкафчика боеприпасы и засунула большие пули в карман пальто, чувствуя, как оно стало тяжелее.

Удерживая ружье в одной руке, я открыла заднюю дверь, сморщившись, когда петли заскрипели в знак протеста.

Я на какое-то мгновение замерла в ожидании, что кто-нибудь выскочит и начнет спрашивать, что я делаю, но этого не произошло. Выглянув на улицу, я ничего не увидела и не услышала. Рев воды в устье реки снаружи дома Райдера звучал так же, как и несколько месяцев назад, когда мы приехали сюда. Холодный ветер гулял между деревьями, заставляя мертвые листья, которые больше не могли и дня провисеть, падать на землю.

Я поспешила вниз по ступенькам. Все были заняты, никого не было в доме. Идеальное время, чтобы сбежать. Может, это мой единственный шанс, чтобы уйти.

Мне нужно было побыть одной. Мне нужен был воздух и уединение.

Проигнорировав резкий ветер, подувший с севера, я побежала к амбару. Земля под моими сношенными ботинками ощущалась промерзшей, напоминая мне о ледяной буре, которая прошла несколько дней назад.

Я открыла дверь в амбар и подождала минуту, чтобы глаза привыкли к темноте. Шесть месяцев назад я бы просто включила свет. Но теперь электричество было в прошлом. Старый друг канул в лету, чтобы о нем больше никогда не слышали.

Я поторопилась к каптерке, в которой лежали седла. Проведя рукой в перчатке по коже, я нашла то, которое хотела, — легкое и маленькое, как раз для меня. Сняв его с крючка, я схватила вальтрап и вожжи.

Отнесла это все к воротам на пастбище. Я осмотрелась и свистнула, надеясь, что моя лошадь услышит меня.

Через минуту галопом из леса показалась коричневая лошадь. Ее глаза дернулись, когда она увидела меня. Замедлившись, она посеменила ко мне, наблюдая за мной своими большими карими глазами.

— Привет, девочка, — прошептала я, поглаживая ее шею так, как она любила.

Она заржала в качестве приветствия и встала смирно, пока я перекидывала вальтрап через ее спину.

Все мои силы ушли на то, чтобы закинуть на нее седло. Она подпрыгнула из-за грубого отношения, но я не могла ни чем помочь ей. Я потеряла так много веса за последние пару месяцев, что не была уверена, осталась ли какая мышечная масса. Теперь нам приходилось нормировать нашу еду. Дженис с Роджером не планировали кормить три лишних рта, когда подготавливали запасы пропитания. Я поглощала недостаточно калорий, но ничего не могла с этим поделать. Зачастую Кэш или Гэвин делились со мной своей едой, но я всегда протестовала. Нам всем нужна была сила. Если кто из нас заболеет, это скажется на всех нас.