Чтение онлайн

Тогда полезно тебе прибегать к низкой работе и ко внешним упражнениям, и в добрых делах обновлять свою силу, с твердым упованием ожидать пришествия Моего и вышнего посещения, переносить терпеливо изгнание свое и сухость сердечную, доколе снова не посещу тебя, и освободишься тогда от всякой тревоги. Я повелю, и забудешь все труды свои, и насладишься внутренним успокоением. Расстелю перед тобой луга святых писаний, и расширится сердце твое, и пойдешь по стезе заповедей Моих, и скажешь: недостойны страдания нынешнего времени той славы, что явится в нас.

Господи, недостоин

я утешения Твоего и никакого духовного посещения; и поэтому праведно поступаешь со мною, когда меня оставляешь нищим и безутешным. И хотя бы мог я пролить море слез, все же не был бы достоин Твоего утешения. Ничего я не достоин, разве ран и наказания, ибо тяжко и часто оскорблял Тебя, и согрешил во множестве великих прегрешений. Оттого, когда по правде обо всем размыслю, не достоин я ни малого утешения. Но Ты, Боже Щедрый и Милостивый, не хочешь погибнуть созданию Твоему, и богатство благости Твоей являешь на сосудах милосердия, — Ты благоволишь утешать раба Твоего безо всякой заслуги, свыше меры человеческой. И истинны утешения Твои, — не то, что льстивые слова человеческие.

Что за дела мои, Господи, за что уделяешь мне от небесного утешения? Ничего за собой не знаю, что бы я доброго сделал, знаю только, что всегда был склонен к пороку и ленив к исправлению. Истинно так, и отрицаться мне этого невозможно. Если иное скажу о себе, Ты против меня станешь и некому будет оправдывать меня. Что заслужил я за грехи свои, кроме преисподней и огня вечного? По истине исповедую, что достоин я всякого посмеяния и презрения, и нет мне места между верными Твоими. И хоть горько мне самому себя слышать, против себя по истине обличу грехи свои, да приклонится милосердие Твое на мое моление.

Что скажу я, виновный, исполненный всякого смущения? Нет слов в устах моих, разве одно только слово: согрешил. Господи, согрешил, помилуй меня, прости мне. Отступи от меня, чтобы я немного ободрился, прежде нежели отойду в страну тьмы и сени смертной. От преступника, от несчастного грешника более всего требуешь Ты, да сокрушится сердцем и да смирится о своих прегрешениях. В сокрушении и в смирении сердца родится надежда прощения, примиряется смущенная совесть, возвращается потерянная благодать, ограждается человек от грядущего гнева, и встречаются во взаимном лобзании святом Бог с кающейся душою.

Смиренное сокрушение грешников жертва благоприятная Тебе, Господи; благоуханна пред лицом Твоим более курения фимиама и как миро благовонное, как женщина возливала Тебе на ноги. Сердца сокрушенного не презрел (Пс.50:19). Здесь место прибежища от лица злобы вражьей; здесь исправлено и омыто будет все, что искривлено было и осквернилось.

Сын Мой, драгоценна благодать Моя, и не терпит смешения со внешними вещами и с земным утешением: и для того надо отвергнуть все, что препятствует благодати, если хочешь, чтоб излилась на тебя благодать. Ищи себе сокрытого места, не скучай жить сам с собою в уединении, не требуй ничьей любопытной беседы; но более всего изливай Богу благоговейную молитву, чтобы собранная мысль держалась в тебе, и совесть в чистоте сохранилась. Весь мир почитай за ничто; выше всего внешнего поставь себе упразднение души в Боге; ибо невозможно и во Мне упразднить свою душу, и в то же время находить наслаждение в проходящих вещах. От близких и от милых отойти надо, и содержать дух в отчуждении ото всякого временного утешения. Так увещает блаженный Петр Апостол, чтобы верные Христовы держали себя странниками и пришельцами в здешнем мире (1Петр.2:11).

О, когда придет смерть, с какой уверенностью станет умирать тот, кого никакая привязанность не удерживает в мире. Но болезненный дух не может еще понять, что можно так отрешить от всего свое сердце,

и животный человек не знает, какова свобода во внутреннем человеке. Однако, если хочешь по правде стать человеком духовным, надо отречься и от дальних и от ближних, и никого так не опасаться, как себя самого. Если себя самого победишь совершенно, остальное легко будет покорить себе; над собой самим восторжествовать — вот совершенная победа. Кто самого себя держит в подчинении, так что чувственность его повинуется разуму, а разум Мне во всем повинуется, — тот истинный победитель над собой и властелин миру.

Если горит у тебя желание подняться на такую высоту, надо тебе мужественно положить начало и к самому корню занести секиру: — надо вырвать и истребить скрытую и беспорядочную наклонность к себе самому и ко всякому своему особенному и чувственному благу. От этого порока, что самого себя человек беспорядочно любит, — происходит все, что надо истреблять до самого корня. Когда это зло победишь и превозможешь, будет великий мир и спокойствие непрестанное. Но немногие стараются сами для себя умереть совершенно, немногие совершенно стремятся отойти от себя; оттого и остаются люди опутанными сами собой и не могут сами над собой возвыситься в духе. А кто хочет со Мною ходить в свободе, тому надо умертвить все свои злые и беспорядочные наклонности и ни к единому созданию не прилепляться до страсти беспорядочною любовью.

Сын Мой, прилежно примечай движение природы и благодати; ибо они весьма противоположны, и такое тонкое между ними различие, что разуметь его можно только духовному и внутренне озаренному человеку. Все ищут добра, и все себе представляют в делах или словах своих что-либо доброе: от того под видом добра многие и обманываются.

Природа лукава; многим изменяет, многих опутывает и обманывает, и сама себя всегда имеет в виду; благодать же в простоте ходит, отклоняется от всякого зла, не мыслит ничего льстивого; что ни делает, единственно ради Бога делает, и в Боге наконец обретает покой свой.

Природе противно умерщвление; не хочет она быть в стеснении и под властью, ни в подчинении ни в добровольной покорности; а благодать старается об умерщвлении себя самого, противится чувственности, ищет подчиненности, желает покоряться, и не хочет пользоваться собственною свободой; любит быть под властью и ни над кем не хочет властвовать, но всегда под волею Божией жить, стоять и пребывать хочет: и ради Бога готова смиренно преклониться пред всяким созданием в людях.

Природа живет себе на пользу и рассчитывает, какая от чего будет выгода; а благодать не на то смотрит, что себе полезно и выгодно, а всего больше печется о том, что всем может быть на пользу.

Природа охотно принимает себе честь и уважение; а благодать верно относит к Богу всякую честь и славу.

Природа страшится посрамления и презрения: благодать же радуется о имени Иисуса бесчестие придти (Деян.5:41).

Природа любит отдых и телесный покой; благодать же не может быть в праздности, но принимает труд с радостью.

Природа ищет любопытного и красивого, отвращается от низкого и грубого; а благодать довольна простым и смиренным, грубого не презирает, и не стыдится ходить в ветхой одежде.

Природа заботится о временном, радуется о земном приобретении, печалится об убытке, раздражается от легкого слова обиды. Но благодать помышляет о вечном, не прилепляется ко временному, не смущается от вещественной потери и не огорчается от самых жестоких речей, ибо сокровище свое и радость полагает на небеса, где ничего нет гибнущего.

Природа жадна и охотнее принимает, нежели дает, любит собственное и свое особенное. А благодать благодетельна и общительна, избегает особенного; довольствуется малым и блаженнее почитает давать, нежели принимать.