Чтение онлайн

Кажется, Доктору стало совсем нехорошо.

— Как и гены многих других рас! И ведь так было с самого начала. Помнишь, как мы загоняли сами себя в «часы» и становились людьми? Часть нашей природы всегда была «человеческой». Не веришь мне — спроси у Рани, она заново изучила весь наш генокод, и тут напрашиваются два вывода: либо все высокоразвитые цивилизации вселенной — наши потомки, либо — наши предки, и мы созданы из них всех. Мы с Рани только повторили то, что было когда-то — собираем лучшее, что есть во всех, чтобы создать наш Новый Галлифрей. Как я уже сказал, люди не сброшены со счетов, это будет наше общее с ними будущее. И кто будет учить их всех, раз нас только трое? Нам

нужны помощники. К примеру, агенты времени! — Я улыбнулся Джеку и его приятелю. — Да, это официальное предложение. Вы же знаете толк в перемещениях во времени.

— Я хочу их увидеть, — сказал Доктор. — Ваше «подрастающее поколение».

— Отлично, — Рани поднялась с места. — Я покажу тебе.

И мы наконец перешли в рабочую часть станции. Рани рассказывала Доктору о тонкостях процесса и показывала результаты. Приятель Джека все время вертелся рядом, маниакально поглядывая на отвертку. То ли она ему нравилась, то ли примеривался в удобный момент выдернуть ее у меня из руки. Ему бы это особенно не помогло, но на всякий случай я переложил ее в другую руку, так, чтобы она не оставалась к нему близко.

Едва мы закрыли дверь в ясли, Доктор, некоторое время сосредоточенно молчавший, заговорил.

— Знаете, что я думаю, дорогие мои временные аномалии? — и молниеносным движением выхватил из кармана продолговатый пластиковый предмет, напоминающий большую пробирку. — Я думаю, что мне стоит взорвать это и замкнуть нас тут всех навсегда. Абсолютно всех. Это временная бомба. Лучше сейчас и локально, чем потом с огромной частью вселенной.

— Гм, — проговорил приятель Джека, все еще остававшийся рядом. — А нельзя ли этой штукой, — он кивнул на отвертку, — выбить у него эту бомбу?

— Не стоит… Это может ее случайно активировать. Доктор! Ты не сможешь этого сделать! Ты слишком любишь приключения. Ты не сможешь запереть себя самого. — А может и нет. Хотя очень подмывало повторить ситуацию наоборот со сказанным некогда: «Я знаю тебя — ты никогда не сможешь этого сделать». Но этого может быть недостаточно. Мы застали его в момент, когда он, похоже, смертельно от всего устал. — И подумай о том, что это будет бессмысленно. Не здесь и не сейчас, все повторится, а мы уже не сможем этого контролировать. Ты — не сможешь. — Я не сказал ему, что у нас не одна подобная база, но думаю, он отлично это понимал. — Ты хочешь, чтобы процесс стал неуправляемым и снова кончился временной войной? И кто тогда ее остановит?

Рани тоже что-то тихо ему сказала.

Доктор помолчал, подумал и снова спрятал «бомбу» в карман.

— Ну что же. Тогда я скажу — что согласен.

— Серьезно?

— Да. Все прочее действительно бессмысленно.

— И вы тоже согласны? — спросил я агентов времени.

Приятель Джека пожал плечами — явно не возражая. «Почему бы и нет? А что мне за это будет?» — в любом случае достаточно из того, что можно вообразить, пока он будет нам нужен, и если не будет мешать. Джек, сунув руки в карманы, очень мрачно посмотрел на Доктора и едва уловимо мрачно кивнул. «Ну, раз уж так…»

— Может, пожмете друг другу руки? — спросила Рани.

— С удовольствием, — сказал я.

Доктор вздохнул. И мы пожали друг другу руки. Давно мы это делали в последний раз. А как на этот раз? Долго ли все это продлится?

— Ну что, — предложил я. — Пойдемте выпьем за наш общий Новый Галлифрей?

апрель-май 2011

Доктора все еще беспокоили всякие пустяки. Например, действительно ли покончено с Трещиной, которой он никогда не видел. Правда, раз уж мы дали ему понять, что то, что он

жив — в некоторой степени нонсенс по сравнению с прежде уже виденным нами развитием событий, — но как еще можно было привлечь его к полноценному союзу, держа закрытыми такие карты? — это, может, и впрямь не было для него такими уж пустяками. Как вышло, что он остался жив? Что именно произошло со Вселенной? Чем это все еще может быть чревато?

Так что, чтобы успокоить его, я пообещал устроить ему экскурсию на место событий, с тем, чтобы он сам убедился, что никакой опасности нет.

— Все произошло не в самой Библиотеке, а на «Докторе Муне», антивирусной станции. Обычно там никого нет, так что своим появлением мы там никого не удивим. Ну, на какой Тардис полетим? Могу предложить мою, в ней как раз и преобразованная энергия Трещины, если тебе интересно. — Вот только копаться в ее ядре я его точно не пущу.

— Нет уж, я лучше на своей, — осторожно отказался Доктор. За его спиной маячил подозрительный Харкнесс.

— Я уж лучше тоже, — заверил я. Во избежание. — Тогда сверим координаты? И встретимся на месте через пару минут.

Уже на «Докторе Муне» мы открыли двери и выглянули в коридор, в котором приземлились, совершенно одновременно.

— Судя по сканерам — никого. И ничего.

— Проверим тщательнее, — проворчал Доктор, доставая пару любопытных приборов, один из которых, вручая Джеку, назвал трикодером. — Тут могут быть остаточные вибрации, вызывающие опасные резонансы.

— Будь тут какие-то опасные резонансы, ты бы слышал барабаны так же, как твои другие воплощения при нашей последней встрече. Раз не слышишь, значит, этот выход закрыт.

Он только пожал плечами и принялся исследовать стенки. От нечего делать я принялся за то же самое. Никаких опасных колебаний не чувствовалось, но Джек вдруг издал возбужденный возглас: «У меня что-то есть!»

— Где? — спросил Доктор? — В каком направлении?

— Вниз! — сказал Джек. — Там!

— Мы в космосе, — фыркнул я. — Где тут вам «низ»? За этой стеной ничего нет.

— Сигнал идет из Библиотеки.

— Ты исследовал саму Библиотеку? — поинтересовался у меня Доктор.

— Не было нужды. Я вытащил оттуда пострадавших, перекачал в них энергию Вашта Нерада, всю без остатка, твои другие версии тоже благополучно разделились, и все вернулось на свои места. А Библиотека теперь снова открыта для посещения, и в ней полно народа.

— То есть в самой Библиотеке ты не был?

— Так же как повсюду, где могла быть Трещина, которая была повсюду и всегда! Я устранил ее из самой удобной точки, и она исчезла везде и повсюду, из каждого момента времени! Так зачем мне проверять Библиотеку?

— Затем, что мы улавливаем резонанс, пусть не в самой точке ликвидации твоей Трещины, но поблизости. Нам нужно оценить уровень опасности.

— Хорошо, — вздохнул я. — Там бывают санитарные часы. В это время мы и можем побывать там так, чтобы нам никто не помешал. Ближайший… — я заглянул в один из терминалов «Доктора Муна» — через пять часов. Ну что, встретимся спустя пять часов через минуту? — Мы уточнили координаты. — Отлично, до встречи.

Мы снова захлопнулись в своих Тардис и перебросили их в Библиотеку, на пять часов вперед. Внезапная тряска, гул, переходящий почти в визг выше уровня восприятия, грохот, удар, какого… Сканеры взбесились от помех. Что происходит? Я выглянул наружу и первое, что увидел — Трещину в стене! Все окружающее будто плыло и колебалось. Моя Тардис вибрировала в некоем повсюду разливающемся ритме. Она приземлилась со смещением, врезавшись в Тардис Доктора и отколов от той кусок обшивки.

— Проклятье!.. — я уставился на Трещину. Не может быть!