Чтение онлайн

Коровам, гусям, уткам, курам, свиньям и собакам тоже нужно корм давать, подстилать в хлев и птичник сменной соломы, наливать воду в поилки.

Для водопоя каждой скотине полагается собственная, специальная посуда. Не поддавайтесь на искушение выставить псу тарелку из старого сервиза. Он поймет это как приглашение за хозяйский стол. Беда вашему «Севру» и «Кузнецову»!

По всем службам организуйте караульный обход — вечером, ночью, утром. Держите наготове фонари, свечи, керосиновые лампы типа «Летучая мышь». Светильники с открытым огнем носите осторожно, особенно возле соломы в конюшне и хлеву, возле канистр в гараже.

Правильно храните лес. Бревна, дрова, доски, щепки,

Тут все просто: остатки еды не выбрасываются ни в коем случае! Дело даже не в их кулинарных свойствах, не в кухонном искусстве поварих, не в органическом богатстве пищевого сырья, не в притчах о Теле Христовом. Над всем этим возвышается мистическое почтение русских людей к еде — альтернатива Фрейдовских подсознательных рефлексов. А под этим покоятся безмерные века голода, бескрайние некрополи погибших от недоедания. Из каждого цвелого куска на нас глядят бывшие сограждане, голодные и на том свете. Не выбрасывайте еду! Хотя бы из суеверия.

«В поварнях и хлебнях, в деловых избах гущу, крошки, отруби, капустные кочерыжки, помои, свекольные, капустные и реповые листья, заплесневевшие объедки, бражную, винную, пивную гущу, кисельные отжимки, очистки мяса и рыбы, опару — все это не выбрасывай, сортируй, складывай в старые сосуды, вышедшие из употребления в кухонном обиходе».

Ставь отходы в особом месте, корми ими рабочих лошадей, они после пахоты слопают все, не глядя. Используй вторсырье в качестве пищевой основы с прибавкой мякины, овсяной муки, отрубей, резаного сена. Смотри по составу: что-то съедят коровы, что-то — лошади, что-то подъедят свиньи и собаки, остальное расклюют куры-гуси-утки. В принципе, если скотину с детства приучить к запахам «комплексной» еды, то она и узнает, что бывают эклеры в мадере.

У вас установится очень экономичный ското-человеческий цикл. В случае глобальной опасности вы сможете погрузить свой семейный свинарник на подручное судно и спокойно перекантоваться 40 дней и 40 ночей в бурном море Апокалипсиса.

Следите только, чтобы ваши домашние животные не вылазили на верхнюю палубу — еще неизвестно, как подгнившие щи и протухшая осетрина взаимодействуют с радиоактивной манной небесной.

Однажды мы совещались с коллегами в Институте Автоматики Сибирского Отделения АН СССР. Главный Академик отсутствовал. Его зам скомкал совещание и повел нас по лабораториям. В одной из них мы обнаружили Академика в джинсах, белом халате и с паяльником. Он делал вид, что сочленяет что-то в недрах самодельного процессора.

Нам объявили смысл академического понта:

«Только так, еженедельно погружаясь на дно своей вотчины, поочередно участвуя в приготовлении самой простой пищи, разгружая на складе ящики с новой техникой, программируя что-то несусветное в вычислительном центре, настоящий Хозяин может контролировать доброкачественность, благословенность процесса в целом!».

Мы стали бывать в НИИ регулярно, но больше Академика с паяльником не видели. Он лишь иногда попадался на ревизии сауны, которую наивные финны поставили институту вместе

Тем не менее, правило повседневного погружения Хозяина на дно действительно и актуально. Ведь речь идет не о дурацкой программе освоения казенного космоса, за которую ни больше, ни меньше не получишь, как ни паяй. Речь идет, наоборот, — о собственном домашнем хозяйстве, где украденные и сожженные неловкой рукой микросхемы прямо влияют на истощение денежного сундука.

Поэтому, государь Академик, будьте любезны ежедневно «пересмотрети в погребах и ледниках, в житницах и суслопарнях, в клетях и амбарах, в конюшнях» и в бухгалтерии ключника, что там есть. Кто из обслуги чем заведует, по вашему ли указу все устроено? Не дурацким ли был сам указ?

Допросите ответственных лиц: пусть они наизусть продекламируют свои права и обязанности. Просмотрите их годовые, квартальные и текущие планы: все ли пересчитано, верно ли записано? Правомерно ли списана бочка бензина на мышей и крыс? Помните: мыши железа не едят!

Устраивайте слугам учебные тревоги. Поднимайте дворовых криком «пожар!», наблюдайте, как они спросонья бегут к табельному ведру, багру, лому. Как долбят асфальт в поисках пожарного гидранта. Как тушат собственной верхней одеждой и почечной струей учебную кучу мусора.

Тихонько включайте охранную сигнализацию. Следите за действиями охраны. Одетой ли она выбегает из караулки? Куда вставляет магазин — в автомат или в дамскую туфельку? И только после проявления явных свойств — расторопности, вороватости, самоотверженности и дебилизма — жалуйте своих бойцов кнутом и пряником.

Моделируйте нештатные ситуации, придумывайте немыслимые стихийные бедствия. У нас в донских станицах до самых перестроечных времен неплохо срабатывал уличный крик: «Станичники, войско в походе! Казаки Дон делять!». Многие инстинктивно выскакивали на улицу.

Мы с пацанами устраивали учения жильцам нижних этажей родного поселка. Устройство для инъекции адреналина называлось «стукалочка». Стукалочка состоит из четырех частей: длинной нитки, гайки, канцелярской кнопки и добровольца-смертника. Конец нитки продевается в дырку кнопки и завязывается узлом. Гайка привязывается в полуметре от кнопки. Готово!

В безлунную ночь кнопка втыкается в верхнюю перекладину оконной рамы «немецкого штаба». Гайка зависает в центре стекла. Нитка протягивается в укрытие. Самоотверженный партизан дергает ее в такт сердцебиению. Гайка стучит: «Тук-тук-тук! Вы спите, фашисты? Пора вставать!».

Сонный бюргер (после вечерней смены и заупокойной рюмки) высовывается в окно: «Was ist das? Nicht schissen!». В ответ — тишина. Только ветер гудит в проводах, тихо звезды мерцают. Семья полицая засыпает настороженно. И опять: «Тук-тук-тук…»… На третий-пятый тук у «немца» вырабатывается неплохая реакция, короткий старт. Партизан молодой еле успевает спастись бегством на островке посреди необъятной лужи.

После такой тренировки субъект восстанавливает природные рефлексы, годится для продолжения службы в SS (не путать с нашим СС — Страшным Судом).

Какие бывают поощрения и наказания? Мы уже писали о юбилейных медалях и выговорах перед строем. Награда может быть также более теплой, бытовой, семейной. Рекомендуется «привечать» отличника добрым словом. Идете по двору, а он стоит: «Здравия желаю, ваше благородие!». А ты ему тоже, с улыбкой: «И ты будь здоров, Вася, не кашляй!».