Новый альфа
Шрифт:
Повисла зловещая пауза. Я отлично понимаю, что только что прозвучала вовсе не пустая угроза. Он это сделает.
– Или? – подтолкнула я его. Огонь вокруг меня ревел, образуя нечто вроде кокона. Я пыталась в него закутаться, чтобы не чувствовать себя такой беспомощной.
– Или мы спокойно поговорим. И ты отдашь мне нужное добровольно. Идёшь?
Я, не убирая огня, пошла вслед за оборотнем. Он спокойно дождался меня и пошёл рядом.
– Скажи, ты же знаешь о своих предках?
– Догадываюсь, – хмуро откликнулась я.
– Отлично, – кивнул Висмут, улыбнувшись каким-то своим
И он замолк, ожидая моей реакции. Я его разочаровала, лишь тяжело вздохнув. Оборотень продолжил:
– Он являлся могущественным волком, порядочным семьянином, но Император из него был никаким. – Мы шли по коридору, освещённому уже белым пламенем. Его свет не был столь отталкивающим, так что мне стало немного лучше. – К сожалению, занять место альфы может другой оборотень только в том случае, если…
– Если всё живое семейство согласится, – завершила я за Снежного волка.
Он понятливо усмехнулся.
– Ты кое-что знаешь об оборотнях?
– Есть немного, – вяло двинула я плечом. Клан Пепла упоминать, само собой, не стала. Я не собираюсь откровенничать с этим волком, обаянию которого так и хочется поддаться. Этот понимающий взгляд…
Нет! Он убийца, он даже успел угрожать моим друзьям! Как я могу даже думать о доверии?
Огонь протестующе рыкнул, чуть не бросившись на Висмута. Волк успел отойти, его покрывала корка льда. Со мной такое тоже частенько происходило в минуты страха и опасности.
Ещё одно подтверждение.
– Как я могу быть одной из вас? – спросила прямо. – Почему у меня нет моей звериной ипостаси? И вы все поголовно – блондины! А я? – Показала на рыжие локоны, которые выглядели продолжением языков пламени.
На меня снисходительно глянули.
– Ипостась ещё нужно заслужить, ваше высочество. Всё-таки мы не самые обычные оборотни, рождающиеся со зверем внутри, – терпеливо пояснил волк. Вскоре мы свернули в какую-то галерею.
Тут везде висели портреты Снежных Императоров. Я узнала лица тех, кто однажды ворвался в мой сон и втаптывал в грязь. Лицо каждого кроме Даймонда, Кая и Глории. Первого Императора и моих родителей.
Но вот в сторонке находился ещё один портрет. Он слегка отличался от остальных. Предыдущие портреты были с чёрным фоном, а тут фон сиял и переливался. И девушка на картине казалась живой, что ли. Проходя мимо предыдущих картин я знала, что изображённые там волки точно мертвы, чего не могла сказать о безумно прекрасной оборотнице, изображённой здесь.
И я вспомнила девушку с доски объявлений. Её разыскивали.
Хмыкнула. Так значит, Висмут всё-таки наступил на эти грабли с иллюзией.
– Это то, как ты выглядишь на самом деле, – сказал Снежный волк, кивнув в сторону примечательного портрета. – Ты единственная представительница правящей династии Снежных.
Тут у меня образовался ком в горле. Я судорожно вдохнула, только потом поняла, отчего готова зарыдать в голос. Взгляд тут же выхватил портреты родителей, висящие рядом с моим. Они были на чёрном фоне, неподвижные.
Единственная…
Я одна. От этого стало так плохо, что голова закружилась. Неожиданно пришёл на помощь Висмут, придержавший меня за локоть. Его
взгляд выражал беспокойство и, кажется, он сам удивлялся своим чувствам.– Что случилось?
– Мои родители… – Я смотрела на портреты, словно могла их заставить сиять так же как мой. – Они мертвы?
Волк проследил за моим взглядом и глухо ответил:
– Да. – Потом подумал и спросил: – Да что с тобой не так? Ты как из другого мира вывалилась, ничего не знаешь, никого не узнаёшь. Даже не знала, что Кай и Глория мертвы?
Он попал в самую точку.
Внешне я собралась, но никто не знал, как болело у меня на душе.
– Что тебе нужно от меня?
И словно после моего вопроса внутри него что-то хрустнуло и сломалось. Он качнул головой.
– Пока что отдыхай. Ледяные големы проводят тебя до твоих покоев. И не вздумай уйти отсюда, мне бы не хотелось вновь искать тебя по всему Вапирону.
Я растерянно кивнула, Висмут так же растерянно и скомкано попрощался. Он скрылся прямо в снежном портале, взгляд у него был странный. Словно то, к чему он долго шёл, вдруг стало недосягаемым.
Власть. Тебе нужна власть, я это знаю.
Странные ледяные скульптуры подошли ко мне и сделали приглашающий жест, велев следовать за ними. Пока я шла, размышляла, почему Висмут действительно отнёсся ко мне более терпимо? Или он не такой уж и решительный враг, каким мне казался, или это попытка втереться в доверие. Скорее всего, второе.
Я возвращала себе уверенность, играя с огнём на пальцах.
Не пытаться сбежать? Ха! Сначала я получу ответы на все свои вопросы, а позже ты сам попросишь меня уйти, даю тебе слово!
Меня привели в просторную комнату с четырёхметровыми потолками. Тут всё тоже было выполнено в сине-белых тонах. Ледяные големы застыли у двери, словно ожидая моих указаний. Они напомнили обычных людей по форме, мужчин, но без черт лиц, рта, носов, глаз. Только с синими огнями, которые горели в их ледяных «головах». Выглядели они жутковато.
Я попробовала сделать самый зажатый и испуганный вид. Мало ли, вдруг Висмут сможет за мной следить через них? Вот он будет ржать, увидев, как я, к примеру, буду деловито делать подкоп.
Хм, кажется, «ледышки» совсем выключены. Я с осторожностью помахала рукой перед их «лицами». Ноль эмоций. Тогда я зажгла огонь на ладони.
Вот сейчас големы разом повернули головы с мою сторону, я даже вздрогнула от неожиданности. Подул ледяной ветер, затушив магическое пламя!
– Использовать магию огня запрещено, – бесцветно хором известили ледышки.
– Да? – удивилась я. – А вдруг мне волосы магией подсушить захочется?
– Использование магии огня запрещено, – повторили големы.
– Да ну вас, – прошипела я. Протопала к кровати, которая, не смотря на ледяную обстановку спальни и Снежной Империи в целом оказалась достаточно уютной. Я закуталась в мягкое одело, напоминающее снежную пелену.
Как странно. На ощупь точно снег, но тоже тёплое.
Рядом с изголовьем нашёлся рычаг, выключающий свет. Выключила. Само собой, спать я не собиралась, но видимость сделать можно. Только вот свет-то выключился, а големы с их синими огнями в головах подсвечивали пространство, стоя, где остановились.