Новый альфа
Шрифт:
– Да, конечно, до свиданья.
– Всего хорошего, мисс, мистер, – откланялся гном и вышел.
Я медленно села и голова тут же начала кружиться. Из горизонтального состояния переход в вертикальный оказался не слишком приятным. Захотелось лечь назад, но я усилием воли подавила этот порыв слабости. От малого до великого постепенно.
Адриан придерживал меня, когда я вставала на ноги.
– И куда ты хочешь пойти? – поинтересовался он.
– В столовую. Кушать хочется просто ужасно!
Он кинул и мы медленно двинулись в нужном мне направлении. Риан решил устроить мне допрос:
– Ты зачем
О, Риан, ты не поверишь, насколько стоила. За ту ночь я нашла достаточно необходимых мне сведений. Осталось только придумать, как я использую полученные знания, ведь Пепел всё ещё в плену. Волков нужно освободить, но каким образом? К сожалению, моя больная голова сейчас ничего не придумает, придётся подождать. А ведь они страдают, им плохо. Если бы могла, то освободила бы их сразу…
Однако вернёмся к «здесь» и «сейчас».
– Сглупила, – сказала я. На всякий случай проверила ментальные щиты, которые, на моё удивление, всё ещё были на месте. С уважением взглянула на Адриана. Он редко задаёт вопросы, потому что предпочитает читать мысли. Для него сломать мою неумелую преграду – дело пяти секунд, но друг с достоинством воспринял тот факт, что я больше не хочу показывать ему свои размышления и воспоминания. Словами не описать, как я благодарна. Риан самый лучший! Многие другие на его месте уже давно бы прочитали знания обо всех моих вылазках. Соблазн был велик, а этот невероятный полукровка не поддался. Почти прошептала: – Ты не сломал мои щиты.
Он вздрогнул и медленно кивнул.
– Признаться, мне не очень приятно, что ты закрылась от меня. Однако я понимаю, возможно, у тебя появились какие-то секреты. Каждый имеет на них право.
Хм, в его голосе послышалась нотка обиды? Вроде нет, показалось.
Отобедала я одна, Риан просто сидел рядом. Мне пришлось есть ту же еду, что готовили на сегодня для прислуги, но я не жаловалась. Еда для рабочих тут была даже лучше, чем то, что давали в школьной столовой платившим за пищу ученикам. Что за несправедливость?
Через несколько минут я сыто откинулась на спинку стула.
– Чем дальше займёмся? – поинтересовалась я. После еды даже как-то лучше стало, голова уже не так сильно гудит.
– А что ты хочешь делать? – растерялся Адриан. По моему скептическому взгляду, он понял. – Роуз, тебе работать нельзя.
– Тренировка с Данте?
– Нет.
– Уроки с Мироном?
– Тем более!
– Музей ювелирного искусства, наконец!
– Сегодня там санитарный день.
Тьфу!
– Тогда давай просто на лошадях в город прогуляемся, Дин наверняка там уже заскучал, – произнесла я тоном, не терпящим возражений.
На такое предложение Риан согласился и мы пошли к выходу. Мне пришлось некоторое время его ждать, потому что Птичку ещё требовалось подготовить к поездке. Дальше всё было уныло, скучно, зато я прогулялась и вышла, наконец-таки, за пределы четырёх стен.
***
Спать легла рано и сразу же провалилась в сон, утомлённая, казалось бы, обычной прогулкой.
Сон был странный. Знаете, я так же спала, когда разговаривала с Отарисом. Глаза были закрыты, тело расслаблено, дыхание мерное, а вот мозг не спал. Жаль только,
что если с милосердным богом я разговаривала по делу, и беседу можно было назвать приятной, то сейчас я отчаянно желала проснуться.Мне снились не монстры, но тоже своего рода чудовища. Они были великолепны и опасны, как клинки, выкованные самым искусным мастером. Я видела их по одному и примерно по десять секунд, если можно измерять время во сне. Каждый был прекрасен, однако каждый говорил мне то, что ранило в самую душу.
Самый первый незнакомец был статен. Его платиновые волосы были по-военному коротко пострижены. Сначала он меня не замечал, но когда его взгляд нашёл меня, то прекрасное лицо искажалось гримасой презрения.
– Трусиха, – прорычал он.
– Мы знакомы? – недоумённо вопросила я.
Он решил, что отвечать на мой вопрос – ниже его достоинства и просто продолжил прожигать меня свирепым взглядом до того самого момента, пока не растаял перед моим взором, как будто его и не было.
На этом странности не закончились. В мои сновидения приходили всё новые и новые личности. У всех были платиновые волосы и невероятная красота, словно все эти люди из одного очень знатного рода.
Я давно сбилась со счёту, сколько незнакомых повстречала в этом отвратительном сне. Вот какая-то женщина лет тридцати. Она счастливо улыбалась своим мыслям, я решила, что меня незнакомка прогонять или обижать не станет. На вид адекватная, впрочем, как и все предыдущие.
– Прошу прощения, – позвала я даму. Женщина встрепенулась и растерянно начала искать источник звука. Её глаза не двигались. Она слепа. – Извините, вы не знаете, где я?
К моему разочарованию, она надменно поджала губы и тоже обозвала меня:
– Позор рода. Какой позор.
Чудесно, просто чудесно. Что, лысый чёрт возьми, тут происходит?!
– Да я вас всех впервые вижу! – не удержавшись, рявкнула я на неё.
– Как ты смеешь повышать на меня голос? – возмутилась слепая.
Я не устыдилась, поводов у меня предостаточно. Кстати, она не желала растаивать и сменяться каким-то другим платиновым блондином-грубияном.
– Что я сделал плохого? Почему все меня презирают и ненавидят? Кто вы вообще?
– Кто мы? – неожиданно женщина заливисто рассмеялась. Её звонкий смех казался весенней капелью. Лицо совсем немного смягчилось. – А ведь ты должна нас знать, девочка. Но что взять с позора рода?
И эта странная личность тоже предпочла исчезнуть.
Я скрипнула зубами. Следующим нахалам уже отвечала грубо и резко. Пару раз всё-таки стало стыдно, потому что эпитеты были слишком крепкими. Но и какие оскорбления я слышала с свою сторону? Немощь, тупоголовая, никчёмная, позор, ужас, бедолага, отрепье, жалкая девчонка…
– Нет, – как-то сказала я, уже не находя сил для того, чтобы давать отпор обидчикам. Их было слишком много и они слишком умело подбирали слова.
Думаю, по моему лицу катились слёзы. Чья-то рука ободряюще сжала моё плечо. Я посмотрела на очередного блондина. У него были резкие черты лица и аристократический профиль. Ничего удивительного, каждый встречный мною был прекрасен и восхитителен.
– Почему ты плачешь?
Глупый вопрос. И крайне бестактный.
– Почему вы мне всё это говорите?