Новые русские
Шрифт:
— Идиот! Люди платят безумные деньги, чтобы попасть к нему на прием. По полгода ждут. А тебе даром в руки дается. Артемий заинтересован во мне. Он берется энергетически оснастить мою предвыборную кампанию. Несколько сеансов, и все мои соперники скиснут. Народ будет слушать только меня. Верить мне. И голосовать за меня.
— Короче, устроите массовый психоз… — не смог не съязвить Макс.
— Ничего подобного. Каждый из кандидатов будет врать свое. Им Артемий ни за какие радости не будет помогать. А мне с удовольствием. Его энергия способна внушать только чистые замыслы. Именно поэтому я остановился на экологии. Между нами говоря, всю свою деятельность он ведет через наш фонд экологической защиты.
— Понятно.
Глотов возмущен. Но спорить не хочет. Слишком мелок оппонент. Поэтому скрывает раздражение за своей вечной снисходительной улыбкой. Садится на белый диван и обращается к Максу, как к нервному больному:
— Дорогой мой, успокойся. Тебя здесь не будут ни к чему принуждать. Артемий просто поговорит с тобой. Ты же этого хотел, появившись сегодня у меня?
Макс и сам не понимает, с чего это он начал заводиться. Какая ему разница, чем занимается этот экстрасенс. Пусть попробует свои фокусы на Максе. Сразу поймет, что перед ним нормальный человек, и оставит дешевые штучки для нервных дам. Чтобы примириться с Глотовым, спрашивает:
— Он что — гипнотизер?
— Нет. Но у него огромная клиентура. В основном женщины. Он Изобрел эликсир молодости. А способностями экстрасенса пользуется редко. Поверь мне, стрессы снимает моментально.
Макс чуть не давится от смеха. Ему, биологу, рассказывают о каком-то эликсире молодости! До чего же темные люди!
— Из чего же он его приготавливает? — насмешливо спрашивает.
Глотов с опаской смотрит на дверь.
— Тише ты. Об этом ни слова. Я так, в запале сказал. И не спрашивай его об этом. Иначе меня здорово подставишь. Эликсир тебе ни к чему. Он для женщин. Найдешь с Артемием общий язык, сможешь устроить Веру на курс лечения.
— Вере, положим, молодость уже не светит, а с ним пообщаюсь, — уклончиво отвечает Макс.
Глотова раздражает ирония.
— И не экстрасенс он, и не колдун! Видишь, сколько античных ученых собрал? Между прочим, музейные экспонаты. — Для подтверждения своих слов Глотов подходит к голове греческого мудреца, стучит по ней кулаком. — Настоящий мрамор. Артемий считает себя жрецом какого-то храма. Его почитательницы уверены, что он живет второе тысячелетие.
— Бред! — кричит Макс и сам пугается своего голоса. Продолжает шепотом. — Тебя послушать, так он пил вино с тем, кого ты постукал по голове.
— А кто это? — удивляется Глотов.
— Питтак, один из семи мудрецов Древней Греции. Лет за шестьсот до нашей эры жил. Хороший собутыльник для твоего Артемия.
— Кто тебе сказал? — еще более удивляется Глотов.
— История античного мира, которую я, в отличие от некоторых, изучал.
— Вот и поговоришь об этом с Артемием, — примирительно шепчет Глотов. — А что о нем придумывают бабы, не наше дело.
Макс рассматривает бюсты. Все они выполнены превосходно. Даже выбоины, трещины и сколы выглядят натурально. Голова, под которой надпись по латыни «Нерон», имеет только челку, брови и глаза. Остальное стесано временем. Скорее всего подделка. Но впечатляет.
В комнату быстро входит Артемий. Снова подходит к фонтану и смачивает руки. Все молчат. Слышно журчание воды. Дверь открывается, на пороге появляется женщина в роскошной пушистой шубе из черно-бурой лисы.
— Артемий! Ты меня знаешь, я не уйду. Мы за месяц договаривались. Из-за тебя перенесла поездку в круиз. Делай что хочешь, но курс я должна сегодня закончить! — Не дожидаясь ответа, она разворачивается и с силой захлопывает за собой дверь.
Макс вздрагивает. Он находился спиной к женщине и не повернулся даже тогда, когда она скандально закричала. Не обращать внимание на происходящее вокруг он научился за многие годы работы
с микроскопом. По молодости реагировал на каждый возглас, на любое копошение, возникающее рядом. Терял много, времени, отвлекаясь на мелочи. Потом научился абстрагироваться от ненужных разговоров, чужих проблем и тем более чьих-то выяснений отношений. Он продолжает осматривать бюсты античных мыслителей, поражаясь богатству и великолепию коллекции.Артемий поманил пальцем Глотова. Они садятся на диван.
— Парень свой? — кивает в сторону Макса хозяин.
— Ручаюсь. Работает на кафедре биологии МГУ. Талантливый ученый. Своей жене докторскую диссертацию написал. Она — в моей команде. Правая рука. Обеспечивает научные разработки. Но что-то между ними не ладится. Давно живут. Приелись друг другу.
— Бывает… — Артемий задумчиво потирает влажными руками. — Не вовремя вы пожаловали.
— Какие-то проблемы? — забеспокоился Глотов.
— Агнец мой, коли есть женщина — есть и проблема.
— Ну, тебе ли привыкать? Ты с их племенем особо не церемонишься. Как, впрочем, и я…
Артемий вскидывает взгляд на Глотова. Понимающе улыбается. Покачивает головой:
— Ох, Борис Ананьевич, неужто за старое взялся?
Глотов темпераментно сжимает кулаки:
— Какое там взялся? Само в руки свалилось. В черных кружевных трусиках. Должен выложить тебе в подробностях, иначе забродит во мне окончательно.
— Погоди, для начала сделаем тебе массаж, а после под релаксацию поведаешь тайны варварского разврата.
Артемий встает, подходит к углу комнаты, в котором висит спускающийся с потолка толстый плетеный шелковый шнур. По своей белизне он неотличим от стены. Дергает за него. Комнату наполняет мелкий перезвон колокольчиков. Дверь тут же отворяется, и появляется блондинка.
— Фрина, проводи моего агнеца на массаж.
Блондинка делает уважительный жест рукой в сторону Глотова и сообщает Артемию, что пациентка продолжает скандалить. Артемий морщится. Глотов следует за блондинкой, на ходу подмигивая Максу. Тот в растерянности, не представляет, зачем ему оставаться наедине с фокусником. Поэтому откровенно рассматривает хозяина странной коллекции. Артемий без какого-либо напряжения выдерживает этот взгляд. Макс снова удивляется здоровому загорелому телу среди зимы. Сначала в глаза бросился загар ног блондинки, теперь рук, торса и лица Артемия. Одет он в нечто пляжное. Белые узкие брюки, кожаные сандалии на босу ногу. На плечах — накидка типа куртки. Она — без лацканов и не сходится на груди. К тому же не застрочена под мышками. Сзади выглядит, как тонкий пиджак, а спереди — узкие борта, просто перекинутые через плечи. Белый материал должен быть довольно плотным, потому что одеяние не сваливается с Артемия. В целом костюм в сочетании с тренированным загорелым телом производят впечатление стерильности и физического здоровья. Коротко стриженные волосы челкой закрывают почти весь лоб Артемия. Прямо как на головах римских императоров, стоящих у стены. Но в отличие от мраморных, его волосы золотистого цвета, словно посыпаны искрящейся пудрой. Скорее всего и впрямь посыпаны. Красивые, чуть навыкате умные глаза и большой с горбинкой нос делают лицо статично-монументальным. Подбородок резко выдвинут вперед. Наверное, в профиль Артемий похож на оперного Мефистофеля из «Фауста».
Артемий дает возможность Максу попривыкнуть к общению с ним.
— Вы, молодой человек, правильно сделали, что пришли ко мне. Вовремя пришли.
Макса такое обращение шокирует. Седины, прикрытой золотом, у хозяина ненамного больше, чем у Макса. И хоть он живет второе тысячелетие, по паспорту они близки годами рождения.
— Хотя, должен признаться, именно сегодня вы мне нужнее, чем я вам. Подчеркиваю, сегодня. Я смею предложить вам оказать мне услугу. Важную и тайную. Со своей стороны я гарантирую мою поддержку в ваших проблемах.