Чтение онлайн

Двор с квартирой над гаражом, в которой жил скульптор-багамец, был отделен от соседнего участка сетчатой оградой. Позади сетки играли в чехарду штук тридцать негритят. Увидев въезжающую в соседний двор машину, негритята бросили свое занятие и прильнули к сетке, с любопытством разглядывая паркующегося Хока. Перед самой дверью гаража, загораживая въезд, возвышалась скульптура, изображавшая, по всей видимости, какую-то птицу. Скульптура была выполнена из различных запасных частей от автомобилей. Туловище было из радиатора, а крылья — из автомобильных крыльев, как бы неуклюже это ни звучало. Птица была выкрашена красной нитроэмалью, а в глазницы чудовищного создания скульптор вставил габаритные фары. "Наверняка этот горе-скульптор подсоединит их к электричеству, —

Но тут же забыл об этом, потому что вдруг осознал, что никогда больше не увидит эту «птицу». Хок понял, что ни за какие коврижки не переселится сюда. И уж тем более не позволит переехать в этот дом Эллите.

Стоит Эллите появиться в квартире скульптора, как она моментально превратится в местную достопримечательность, на которую будут приходить поглазеть все кому не лень. И эти детишки за забором, судя по всему, тоже не дадут ей проходу.

Еще пару дней назад Хок с радостью согласился бы даже на это жилье, но теперь ситуация кардинально изменилась. Хока бросило в дрожь от одной мысли о том, что его дочкам придется оставаться тут без присмотра практически целый день. Не выходя из машины, Хок развернулся и выехал со двора. Едва задние колеса «леманса» коснулись мостовой, как в ветровое стекло врезался пущенный меткой рукой голыш. Слава Богу, стекло даже не треснуло. Орава негритят, разразившись радостными воплями, бросилась врассыпную.

Хок выехал на Саут Дикси и направился по шоссе в сторону Кендалла. Свернув на Норт Кендалл, Хок доехал до 136-й авеню, оставил машину на громадной автостоянке, прилегающей к торговому центру «Кендалл Лейкс», и отправился пешком к тому месту, где когда-то были обнаружены окровавленные шорты и футболка Мэри Роллинз. Теперь на месте поля с фасолью выросло здание закусочной, в которой подавали сэндвичи с говядиной. «Специальное воскресное блюдо» представляло собой сэндвич за два доллара девяносто девять центов, к которому давали бесплатный стаканчик «коки». Хок вошел в заведение, заказал «специальный воскресный» сэндвич и обильно полил его не менее «специальным» соусом из хрена. За прилавком заведения суетились подростки в не по размеру больших муслиновых рубахах с просторными рукавами и красных жилетиках, не застегнутых на груди. Очевидно, менеджер заведения стремился создать в закусочной средневековый колорит, но его безнадежно разрушали потертые джинсы продавцов-подростков. Столы и скамейки были намертво прикручены к полу, причем скамейки стояли довольно далеко от столов, так что посетителям приходилось обедать в совершенно неудобных позах.

Три года назад тут росла фасоль, а теперь на небольшом пятачке жались друг к другу полсотни маленьких кафешек и магазинчиков: эдакое стадо, отбившееся от вожака — огромного супермаркета «Пабликс», расположенного чуть поодаль... В супермаркет толпами валил народ, одетый в основном в футболки и шорты. Повсюду сновали маленькие дети, с аппетитом уплетавшие всевозможные вкусности, купленные родителями для того, чтобы капризные чада не мешали им бесцельно шататься по магазину.

Хок вдруг засомневался в целесообразности спецзадания, на выполнение которого бросил его и Билла с Эллитой майор Браунли. Кендалл — самый быстрорастущий район во всей округе. Там и сям в Кендалле понатыкали домов и торговых центров, и сюда понаехало народу со всей страны. О тридцати тысячах туристах уже и говорить не приходится. Более холодный «висяк», чем дело об исчезновении Мэри Роллинз, трудно было представить. Если ее все-таки убили, то тело Мэри Роллинз уже закатано в асфальт.

Конечно, Хок и не предполагал обнаружить в Кендалле какие-либо следы преступления трехлетней давности, но он все же не думал, что вместо рядов фасоли обнаружит огромный супермаркет. Хок доел сэндвич, запил его «кокой», встал из-за стола, направился к стойке и, предъявив полицейский жетон, потребовал у продавца-подростка телефон. Оказалось, что телефонный аппарат находится в подсобке. Парень проводил туда Хока и стал нервно переминаться с ноги на ногу, пока Хок накручивал диск телефона.

— Сынок, это конфиденциальный полицейский разговор. Выйди, пожалуйста, из комнаты и закрой за собой дверь, — сказал Хок.

Юноша нехотя повиновался.

Эдди

— Здравствуйте, Эдди. Это сержант Мозли. Эллита, часом, не оставляла для меня телефон?

— Секундочку, сержант. Он у меня тут где-то записан.

Хок подождал, пока Эдди найдет у себя бумажку с номером, а потом записал продиктованные Коэном цифры в блокнот.

— Это номер телефона-автомата в Делрей-Бич, сержант. Мисс Санчес сказала, что будет ждать возле автомата вашего звонка ровно в два часа. Если вам не удастся позвонить ей в два, то не звоните по этому телефону вообще, потому что мисс Санчес ждать не будет. Сразу после двух она возвращается в «Эльдорадо».

Хок взглянул на часы. Половина первого.

— Я все понял, Эдди. Если вдруг мисс Санчес позвонит еще раз, передайте ей, что я направляюсь в управление и позвоню ей оттуда ровно в два часа.

— Есть, сержант. Еще какие-нибудь указания будут?

— Да. Ни в коем случае не выключайте кондиционеры в моем номере и в комнате мисс Санчес.

— Но я их уже выключил, сержант. Мистер Беннет сказал, что...

— Мне наплевать на то, что сказал мистер Беннет. Идите и включите их прямо сейчас. Понятно?

— Я сейчас поищу Эмилио...

— Не надо искать Эмилио. Поднимитесь в номера сами и включите оба кондиционера. Сейчас же.

— Если вы так настаиваете...

— Да, настаиваю. — Хок повесил трубку.

Прежде чем покинуть закусочную, Хок купил двухсотграммовую бутылочку «специального» соуса из хрена и поблагодарил юношу за прилавком за то, что тот позволил полицейскому воспользоваться телефоном.

Вернувшись в управление, Хок зашел к себе в офис и включил настольную лампу. Через пару минут на пороге его офиса возникли двое детективов, дежуривших в это воскресенье. Они стояли в нерешительности, ожидая, что Хок пригласит их войти, но Хок и не думал этого делать. Оба детектива были одеты в драные джинсы, стоптанные кроссовки и грязные футболки. У обоих длинные волосы. И тот, и другой при бороде. Кеведо был на несколько лет старше Донована, но оба считались опытными детективами, поскольку работали в отделе уже четвертый год. Детективы походили на бродяг, которые болтаются днями напролет в Бейфронт-парке и в гавани. И это было неудивительно, поскольку именно там дневали и ночевали всю последнюю неделю Кеведо с Донованом. Месяц назад кто-то облил двух спящих бродяг бензином и поджег несчастных. Бродяги сгорели заживо, и теперь Кеведо с Донованом выполняли роль подсадных уток, надеясь схватить убийцу.

— Я слышал, что у тебя спецзадание, Хок, — решился наконец, нарушить молчание Донован.

— Мало ли, что ты слышал, — не слишком вежливо ответил Хок.

Кеведо показал на стопку папок:

— Не многовато ли дел для одного человека? — спросил он.

— Не то слово, — согласился Хок. — Как успехи? Нашли «факельщика»?

— Нет еще, но есть подвижки.

— Отлично. Не буду вас тогда задерживать. — Хок вдруг рыгнул, и во рту у него появился кислый привкус соуса из хрена. Желудок моментально скрутило узлом.

— Мы тут в буфет собрались, — сказал Кеведо. — Тебе принести кофе?

— Нет, спасибо. — Хок вытащил из кармана бутылку с соусом. — Кеведо, вот тебе подарок. Я знаю, что тебе нравятся острые соусы. Попробуй.

— А как же ты? — спросил Кеведо, принимая бутылку.

— А я две бутылки купил. Одну оставил в машине. Бери, бери. Классно идет к гамбургерам.

— Спасибо, Хок. Спасибо большое.

Двое детективов удалились. Хок встал и закрыл за ними дверь. Затем сел за стол и проводил взглядом Кеведо и Донована до самого лифта.

Значит, кто-то уже проговорился. Кеведо и Донован что-то пронюхали про «висяки» и зашли самолично удостовериться в том, что слухи верны. Это означает, что скоро у Хока станет одной проблемой больше. Про «висяки» пронюхает пресса, а когда еще и Морроу предъявят обвинение, то от репортеров отбоя не будет.

И что он им тогда скажет? Что командира Морроу раскололи по чистой случайности? Что он еще лаже не успел ознакомиться со всеми старыми делами? В Майами ничего нельзя сохранить в тайне: несмотря на огромную численность населения Майами напоминает небольшой городок, где всем до всего есть дело, и все друг про друга все знают.