Новая реальность
Шрифт:
— Это больше похоже на фантастику, — колко подметил Романенко.
— Любая фантастика рано или поздно может стать реальностью. История это нам уже неоднократно доказывала, — Беляков посмотрел на часы и удивлённо поднял брови. — Ох, уже почти час ночи. Благодарю, что составили мне компанию, однако, я вынужден прервать беседу, время позднее, а вставать нужно будет рано. Если не посплю хотя бы часиков 6–7, то завтра буду как выжатый лимон.
— Я вас понимаю. Мне тоже стоит выспаться, Завтра утром сразу в часть — докладывать о прибытии, а потом на вахту. Возможности вздремнуть не представится до самого вечера.
— Что ж, в таком случае спокойной ночи вам, Алексей.
— И вам спокойной, Владимир Станиславович.
Они легли спать.
— Чёрт, не хватало ещё завтра докладывать сонным, с заплетающимся языком. Полковник не оценит юмора, — пробурчал себе под нос Лёша, затем с завистью взглянул на Белякова, который мирно сопел на нижней противоположной полке.
От нечего делать он решил получше рассмотреть флешку, из-за которой чуть не погиб. До сего момента ему не представилась такой возможности, так как времени было в обрез и нужно было скорее уезжать из города. Сейчас же времени у него было предостаточно. Включив светильник у себя над полкой, Романенко достал флешку из кармана и взял за углы двумя пальцами обеих рук. Флешка представляла собой прямоугольник серебристого цвета с идеальными углами без каких-либо выпуклостей или вогнутостей. Её габариты составляли: 4 см, 1.5 см, 0.5 см — длина, ширина и высота соответственно. Никаких признаков фирмы производителя или надписей, указывающих на объем флешки не было. Корпус сделан из металла, место соприкосновения колпачка и корпуса почти не заметно, подогнано очень точно и плотно, шнурок — 20 см длиной, что-то типа металлической сетки, которую используют для заземления кабелей, только эта явно прочнее. Она соединялась с флешкой хитрым замком. Романенко потратил минут 5, пока сообразил, как его отстегнуть и застегнуть обратно, но когда понял принцип, изумился, насколько всё надёжно и прочно, а главное не по-нашенски, таких конструкций защёлки он раньше не встречал.
Рассматривая флешку, он вдруг услышал какой-то странный звук. Он был тихим и напоминал детское хныканье. Звук длился пару секунд, затем его перекрыл и стих другой — как будто детское хныканье унесло стихающим ветром. Всё бы ничего, но звук по ощущениям Романенко шёл прямо из-за закрытой двери их купе. Кроме того, какой ещё ветер внутри вагона. Ну и, наконец, звуки были какими-то слегка неестественными — они то появлялись, то пропадали каждые несколько секунд.
— Что это было? Неужели это у меня уже звуковые галлюцинации на нервной почве?
Романенко ещё минуту вслушивался в стук колёс и сопение Белякова. За окном поезда шёл несильный дождик.
— Наверное, показалось. Схожу-ка в гальюн, — сказал про себя Алексей.
Романенко перед выходом из купе проверил на месте ли небольшой морской кортик. Кортик был именной, сделан из дамасской стали, мог прошибить 5-ти копеечную монету, если уронить с высоты в полтора метра. Это была награда за блестящее выполнение важной боевой операции в Тихом океане. Этот кортик был дорог ему как память, как выражался сам Алексей.
— Что это? — из паспорта несостоявшегося грабителя, который он перекладывал из кармана в карман, когда удобнее устраивал кортик, выпал пластиковый прямоугольник.
На нём было ФИО того человека, который пытался забрать флешку, номер мобильного телефона и название фирмы, где он, по-видимому, работал — медиа-холдинг «Парадокс».
— Парадокс? Хм, странное название для медиа-холдинга… И должность — менеджер по связям с общественностью, — пробормотал Алексей. — Хорошие же у него навыки коммуникации. Наверное, это новый метод убеждения клиентов и я просто отстал от жизни, — Лёша почесал затылок, вспоминая встречу с бандитом.
Затем он перевернул визитку.
На обратной стороне был изображён циферблат, закручивающийся по бесконечной спирали. В каждом витке спирали стрелки часов показывали разное время. Всё это было изображено на фоне ещё одних, стилизованно вращающихся стрелок часов.— Это что, логотип фирмы? Им точно стоит сменить дизайнера, — Лёша положил визитку в карман штанов. Нужно будет узнать, что это за медиа-холдинг, и кто напал на меня. Надеюсь, Роман поможет с этим.
Роман Тепляков — так звали человека, которому Лёша хотел отдать флешку на дешифровку. Он был лучшим дешифровщиком, чуть ли не во всём флоте. Когда-то Роман работал в ФСБ в отделе обеспечения компьютерной безопасности систем и сетей. Затем перевёлся служить на флот первым помощником капитана. Криптография всегда давалась ему легко. Он наизусть знал все существующие алгоритмы шифрования и даже придумал несколько своих. В данном случае он подходил Алексею идеально. В его способностях Романенко не сомневался ни секунды.
Алексей спрятал паспорт напавшего на него человека в карман, выключил светильник, слез с полки и обул туфли. В правую руку он взял кортик, так как не знал, чего стоит ожидать, и решил, что лучше перестраховаться, но держал его скрытно, чтобы не напугать случайных встречных. Когда он подошёл к двери купе, то немного помедлил перед ней, не решаясь открыть, всё-таки тот непонятный звук оставил неприятный осадок. Но потом он, всё же, пересилил себя и открыл дверь купе. За дверью, как он и предполагал, никого не оказалось. Лёша посмотрел направо, затем налево — никого. Тёмный пустой коридор, освещаемый лишь светом проносящихся мимо фонарей.
Он всё же решился выйти и осмотреться. Пройдя из одного конца вагона в другой, Романенко не обнаружил ничего подозрительного. Он остановился возле выхода в тамбур и решил перекурить. Курил он редко. Ему не улыбалось заболеть раком лёгких или просто кашлять по ночам аки бешеный. Он курил только в моменты большого волнения, например, перед какой-нибудь ответственной и сложной военной операцией. Всё, что, случилось с ним за последние 10 часов, явно заслуживало одной сигареты.
Куря и стряхивая пепел в приоткрытое окно, Романенко размышлял над случившимся, над тем, кто стоит за вечерним нападением, над тем, что за информация находится на флешке, а главное над тем, что делать дальше, когда (и если) данные расшифруют. Пока что напрашивалась только одна мысль — нужно предупредить Гену о том, что, возможно, ему тоже грозит опасность. Ведь тот, кто на него напал, точно знал, что ему нужно, а значит, за ними следили. Эта мысль была настолько очевидна, что он сам себя начал ругать за то, что не додумался до этого раньше. Он тут же достал из кармана телефон и набрал номер Гены. В трубке раздался длинный гудок, за ним второй, третий…
— Ну же, Гена, бери трубку!
В трубке прозвучал последний гудок, а затем послышался сигнал, означающий, что дозвон окончен. Лёша повторно набрал его номер — результат был такой же. Он посмотрел на время — почти 3 часа утра.
— Зная Гену, он должен был взять трубку. Что-то здесь не так.
Романенко набрал его номер в третий раз, но на звонок никто не ответил. Тогда Лёша положил телефон в карман, терзаемый нехорошими мыслями.
— Нужно поскорее добраться до части, отдать флешку Роману и ещё раз попробовать связаться с Геной, — решил он.
Вся история с флешкой начинала попахивать жареным, и Алексей хотел как можно быстрее покончить с этой авантюрой. В этот момент его организм настойчиво дал ему понять, что если он в ближайшее время не посетит туалет, придётся менять ниже бельё заодно со штанами. Он подошёл к туалету и подёргал ручку — заперто. Что ж, видимо, не его одного припёрло в ночной час. Хотя он вышел из купе уже довольно давно, и за это время никто больше в тамбуре или коридоре не появлялся.
— Что-то ты, Лёша, стал слишком подозрительным… Спокойнее, нервы-то не казённые, — сказал он, успокаивая себя. — Может, у человека несварение.