Ночные птицы. Памфлеты
Шрифт:
«Никто из нас,— говорит староста, примиряя Сойку с референтом полиции,— не думает отрицать огромной и незаменимой роли церкви в борьбе с разными антиобщественными направлениями. В первую очередь, подчеркиваю это, никто из подчиненных мне функционеров не отрицает. Думаю, что это мое замечание будет для отца-помещика достаточным оправданием того недоразумения, которое здесь случайно произошло. Что же касается самого случая на Коссовой горе...
И отец Сойка уже знал, что дело с происшествием будет улажено как следует.
Три фигуры склонились деловито за столом и стали изучать способы, которые могли бы охранить праздник на Коссовой горе от выступлений противогосударственных элементов...»
И, кто знает, подсмотри эту трогательную сцену единения светской власти пилсудчиков с
Таково вкратце содержание философского романа, написанного уроженцем Западной Украины и человеком, который всегда смело и решительно выступал против церкви и воспитанных ею украинских фашистов из шаек Мельника и Бандеры.
Чем же объяснить, что писатель-революционер Степан Тудор посвятил столько сил, времени и таланта для создания романа о греко-католическом духовенстве и Ватикане? И как он смог его написать?
Не в сытом благополучии семинарской жизни, не в монастырских кельях изучал он существо религии и обманную противоречивость ее основ. Выходя на единоборство с этим опасным, тысячелетним врагом прогрессивного человечества, Степан Тудор-Олексюк надеялся исключительно на собственные силы, на богатый жизненный опыт, на глубокую убежденность в правоте учения Ленина.
Он родился 25 августа 1892 года в селе Поникве, тогдашнего Бродского уезда Галиции, в крестьянской семье. Учился в сельской школе, затем — в средней, в Бродах. Одним из его соучеников был, между прочим, будущий писатель-антифашист Юзеф Рот, разоблачивший нравы императорской Австро-Венгрии в своем превосходном романе «Марш Радецкого» — произведении, которое остается в памяти читателя на всю жизнь. Тудор затем кончает гимназию в 1913 году во Львове, накануне первой мировой войны. Когда поблизости от его родных мест, на австро-русском кордоне, после выстрела в Сараеве загрохотали пушки этой новой бойни, Степана Тудора немедленно призывают в австрийскую армию. Он находится на фронте до сентября 1915 года и, к большому счастью для себя и для своего будущего, попадает в русский плен.
Он работает на сахарном заводе в Касперовке, на Киевщине, пробует зарабатывать себе на жизнь преподаванием немецкого и латинского языков в Тараще. После Октябрьской революции едет в Киев, думая попасть в университет. Но из этого замысла ничего не выходит. Он переезжает в Конотоп, где ему угрожает немецкий арест. Бежит. С июня по октябрь 1918 года он уже читает лекции на железнодорожных курсах в Киверцах и Шполе и вскоре принимает участие в восстании против гетмана Скоропадского, создавая поблизости от Смелы и Шполы красные крестьянские отряды. После установления Советской власти он учительствует, заведует волостным наробразом в Белокоровичах и весной 1923 года, как бывший галичанин, возвращается с семьей на родину. С 1924 по 1926 год он учится в университете и устанавливает связи с Коммунистической партией Западной Украины. Все то, что он видел на «большой Украине»: рождение Советской власти, борьба с ее врагами,— очень помогает ему здесь, в Галиции, где с каждым новым днем усиливается режим захватчиков, отторгнувших с согласия Антанты эту коренную украинскую землю от всей Украины.
В 1927 году Тудор учительствует в Черткове, на Тернопольщине, и, еще даже не будучи членом партии, проводит там партийную работу и готовит первую уездную партийную конференцию. Украинские националисты лишают его работы в школе. Тудор уезжает во Львов, принимает участие в создании революционного журнала «Виша» и всецело отдается литературно-редакторской работе. Он сплачивает силы революционных литераторов, преследуется полицией и радостно встречает осень 1939 года — приход Красной Армии. Его прекрасный доклад «Культура и фашизм», произнесенный на конгрессе защитников культуры во Львове весной 1936 года, хорошо помнят все его товарищи и прогрессивная интеллигенция Львова. Отнюдь не случайно поэтому избранный депутатом украинского Народного собрания во Львове Степан Тудор вместе с другими депутатами от всего сердца голосует за
провозглашение Советской власти на его родной земле.В многогранной деятельности Тудора, позволяющей ему видеть, кто именно мешает победоносному шествию новой жизни на родной земле, есть главная цель — написание большого романа, обличающего религию, каким и явился «День отца Сойки». Выступая в этом романе один против многоликой братии обманщиков в черных реверендах, Степан Тудор одержал большую победу, плодами которой пользуются сейчас миллионы атеистов не только в России и на Украине, но и в Литве, Белоруссии, Латвии и Чехословакии.
Почему же возник у Тудора замысел именно такого, а не другого романа? Почему он пошел на бой с агентурой седобородого графа Шептицкого?
Давайте расширим фабулу романа.
Хотя Западная Украина, основной район действия Михаила Сойки, до недавнего времени являлась весьма небольшой территорией всей религиозной экспансии воинственного клерикализма, в ее истории с предельной выразительностью отражены те главные методы завоевания верующих, земель и доходов, к каким прибегает церковь и сегодня на разных континентах земного шара.
Еще задолго до насильственного введения унии, которая преследовала цель соединить религиозную экспансию рвущегося на Восток папства с захватническими планами польских королей и феодалов, церковь беспощадно подавляла и грабила западных украинцев. В своем известном стихотворении «Когда мы были казаками» великий кобзарь Украины Тарас Шевченко ставил знак равенства между ненасытными ксендзами и магнатами, которые разжигали национальную рознь между польским и украинским народами.
В 1911 году в австрийском тогда Кракове вышла на польском языке разоблачающая папство антиклерикальная книга Францишека Млота «Мешок Иуд, или Разговор о клерикализме».
В этой книге приводятся очень интересные данные о методах католической агентуры в тех местах, где разворачивается действие романа «День отца Сойки».
«В Восточной Галиции клерикалы примирились с вшехполяками (сторонники правых буржуазных партий Польши) и, действуя заодно с ними, обманывают польских крестьян, утверждая, что они прежде всего защищают польскую народность. Однако это утверждение является бесстыдным враньем. Не о польской народности заботятся клерикалы и вшехполяки, а о спасении подольской шляхты, против которой русские и польские крестьяне хотят бастовать... Наилучшим доказательством того, что польская национальность отнюдь не интересует клерикалов, является тот факт, что ксендз Гораздовский по договоренности с архиепископом Бильчевским основал во Львове немецкую школу для католических детей. В эту школу приглашены из Германии школьные братья, известные своей аморальностью и тупостью. В Галиции епископы предают проклятиям всякого рабочего и крестьянина, который осмеливается читать социалистические газеты».
Так вели себя паписты гораздовские и бильничевские во время существования империалистической Австро-Венгрии. Когда же Австро-Венгрия распалась, архиепископ Юзеф Бильчевский, как мы расскажем дальше, лобызался во Львове с генералом Юзефом Галлером, присланным Антантой из Франции подавлять стремление галицийских украинцев к государственной самостоятельности; тот же Бильчевский благословлял американских и французских летчиков, улетающих бомбить с аэродромов Галлера восставших украинцев, а затем и Первую конную армию Буденного.
В сентябрьские же дни 1939 года, когда Гитлер напал на Польшу, воспитанники немецкой школы ксендза Гораздовского прилетели с гитлеровских аэродромов на бомбежку Львова на самолетах типа «Хейнкель» и «Юнкере»...
Одним из наиболее агрессивных католических орденов в мире и поныне является орден тех самых иезуитов, под руководством которых молодой богослов Михаил Сойка, находясь в Риме, перелистывал кровавую историю папизма и, подавляя в себе внутренние колебания, готовился к великой миссии на Востоке. Иезуиты проникают в страны Африки и Латинской Америки, ведя отчаянную борьбу за сохранение колониальных режимов. Они приложили свои руки к убийству Патриса Лумумбы и всячески поддерживают сейчас Чомбе и Мобуту в Конго. В Галиции им и бельгийскому ордену отцов-редемп-тористов был поручен надзор за греко-католической церковью.