Никому не уйти
Шрифт:
— Мы храним все публикации академии с момента ее создания в 1974 году, — ответила мисс Тит. — Бюллетени находятся в архивах — вместе с двойными информационными листками, которые распространялись в начале каждой недели и содержали описание запланированных мероприятий.
— Замечательно. Не могли бы вы выслать мне копии подобных листков за апрель 1987 года?
— Ну, это дело не одной минуты. Я поставлю вас на очередь. Какой ваш адрес?
— А нельзя ли прислать их по факсу?
— Конечно нет. Ваш адрес?
Итак, Фрэнк понял, что ему придется ждать. В Чикагском университете, будучи новоиспеченным ассистентом профессора, он прождал более месяца, прежде чем ему по его просьбе соизволили распечатать экзаменационные
Апрель 1987 года…
Он снова посмотрел на фотографию. Сорокалетний Боз в окружении будущих полицейских… Что ему там было нужно? Фрэнк взглянул на часы: даже с учетом разницы во времени он сейчас вполне мог позвонить Меланктон.
— У меня все еще хранится ваше досье на Боза, — сказал он Патриции по телефону, после того как приехал в замок и поднялся на «преподавательский» этаж. — В нижней части каждого документа имеется шифр QFL. Что он означает?
Вопрос Фрэнка удивил Патрицию.
— Что вы задумали, Франклин? Вы хотите как-то воспользоваться нашими документами? Предать их огласке? Упомянуть в своей книге? Хотите еще глубже запихнуть нас в дерьмо? Я вас сразу предупреждаю, что все копии материалов, которые мы вам передали, не соответствуют оригиналам. Если вы задумали показать их каким-то третьим лицам, то ФБР сразу же заявит, что они — ложные. Вы, наверное, заметили, что там нигде не фигурируют имена наших агентов и что отчеты не подписаны. Поэтому данные материалы — не более чем бумажки с какими-то измышлениями. Ваша петарда не взорвется, Фрэнк.
— Подождите, Патриция, не кипятитесь. У меня совсем другие намерения. Так что же означает это QFL? Просто бессмысленный набор букв?
— Нет. Подобные буквы на документе означают, что данный документ зарегистрирован в библиотеке ФБР в Квантико, штат Вирджиния.
Фрэнк вздрогнул: похоже, дело тронулось с мертвой точки.
— А у кого туда есть доступ?
— Только у сотрудников ФБР. Но даже им, чтобы получить какой-нибудь документ, нужно предъявить постановление о проведении расследования, подписанное начальником их подразделения. Такой ответ вас устраивает? Теперь, будьте добры, объясните мне, что за возню вы затеяли?
Фрэнк не стал возражать. Он рассказал Меланктон о письме по электронной почте, о фотографии, о шифре, о подписи «Боз».
— В послании, кроме этих трех букв, есть еще и буквы ISBN с цифрами. Что это может означать?
— Возможно, имеется в виду книга или какая-нибудь другая публикация, автором которой является сотрудник ФБР, причем необязательно рассчитанная на широкую публику. Если это и в самом деле так, то нужно обращаться не в архив, а в библиотеку академии. Вам ведь известно, что в Квантико, кроме научных лабораторий, находится еще и центр по обучению новых агентов.
— Вы сказали, публикация? А что это за публикации?
— Дело в том, что ушедшие в отставку агенты частенько пишут мемуары. Они рассказывают в них о тех или иных расследованиях, в которых принимали участие, и о методах, которые они использовали. Таких мемуаров на витринах книжных магазинов становится все больше и больше. Это сейчас в моде. Некоторые из фэбээровцев, уйдя в отставку, сразу же начинают появляться в телевизионных передачах или же устраиваются на высокооплачиваемую работу в качестве консультантов на съемках детективных сериалов. Руководителям ФБР подобные действия бывших сотрудников, конечно, не нравятся, потому что те мало-помалу раскрывают нашу методику работы по расследованию преступлений. К счастью, большинство бывших агентов не такие уж беспринципные люди. Они, конечно, печатают свои воспоминания, однако эти публикации
хранятся в специальных библиотеках и предоставляются в пользование исключительно другим агентам, а особенно «новобранцам». Эти QFL и ISBN, видимо, и являются шифром подобной публикации.— Тогда мне нужно, чтобы вы помогли мне ее разыскать.
Патриция тяжело вздохнула.
— Это не так просто, — сказала она. — В моем распоряжении теперь нет никаких рычагов. По правде говоря, с момента моего приезда в Небраску я нахожусь на испытательном сроке. Если я нарушу данное мною обещание и пошевелю хотя бы мизинцем в отношении этого — уже как бы похороненного — расследования, то я погибла.
— Но вы же слышали, что сегодня ночью Боз прислал мне…
— Эти послания, Франклин, вам прислал не Боз, а тот, кто прикрывается его именем! Может, это какой-нибудь кретин, у которого был доступ к материалам нашего двенадцатилетнего расследования! Так что я тут больше ни при чем. Мне нет никакого смысла рисковать.
— Смысл может появиться сразу же, как только удастся раздобыть эту публикацию в Квантико.
— Сожалею, но я сейчас скована по рукам и ногам. Да и вам лучше забыть обо всем этом, Франклин.
— То есть вы мне не поможете?
— Нет.
Фрэнка охватило отчаяние.
— Позвоните мне, если разузнаете что-нибудь новенькое в этой истории с фотографией, — попросила Патриция. — Ну а я займусь своими третьесортными расследованиями.
— Подождите, не кладите трубку!
Фрэнк решил пустить в ход свой последний аргумент, по сути дела единственный имеющийся у него козырь.
— Если я не ошибаюсь, до вас Беном Бозом занимались и другие бригады ФБР?
— Да. Таких бригад было четыре.
— И все они были расформированы по приказу вышестоящего начальства в связи с подозрениями относительно того, что у Боза в структуре ФБР есть свой человек. Ваша бригада — «Последнее слово» — создавалась с учетом данных подозрений.
— Ну и что? Теперь это уже в прошлом.
— А вам не кажется странным, что мертвый Боз своим посланием намекает нам на полицейскую академию и на какое-то конкретное досье, имеющееся в фэбээровском «муравейнике» в Квантико?
Меланктон молчала.
Фрэнк решил надавить еще сильнее.
— Если вы съездите в штаб-квартиру ФБР и поговорите там об этом обстоятельстве со своими новыми начальничками, то я гарантирую, что они к вам прислушаются.
Фрэнк ждал ответа Патриции. Ему казалось, что она не устоит перед возникшей возможностью раскрыть «шпиона» Боза в ФБР. Однако после довольно продолжительной паузы Патриция сказала:
— Франклин, я не стану ничего говорить своим «новым начальничкам», как вы их называете. Боюсь, что вы недооцениваете тот удар, которому подверглось ФБР в ходе скандала, разразившегося в результате всей этой истории. Пройдут многие годы, прежде чем мы сумеем от него оправиться. Поэтому я не собираюсь, как последняя дура, морочить голову своему руководству этими анонимными посланиями! Я знаю, что мы никогда не сможем выяснить, от кого они пришли! А если вы будете продолжать разыгрывать бурю в стакане, Франклин, то имейте в виду, вам недолго и самому попасть под подозрение!
— В общем, вы ничего не станете делать…
— Именно так — ничего. Я не хочу никуда выезжать из Небраски. Но… — Меланктон помедлила. — Я могу кое-кому позвонить. И посмотреть, что из этого выйдет. Мне нужен где-то час. Я вам перезвоню.
Она положила трубку.
Фрэнк глубоко вздохнул, а затем, победоносно воскликнув «Наша взяла!», театральным жестом повесил телефонную трубку.
Вернувшись домой, Франклин вдруг осознал, что он сейчас — единственный человек, все еще продолжающий расследование, касающееся преступлений Бена Боза, прах которого разбросан по прибрежному песку где-то на островах Мадлен.