Чтение онлайн

— По Цузе, кстати, у меня есть ряд предложений, — произнес Томас.

Дождавшись поощрительного взгляда Кейтеля, начальник службы экономики обороны и вооружения продолжил.

— Необходимо создать лабораторию компьютеростроения под его руководством и обеспечить ее необходимым финансированием. Возможно даже – первоочередным. Этот момент еще требует изучения. Если генерал-фельдмаршал не возражает…

— Поддерживает, — благосклонно кивнул Кейтель.

— …То это я возьму на себя. С учетом особой важности и секретности его исследований, считаю необходимым имитировать гибель Цузе.

— Его, и всей семьи, — поправил Томаса Канарис. — В сегодняшней неразберихе это будет сделать особенно просто. План уже разработан, группа моих сотрудников готова приступить к его исполнению немедленно.

— Дать

какие-то статьи в газетах? — поинтересовался Рейнеке. — О том, что он лжеученый, или наоборот, о том, что германская наука понесла невосполнимую утрату, научный мир скорбит и так далее?

— Это лишнее, — не поддержал инициативу главы департамента общих вопросов шеф Абвера. — Его исследования малоизвестны. Достаточно небольшой заметки о смерти изобретателя, а также о том, что его изобретение восстановлению не подлежит. Заметка для «Берлинер тагеблат» уже подготовлена. Полицейские протоколы осмотра места происшествия – тоже.

— Хорошо, — согласился Кейтель. — Томас, оформите его завтра в свою службу по высшему допуску и организовывайте лабораторию. Канарис…

Генерал-фельдмаршал подвинул к шефу Абвера телефонный аппарат.

— Действуйте.

— Да, мой фюрер, все прошло по плану, без эксцессов, — произнес Гиммлер, поблескивая стеклами пенсне. — Мы, правда, рассчитывали на более деятельное участие ОКХ… [9]

— Генрих, вот не надо, а? — поморщился фон Браухич. — Если полиция не справляется с беспорядками, которые устраивает СС, то это твои проблемы. В конце концов, ты в обоих ведомствах главный.

— Прекратить цапаться! — приказал Гитлер. — Гиммлер, продолжайте.

— Слушаюсь, мой фюрер. Волнения удалось организовать по всей Германии. Уничтожено полностью двести шестьдесят семь синагог и восемьсот пятнадцать еврейских магазинов, — никакими записями во время доклада рейхсфюрер не пользовался, докладывая по памяти. — Более тридцати евреев, точное число уточняем, убито. Арестовано и сейчас готовится к отправке в концлагеря порядка двадцати тысяч евреев.

— А также погиб сотрудник Абвера, занимавшийся «объектом К», и вся его семья, — мрачно заметил Канарис. — Какие-то мерзавцы воспользовались беспорядками для того, чтобы ограбить честного немца. Нет, мой фюрер, мы проверили – к деятельности враждебных разведок это не относится.

— Неприятный инцидент, — нахмурился Гитлер. — Впрочем, он умер за величие германского народа, как настоящий солдат. Представьте его к посмертной награде. Дайте Борману [10] данные на него, пускай напишет родственникам соболезнование от моего имени. Гиммлер, у вас все?

— Да, мой фюрер.

— Очень хорошо, партайгеноссе. Теперь по объекту… Карлу Геббельсу. Устройте мне, кстати, с ним личную встречу. Интересно. Я внимательнейшим образом ознакомился с вашими докладными записками. Канарис, какова вероятность того, что код «Энигмы» действительно расшифруют? Мальчик, помнится, даже истерику закатил, когда ему предложили натурализацию через Киль?

Вильгельм Канарис поднялся и ответил:

— По поводу «Энигмы» я готов ответить фюреру лишь без посторонних.

Адольф Гитлер почти минуту рассматривал шефа Абвера, после чего произнес:

— Хорошо, герр вице-адмирал… Мы обсудим это. Рёдер!

— Да, мой фюрер!

Пожилой командующий флотом, джентльмен до мозга костей, лично приложивший много сил к тому, чтобы в Германии о человеке с хорошими манерами начали говорить «словно флотский», старался не показать, насколько он шокирован участием высших лиц

государства в ночном погроме, и сосредоточился на своих обязанностях.

— Вы все еще поддерживаете представленный вами план развития флота с учетом возможной войны с Англией?

— Я не готов ответить немедленно, мой фюрер, — признал гросс-адмирал. — Планы войны с Англией флотом просто не рассматривались, равно как и с США. Впрочем, с учетом озвученного нам опыта Перл-Харбор, авианосцы необходимы, так что и «Граф Цепеллин», и недавно заложенный «Z2» полагаю нужным достроить в кратчайшие сроки. Легкие крейсера нам бы не помешали, но, я полагаю, мы сможем вооружить достаточное количество вспомогательных крейсеров для ведения рейдерской войны. А вот программу постройки линкоров полагаю своевременным свернуть и начать строительство U-ботов.

— Обоснуйте, гросс-адмирал.

— Начнем с гибели не спущенного пока «Бисмарка», мой фюрер. — Рёдер вздохнул. — Увы, «объект К» и военно-морскую историю знает плохо, но хоть лучше всей остальной. Он готовился поступать в навигационную.

— Читал-читал, — отмахнулся рейхсканцлер. — Размен «Бисмарка» на «Худ», это явно не то, что нас может устроить. Скажите, вы считаете ненужным достраивать «Бисмарк» и «Тирпиц»?

— «Бисмарк» почти достроен, пригодится, — пожал плечами командующий ОКМ. [11] – «Шарнхорст» тоже практически готов, в январе введем в строй, «Гнейзенау» – не позднее мая. А насчет «Тирпица» нужно заключение аналитиков и штабные игры. Верить этому… Как он это называет? Ламеру – опасно, да и через полгода мы планировали спустить «Тирпиц» на воду. Класс «Дойчланд» слишком дорог, да и бронирование на этих обрез-линкорах явно недостаточное. Даже если б у нас было пять «Бисмарков» – этого все равно мало, чтобы соревноваться с британским надводным флотом. Ко всему прочему, французские крейсера класса «Сюфрен» своим появлением свели ценность «Дойчландов» почти на нет, не говоря уже о том, что лягушатники могут поставить на поток класс «Альжери». Это если говорить о Франции. Серия «Адмирал Хиппер» кажется мне не слишком удачной, это, в конце концов, тоже дитя версальских и вашингтонских ограничений, но все же лучше, чем ничего. Три корабля этого класса уже спущены на воду и один в ближайшее время будет полностью готов. «Блюхер» и «Принц Ойген» полагаю необходимым ввести в строй, а «Зейдлиц» и «Лютцов» продать СССР. Лучше, конечно, Англии – пусть они с неудачными силовыми установками мучаются, но они же не возьмут.

— Риббентроп?

— По сходной цене можно попробовать продать в Латинскую Америку, мой фюрер. — министр иностранных дел на мгновенье задумался. — Возможно, по одному кораблю возьмут Швеция и Финляндия, хотя насчет президента Рюти я сильно сомневаюсь, да и где он будет его достраивать – в Хельсинки, что ли? Идеально было бы продать Японии, она больше не считает себя ограниченной Вашингтонским военно-морским договором.

— Изучите вопрос, Иоахим. Я надеюсь на вас. А вы, Рёдер, что вы предлагаете в плане развития флота?

— По большому счету, есть два варианта. Если мы решим строить только подводные лодки и средние боевые корабли, то в кратчайшие сроки сможем создать флот, который станет серьезной угрозой океанской торговле Англии, главному источнику жизни этой островной империи. Конечно, подобный флот будет иметь ограниченное применение, поскольку он не сможет вступить в сражение с более сильными британскими боевыми кораблями. Создание же флота, способного бросить вызов британскому флоту в открытом море, потребует гораздо большего времени. Серьезный флот будет иметь гораздо больший вес, как в военном, так и в политическом плане. Но все то время, пока мы будем создавать столь мощный флот, мы будем иметь на плаву только слабые и несбалансированные морские силы. Они мало что смогут противопоставить врагу, если война разразится в ближайшие годы. Конечно, есть еще вариант строить понемногу и надводные суда, и U-боты, но тогда мы будем одинаково слабы и над поверхностью моря, и под ней. Я полагаю, нужна тщательная проработка наших планов.